Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Люся, Люсенька, Людмила

Российский кинематограф понес невосполнимую утрату.
0
Людмила Гурченко выходила к зрителям не только на экране. В ее исполнении потрясающе звучали песни — в том числе военные (фото: Игорь Захаркин/«Известия»)
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

На 76-м году жизни внезапно скончалась народная артистка СССР Людмила Марковна Гурченко.

И это тот случай, когда о человеке, прожившем 54 года в непрерывных съемках, концертах, писании книг и сочинении песен, можно сказать: она не исчерпала себя до конца. К сожалению, коллеги и критики не оценили ее композиторского дара в фильме "Пестрые сумерки". Это был абсолютно авторский проект, включая сценарий, режиссуру и продюсирование. Но отзывы на ее фильм оказались безжалостными и несправедливыми. Как и ерничанье по поводу шоу "Марковна" на НТВ.

Что тут сказать? Критиковать проще, чем видеть огромный, мужественный и одновременно радостный труд, который демонстрировала актриса в своем возрасте. Поддержка мужа Сергея, верных друзей и почитателей не позволяла ей уйти в депрессию. Помогало и природное жизнелюбие, которое Гурченко унаследовала у любимого папы Марка. Именно ему посвящены лучшие страницы ее книг.

Людмила Гурченко очень любила фильм "Старые стены" Виктора Трегубовича и свою героиню - директрису фабрики Анну Григорьевну. Именно она открыла список героинь, которые стали достоянием не только личной биографии актрисы, но и нескольких поколений зрителей. Нина Николаевна в "Двадцати днях без войны", Тая Соломина в "Сибириаде", Тамара Васильевна в "Пяти вечерах", Маргарита Сергеевна Соловьева в "Любимой женщине механика Гаврилова", Вера Нефедова в "Вокзале для двоих", Раиса Захаровна в картине "Любовь и голуби".

В последний год жизни она ездила по стране с премьерными показами "Пестрых сумерек", и поймала я ее по телефону в Минске. Физическая усталость никак не влияла на оптимизм и энергию актрисы. У нее было столько планов! В том числе и в кино. И слыша ее бодрый голос, я верила, что все они будут осуществлены...

Людмила Гурченко: Мои героини жаждут любви

Одно из своих последних интервью - накануне 75-летия - Людмила Марковна Гурченко дала "Известиям". Мы публикуем фрагменты этой беседы.

известия: Есть ли среди ваших героинь те, что по окончании съемок становились частью вас? И благодаря им вы меняли свои взаимоотношения с миром, с людьми?

Людмила Гурченко: Ближе всего мне Анна Григорьевна из фильма Виктора Трегубовича "Старые стены". Ее внутреннее состояние неловкости, стыдливости... Для каждой своей героини я искала особенные детали. Духи, например. В фильме "Пять вечеров" Тамара Васильевна душилась "Ландышем" или "Белой черемухой". Тая Соломина в "Сибириаде" мне не мыслилась без "Красной Москвы". Миссис Лора Чивли в "Идеальном муже" пахла "Мадам Роша". А вот Нина Николаевна в фильме Германа "Двадцать дней без войны" совсем не душилась. Зато ее шубка была подпоясана таким же ремешком, какой был у моей мамы во время войны. И нижнюю рубашечку для сцены с Лопатиным искали долго и в итоге выбрали настоящую, из блокадного Ленинграда. Но все мои героини всегда оставались женщинами, жаждущими любви.

и: Что вы считаете роскошью?

Гурченко: Встречу с талантливым человеком. В любой сфере. Это возбуждает меня, возвращает к жизни. Черт побери, думаю тогда я, как это прекрасно, что на свете есть подобные взлетающие люди! Надо не останавливаться, надо взлетать. Но государство должно беречь свои таланты, холить их и лелеять, чтобы не уезжали на Запад новые Барышниковы, Кисины или будущие нобелевские лауреаты. Читаю об успехах людей с российскими корнями, и мне от этого больно. Им надо созидать и открывать на родине. Но реальность складывается так, что таланты у нас не востребованы.

Читайте также:

Никита Михалков: Думаю, по-человечески она не была счастлива

Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...