Грузины не пришли

В Париже прошли слушания Парламентской ассамблеи Совета Европы, посвященные последствиям войны в Южной Осетии. Представители Тбилиси от участия отказались. О том, что происходило за закрытыми дверями, обозревателю "Известий" Ксении Фокиной рассказал глава российской делегации в ПАСЕ Константин Косачев.

(фото: AP)

Озвучить текст

Выделить главное

Вкл

Выкл

известия: О чем дискуссия? Каков настрой участников?

Константин Косачев: Решается дальнейшая судьба досье по конфликту в Южной Осетии. До сих пор в ПАСЕ по этому поводу было принято много поверхностных и односторонних решений. К сожалению, по-прежнему сам конфликт обозначается как война между Россией и Грузией, с чем мы категорически не согласны. И, к сожалению, обсуждение до сих пор идет без участия абхазов и югоосетин. Но ситуация на месте не стоит. Осознание, что так проблем не решить, начинает доходить до все большего числа участников ассамблеи.

и: Формат "круглого стола" что-то меняет?

Косачев: Новый формат может стать прорывом. Впервые за долгое время обсуждаются вопросы с привлечением людей, которые непосредственно работают в зоне конфликта. Речь идет о представителях ООН, ЕС, Международного Красного Креста. Это структуры, которые смогли сконцентрироваться на оценке реальной ситуации, а не свели деятельность к громким заявлениям, как ПАСЕ.

Впервые разговор не носит конфронтационного характера. Может быть, этому способствует и то, что к удивлению всех присутствующих на слушания не прилетели грузины. Они привели целый ряд обоснований. Мое объяснение этого странного шага в том, что новый формат обсуждения - по существу, с фактами, свидетелями - для грузин некомфортен и неперспективен. Моя личная точка зрения: грузины струсили. Они могут не согласиться с такой оценкой. Однако у всех участников "круглого стола" их отсутствие вызывает недоумение и непонимание. Как можно требовать защиты своих прав и интересов и при этом отказываться от участия в дискуссиях?

и: Что ожидается по итогам заседаний?

Косачев: Цель "круглого стола" - определиться, будет ли комиссия по мониторингу продолжать российско-грузинское досье в качестве отдельной темы. Если нет, то неизбежно повторение ошибок, то есть политизация дискуссии. Если же досье будет передано из комиссии по мониторингу в комиссию по миграции и беженцам, то разговор будет по существу гуманитарных проблем, которые есть в регионе. Конечно, мы отстаиваем именно такой вариант развития событий.