Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Двести метров до беды

18 января в селе Комаровка Ростовской области похоронят трех дошкольников, провалившихся под лед Таганрогского залива. Два мальчика и девочка оказались одни в ледяной воде в двухстах метрах от берега. Как такое могло произойти, на месте разбирались "Известия"
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Село Комаровка - это пять улиц, две сотни дворов. Люди зарабатывают кто чем может. Кто в магазине, кто на заправке, а кто и в Таганроге пополняет ряды офисного планктона. Здесь каждый понимает: то, что случилось с Алиной Мороз, Ильей Ступаковым и Никитой Дубининым, могло произойти и с их детьми.

"На кладбище хорошо, там конфеты дают"

Алина, Илья и Никита были погодками: 4, 5 и 6 лет соответственно. Они были очень похожи, хотя и росли в абсолютно разных семьях. Труднее всего приходилось Илье - когда речь заходит о его родных, соседи опускают глаза.

- Да кукушка она! - говорит вдруг Валентина Паращук, неформальный лидер улицы Свердлова, на которой и случилась трагедия.

- Кто? - удивился я.

- Да неужели непонятно - мать его, Галина. Так и напишите. Их три сестры, она старшая. Сначала вышла замуж за одного, сына родила, Славика. Потом загуляла, муж ушел, Славку на свекровь спихнула. Потом снова родила, Илюшу, и тоже на бабушку, уже на свою мать. И снова загуляла. Два раза еще беременная была. Но детей нет. Видать, в роддоме оставила. А про этих детей не раз говорила, что они ей не нужны.

Ступаковы живут в обшарпанном доме с заложенными подушками окнами. Мать Ильи застать не удалось - она как раз уехала на опознание. Была только бабушка Алла. Женщина еще молодая, но во всем ее облике читаются годы крепких застолий. Когда-то, когда дочери были еще маленькими, из-за долгов повесился муж. Теперь погиб внук. Алла не хочет говорить. Она отворачивается, смахивает слезы и вдруг просит у соседки лом. Собирается сама долбить землю под могилу.

Это семейство уже стало притчей во языцех для всей округи. Но несмотря на не самые благоприятные обстоятельства, Илья рос тихим и спокойным мальчиком. Любил рисовать. Умел уже писать - буквы у него получались очень красивые. Особенно в словах "мама" и "бабушка". В свои пять лет уже освоил все прописи для первого класса. Правда, читать не умел. И в детсад не ходил, а целыми днями торчал на улице. Вместе с живущей через два дома Алиной.

Семья Алины Мороз, напротив, вполне благополучная. Переехали в Комаровку семь лет назад из Таганрога. После того как дедушке Алины, таксисту, какой-то наркоман перерезал горло. Для Романа и Татьяны, родителей Алины, брак стал вторым - у Татьяны тоже есть старший сын, который живет с бабушкой неподалеку. Роман совмещает две работы - слесаря в таксопарке и охранника в ЧОПе. Алине весной должно было исполниться пять, эту девчушку-хохотушку обожала вся улица. Рисовать и писать Алина не любила, а вот петь и танцевать могла до упаду. И если раньше исполняла все про козликов да про бабочек, то буквально на днях огорошила домочадцев припевом из хита "Одиночество" певицы Славы.

Как и Илья, в детский сад Алина не ходила. Они с ним были как нитка с иголкой, не разлей вода. Детская любовь до гроба. Илья не раз повторял: мы с Алиной поженимся. Однажды кто-то спросил: "Где ж вы жениться будете?" Теперь все село вспоминает, как мальчик спокойно ответил: "На кладбище (оно находится на соседней улице). Там хорошо, там конфеты дают".

Еще через пару домов живет ровесница Алины Настя Поваляева.

- Все трое постоянно у нас играли, - рассказывает бабушка Насти Ольга Ткачева. - У нас и игрушек много, и велосипед, и качели. Настя постоянно пыталась привлечь внимание Ильи и Алины.

Нарушенное табу

Улица Свердлова упирается в обрыв. Под ним метров 300 заросших камышом лиманов, за которыми лед Таганрогского залива. Жизненное пространство Ильи и Алины этим обрывом заканчивалось. Не потому что спускаться им было запрещено. Им, выросшим здесь, внизу было просто неинтересно. Тем более что Илья боялся воды и даже летом купаться не любил.

- Они никогда туда не спускались, у нас даже мыслей об этом не было, - говорит бабушка Алины Лариса Мороз.

Возможно, разгадка кроется в настойчивости третьего погибшего - Никиты Дубинина. Он жил в городе, но часто гостил у дяди в соседнем с Алининым доме. Он был старше своих товарищей, отличался пытливостью ума и непоседливостью. В субботу он вместе с бабушкой приехал в Комаровку в 10 утра, и уже через час табу на спуск с обрыва было нарушено.

- Где-то в 11 утра я вышла на обрыв и увидела, что Никита и Илья бегают внизу, - рассказывает соседка Ольга Ткачева. - Я им крикнула, чтобы шли к нам во двор, там уже Алина и Настя были. Ребята начали подниматься. Причем Илья аккуратненько, по траве. А Никита - напролом, через глину. Я ему показала, где надо, но он упрямый, не слушается, весь перемазался. И когда поднялся, я его сразу к бабушке отправила. Там ему одежду постирали, а самого дома оставили, потому как переодеть не во что было. А Илюша пришел к нам.

Около часу дня Алина предложила: пошли ко мне. Предложение было принято мгновенно. Настя, внучка Ольги Ткачевой, тоже выбежала следом. Однако, пробежав два шага, остановилась.

- Настя ходит в детсад и привыкла спрашивать разрешение на все, - говорит Ольга Ткачева. - Она вернулась и пришла ко мне. А я ей запретила к Алине идти. Потому что у нее во дворе две собаки, очень злые.

Возможно, эти собаки спасли Насте жизнь.

Следы на снегу

Никита дома не усидел. Он упросил домочадцев, те пооткрывали шкафы и нашли какую-то одежду. За воротами Никита столкнулся с Ильей и Алиной.

- В два часа я вышла и звала Алину обедать, - вспоминает Лариса Мороз. - "Бабуля, ну я еще немножко, - говорит она. - Ты разогревай, а потом меня позови". Ну я картошку почистила, курицу разогрела. Выхожу, а их нет. Нигде нет. Сердце как-то сразу ёкнуло. Я побежала сначала к Никите - нет. Потом к Илье - тоже нет. К обрыву сбегала, но их не увидела. Потом оказалось, что они правее пошли - у нас там одинокое дерево на лимане растет. Его с нашего обрыва не видно.

Родные Никиты тоже подняли тревогу. Обежали все дворы, а потом на тропинке, ведущей вниз, на снегу заметили следы детских ног. Следы прерывались у того самого дерева. Дальше снега нет - только замерзший песок. Обыскали весь берег, нет никого.

- У меня еще оставалась надежда, что они поднялись где-то в другом месте, - продолжает Лариса Мороз. - Думала, их в милицию кто-то отвел. Позвонила, их и там нет. Вот тогда я отчетливо поняла, что они в море. Уже никаких доказательств не нужно было, я это просто знала.

В милиции на первые звонки отреагировали стандартно. "Вы сначала все сараи обыщите, а потом в розыск объявляйте", - сказал дежурный. Но когда обыск сараев результатов не дал, по тревоге подняли и милицию.

На берег прибыли десятки милиционеров. Спасатели МЧС развернули лодки на воздушной подушке. Но ни детей, ни тел в субботу найти не удалось. Родители и односельчане все еще надеялись на чудо. Что дети могли просто уехать в Таганрог на маршрутке. Ведь Никита был городским и мог подбить друзей на эту авантюру.

Надежды рухнули, когда выяснилось, что детей на льду видели две женщины из соседней деревни и мужчина на лодочной станции. Они этому значения не придали. И только когда информация об исчезновении прошла по всем каналам, они вспомнили и показали место. С первыми лучами солнца в воскресенье спасатели обнаружили Алину. Она лежала на льдине метрах в 200 от берега. Лицом вниз. Позже нашли Илью и Никиту.

У детей шансов не было

Что же произошло в субботу, пока бабушка Алины разогревала курицу? По всей видимости, любопытный Никита уговорил друзей проверить прочность льда в Таганрогском заливе. Может, "взял на слабо" - ведь Илья и Алина были младше и им не хотелось выглядеть в его глазах трусишками. У одинокого дерева, куда сначала вышла троица, спуститься на лед они не смогли - кромку от суши отделяла полоска воды. Метров 200 ребята шли вдоль берега, пока не нашли беспрепятственный проход. А потом еще столько же - по льду в глубь залива. Пока не провалились в ледяную воду...

- Если бы они вышли на два дня раньше, лед бы их удержал, - говорит один из местных жителей, - тогда морозы были. А тут как назло оттепель, два дня плюсовая температура.

Толщина льда в том месте три сантиметра. Я попробовал наступить на него - взрослый человек провалился бы сразу. И отделался бы промокшими ботинками. Даже если бы прошел эти 200 метров, ничего страшного - там глубина взрослому по грудь. А у детей шансов не было.

А может, был шанс? Например, если бы те, кто видел троицу на льду, подняли тревогу. Спасатели лишь пожимают плечами: вряд ли, не успели бы добежать до детей и вытащить их.

В понедельник тела Алины, Ильи и Никиты выдали родственникам. Похороны должны состояться во вторник - на том самом кладбище, где дают конфеты.

- Я сейчас вспоминаю, как постоянно говорила Алине: непоседа, когда ж ты мне дашь покой, - вздыхает бабушка Лариса Мороз. - Ну вот, теперь покой. Такой покой, что мне и жить незачем.

Читайте также
Комментарии
Прямой эфир