Аглая поселилась в Лувре

Неофициальное звание "столицы мира" Париж вроде бы давно уступил Нью-Йорку, но сами французы с такой оценкой решительно не согласны. По крайней мере, в части культурных инноваций. Некоторые аргументы в пользу своей позиции государственное агентство Culturesfrance предъявило российским журналистам, организовав специальный пресс-тур в Париж, в котором принял участие корреспондент "Известий".

Эксперимент в провинции

О былой славе французских художников, дизайнеров, кутюрье. Интереснее понять, насколько высок сегодняшний уровень креативности. Как раз на эту задачу нацелены многие события перекрестного Года России-Франции. Наши зрители наверняка обратили внимание, что в программе преобладают выставки современного искусства - их гораздо больше, чем ретроспекций или музейных показов. Но по гастролям все равно трудновато судить, как протекает и самовоспроизводится тамошняя художественная жизнь. Устроители парижского пресс-тура обещали предъявить выразительные примеры.

Пожалуй, начать стоит с рутинного. Больше четверти века назад французское правительство озаботилось проблемой децентрализации культуры. Слишком уж явно тогда Париж перетягивал на себя "одеяло", отчего сиротливо чувствовали себя даже крупные города - вроде Марселя и Бордо. Так возникли региональные фонды современного искусства (сокращенно - FRAC), которым вменялось в обязанность развивать культуру "на местах". Система получилась удачной: сегодня эти фонды обладают собственными обширными коллекциями и ощутимым авторитетом даже на международной арене.

Один такой FRAC, представляющий регион Иль-де-Франс, базируется все-таки в Париже. Директор фонда Ксавье Франчески не без гордости продемонстрировал свой выставочный зал (показательно, что в нем проходила выставка вовсе не французского, а шотландского автора) и сообщил, что они ежегодно реализуют 20-30 проектов за пределами Парижа. Аналогичным образом действуют и остальные девятнадцать институций, охватывая арт-сетью всю территорию страны.

Elles и "Династия"

Но сколько ни занимайся децентрализацией, а тон все равно задает Париж. Причем в большинстве случаев это происходит и без государственного стимулирования - таков уж здешний уклад. Достаточно пройтись, например, по дизайнерским галереям в центре города, чтобы обнаружить признаки творческой гиперактивности. Товар тут штучный, и потому дорогой, однако складывается впечатление, что многие заглядывают сюда не за покупками, а за настроением. Обошел десяток галерей неподалеку от Латинского квартала - считай, совершил обзорную и к тому же бесплатную экскурсию в мир авторского дизайна. Впрочем, за художественную политику в целом отвечает все-таки государство. Во всяком случае, масштабные тематические экспозиции - его прерогатива. Одна из таких "сложносочиненных" выставок проходит сейчас в Центре Помпиду. Хотя концепция выставки Elles (название трудно переводимо: подразумевается местоимение "она" во множественном числе) не блещет оригинальностью - феминистских арт-шоу в мире хватает, - однако размах производит впечатление.

Из огромной коллекции Центра Помпиду отобраны экспонаты, авторами которых были дамы-художницы. Само собой, произвести селекцию по гендерному признаку дело нехитрое, сложнее выстроить внятное, запоминающееся зрелище с интернациональным уклоном. В результате это удалось. Мало того что здесь фигурируют опусы едва ли не всех женщин, проявивших себя на международной арт-сцене в последние десятилетия - Трейси Эмин, Синди Шерман, Марины Абрамович, Орлан, Вали Экспорт и др. Существеннее, что экспозиция довольно убедительно иллюстрирует кураторскую установку: "женское искусство" интересно тем, что оно "искусство", а не тем, что "женское". Было бы удивительно, если бы устроители пресс-тура обошли вниманием тему поддержки новой художественной генерации. Как раз для этого подвернулась подходящая оказия: во дворце Токио, оставшемся городу на память о Всемирной выставке 1937 года, монтировалась экспозиция под названием "Династия". В ее состав включили работы четырех десятков молодых французских авторов - достаточно молодых, чтобы их имена ничего не говорили даже продвинутым любителям искусства. Разумеется, здесь представлен весь технологический спектр контемпорари арта - от мультимедийных инсталляций до псевдоархаических деревянных тотемов. И столь же разумеется, что отличить будущих звезд от "середнячков" навскидку почти невозможно. Собственно говоря, это глобальная тенденция: лидерами поколения становятся не художники с наибольшей пластической одаренностью, а те, кто лучше чувствует текущие социокультурные запросы.

Физики и лирики

Однако пиетет перед традиционной изобразительной культурой никуда не делся. Доказательством могут служить хотя бы очереди в Лувр, но под Лувром это становится еще нагляднее. На трех подземных уровнях здесь располагается Центр исследований и реставрации музеев Франции, который выполняет заказы 1200 различных национальных сокровищниц. Сунуть нос во все здешние закоулки, конечно, не получилось, но и увиденного хватило, чтобы мысленно сказать "браво!" В наших реставрационных мастерских, понятное дело, тоже встречаются рентгеновские установки, аппараты для инфракрасной съемки и прочие "мелкоскопы", но в парижском варианте проглядывает комплексная завершенность всех реставрационных и атрибутивных процессов. Не обходится даже без ядерной физики.

Именно здесь, метрах в десяти ниже Лувра, располагается единственный в мире ускоритель частиц, используемый под музейные нужды. Ускоритель носит задушевное имя "Аглая" (Aglae). Ионы бомбардируют объект, специалист запускает данные в компьютер - и пожалуйста, все параметры как на ладони. Иногда выводы бывают неутешительными. Например, при помощи "Аглаи" удалось установить, что якобы древнеегипетская женская головка, краса и гордость соответствующего отдела Лувра, является подделкой XIX столетия. Зато и приятные известия отсюда тоже порой поступают. После исследования картины Мурильо, выполненной на обсидиане, оказалось, что сей вулканический камень задолго до того, как попасть в Европу, служил ацтекам в качестве шлифованного зеркала.

Словом, похвастаться культурными инновациями французы сумели. Это мы еще опускаем рассказ о научно-художественной лаборатории или о двух предпринимателях-энтузиастах, мечтающих навсегда разрешить проблему парковки в мегаполисе... Пускай не "столица мира", но "столица креативности" - это точно Париж. Вдобавок к вину, сыру и Эйфелевой башне.

Пресс-тур был проведен в рамках проходящего во Франции Года России, информационным спонсором которого являются "Известия".