Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

В конце было слово

У "Национального бестселлера" - юбилей. Премия вручается в десятый раз. Возраст достаточно солидный. Тем не менее литературный конкурс, изначально задуманный как своего рода "антипремия", остается верен себе
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В воскресенье в Петербурге был объявлен победитель премии "Национальный бестселлер". Им стал писатель Эдуард Кочергин.

У "Национального бестселлера" - юбилей. Премия вручается в десятый раз. Возраст достаточно солидный. Тем не менее литературный конкурс, изначально задуманный как своего рода "антипремия", остается верен себе. Подчеркнутая маргинальность, противостояние "мейнстриму" - вот, пожалуй, главные идеологические составляющие "Нацбеста". Прошедшие десять лет показали, что претенденты на премию (и тем более лауреаты) не всегда соответствуют критериям антипремиальности. Достаточно назвать лауреата прошлого года Андрея Геласимова (который, как прошлогодний победитель, автоматически вошел в жюри "Национального бестселлера-2010"). Но то, чего не всегда удается достичь на уровне, так сказать, литературной селекции, с успехом восполняется отбором членов жюри. В этом году в состав малого жюри премии помимо Андрея Геласимова вошли: кинорежиссер Валерия Гай Германика, журналист Андрей Константинов, певица Севара Назархан, летчик-космонавт Максим Сураев, руководитель фонда социальных, благотворительных и культурных программ "Северная корона" Ирина Тинтякова. Их взгляд призван скорректировать мнение литературных экспертов, отбиравших длинный и короткий списки "Национального бестселлера".

К слову сказать, в этом году список финалистов оказался достаточно ровным, то есть вполне соответствующим духу "Национального бестселлера". Хотя в числе финалистов оказались авторы, претендовавшие (или претендующие) на другие литературные премии (как, скажем, "Елтышевы" Романа Сенчина - прошлогодний финалист Русского букера и финалист премии "Большая книга" этого года - или "Мертвый язык" Павла Крусанова - еще один фигурант шорт-листа "Большой книги"), список в целом довольно однородный.

Доминируют в нем, во-первых, петербургская культурно-социальная критика (то есть "особый питерский взгляд" на город и мир, кстати, весьма характерный для "Нацбеста") - "Мертвый язык" Павла Крусанова и "Люди в голом" Андрея Аствацатурова. Это романы, звучащие почти в унисон. А во-вторых, региональный социально-критический взгляд: депрессивные "Елтышевы" Романа Сенчина, журналистско-публицистический "Правый руль" Василия Авченко и подчеркнуто фельетонный "Капитализм" Олега Лукошина, который свое произведение определил как "повесть-комикс" и открыл главкой с весьма красноречивым названием "На хер".

Единственное произведение, которое, с моей точки зрения, явно выделяется в ряду уже названных - автобиографическая повесть (или роман-травелог) Эдуарда Кочергина "Крещенные крестами". По существу это "приквел" его книги "Ангелова кукла" (за которую Эдуард Кочергин был удостоен премии "Триумф) - рассказ о мальчике, который в 1946 году из омского детприемника для детей врагов народа бежит в Ленинград. По языку, по меткости письма, по уровню художественности повесть Кочергина стоит намного выше произведений других претендентов. Так что для меня, по крайней мере, финал нынешнего "Нацбеста" сводился к простому вопросу - кто победит: социальность или художественность. Победила художественность.

Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...