Глыбы Советских Социалистических Республик

22 марта в московском "Экспоцентре" состоялась презентация второго, дополненного издания книги "Министры советской эпохи. О времени, соратниках, о себе", осуществленного Советом ветеранов - министров СССР и РСФСР и выпущенного издательством "Патриот". В дополнение к первому изданию двухлетней давности в новом появился важный и интересный раздел, посвященный деятельности кабинета министров, которым руководил А.Н. Косыгин.

С согласия руководителей проекта Михаила Ненашева, Николая Паничева и редактора-составителя Валерия Лысенко "Известия" публикуют сегодня фрагменты редкой книги. Тираж уникального издания, можно сказать, произведения полиграфического искусства - 1000 экземпляров, в широкую продажу оно не поступит. Так что у читателей "Известий" есть возможность первыми познакомиться с некоторыми очерками из этой книги.

Николай Рыжков (Председатель Совета Министров СССР, 1985-1990)

Родился я в селе Делеевка Донецкой области (ныне город Дзержинск), в семье шахтера-угольщика. Семья была простая, рабочая. Отец работал на шахте, мать, как во многих горняцких семьях, занималась хозяйством, детьми. На шахте трудились и мои деды - по материнской и по отцовской линии. Наши семейные традиции продолжил мой младший, на семь лет моложе меня, брат, который сразу же после армии спустился в шахту. Работал он рабочим-проходчиком на перфораторе, на глубине 960 метров. К сожалению, в сравнительно молодые годы он ушел в мир иной.

...Многие из моих сверстников продолжили дело своих отцов, оставшись работать на шахте. Я, по-видимому, пошел не в своих родственников-шахтеров, а в бабушку-казачку. Родом она из уральских казаков. Наверное, поэтому меня всегда тянуло увидеть страну, весь мир.

Так, неожиданно для семьи я поступил учиться в Краматорский машиностроительный техникум. ...Надо сказать, что знания нам давали достаточно глубокие, фундаментальные. Помимо техникума я затем окончил Уральский политехнический институт, прекрасный, мощный вуз, но многое, что я получил в техникуме, помню до сих пор. Практику я проходил на Новокраматорском и Старокраматорском машиностроительных заводах. Работал крановщиком мостового крана в сборочном цехе, слесарем на сборке кранов, стажером-конструктором на преддипломной практике.

В 1950 году я окончил техникум и на распределении попросил, чтобы меня не оставляли в Краматорске, а направили в Сибирь или на Урал. И снова - "за туманом и за запахом тайги". Я хотел увидеть свет, другие края, разные города и заводы. После того как мне объявили о направлении на Урал, на легендарный "Уралмаш" в Свердловск, я пошел в читальный зал техникума, чтобы найти этот город на карте.

...На Уралмашзаводе я проработал 25 лет. Начинал сменным мастером в сборочно-сварочном цехе, затем пошла производственная лестница: начальник основного пролета цеха, начальник цеха, главный сварщик, заместитель директора завода, главный инженер "Уралмаша", последние пять лет - генеральный директор. С этой должности в 1975 году был переведен в Москву первым заместителем министра тяжелого и транспортного машиностроения СССР. В год моего прощания с "Уралмашем" в объединении работало 52 тысячи человек, в том числе 43 тысячи - на головном заводе...

"Уралмаш" был мощным предприятием не только по своим размерам, по уникальному оборудованию и рабочим кадрам... Второй особенностью "Уралмаша" были сильнейшие управленческие кадры.... Возвращаясь к теме кадров, нужно с огорчением сказать, что в настоящее время в стране разрушена кадровая система. Разрушить-то разрушили, а новую не создали. Результаты немедленно сказались во всех сферах жизни страны и в управлении предприятиями.

В руководство министерств, комитетов, агентств попадают случайные люди, которые по своему образованию и опыту совершенно не подходят к профилю работы того или иного государственного органа. Так, руководить здравоохранением страны был поставлен человек, не сделавший ни одного укола. А ведь это ведомство ранее возглавляли академики, величайшие авторитеты среди медицинской общественности! Руководителем Министерства экономического развития, правопреемника Госплана СССР, был назначен и много лет возглавлял его человек с юридическим образованием. Нечто подобное произошло и с Министерством обороны. Этот перечень, к сожалению, можно продолжить... Подобное положение не только влияет на деятельность важнейших государственных органов, но и оскорбляет специалистов, работающих в этих сферах. Я полагаю, что наступит время, и система подготовки управленческих кадров будет создана...

В кадровой политике государства одним из важнейших является вопрос о номенклатуре. На мой взгляд, в системе управления государством, регионами, различными направлениями жизни общества всегда была и будет номенклатура. Государство не может жить без бюрократии, будь это социалистическое или капиталистическое общество. В этой среде возникает правящий слой с определенными привилегиями. Они развиваются в русле "нового класса". Обладающую зачастую неограниченной властью номенклатуру поражает коррозия негативных явлений. Для ограничения их в обществе необходимы определенные противовесы. В советское время это были комитеты партийного и народного контроля, партийные комитеты всех уровней. В капиталистическом государстве таким органом должно быть гражданское общество. Именно оно должно стать контролером деятельности номенклатуры. Но учитывая, что в России сейчас еще нет такого общества, нынешняя номенклатура остается бесконтрольной со всеми вытекающими последствиями.

...Я пишу эти строки по просьбе моих друзей, товарищей по Правительству СССР и РСФСР. Все, о чем я написал сейчас, - это не ностальгия по прошлому. Это реальное положение в системе управления в Советском Союзе. Возможно, наш опыт пригодится для нынешнего или будущего руководства современной России.

Алексей Косыгин (Председатель Совета Министров СССР, 1964-1980)

...Когда партийная и государственная власть в стране перешла к Н.С. Хрущеву, Косыгин снова оказался востребованным. Повторное восхождение в высшее руководство было связано с его решительной поддержкой Хрущева в борьбе с "антипартийной группой", пытавшейся сместить первого секретаря ЦК с должности в июне 1957 года. На Пленуме ЦК Косыгин твердо поддержал Хрущева и высказался за исключение оппозиционеров из руководящих органов партии и правительства...

Такой "резкий" политический ход Косыгина, обычно осторожного и выдержанного в оценках высшего руководства и старавшегося оставаться в стороне от политической борьбы партийных группировок, был обусловлен как объективными, так и субъективными причинами. Главная объективная причина - это практическое отстранение Косыгина от крупных дел, важных экономических проектов, которыми он любил и привык заниматься и без которых его деятельность теряла смысл. При Хрущеве он мог рассчитывать на реализацию своих планов возвращения к большим делам, а Молотов и Маленков уже указали Косыгину "на его место" в системе. В группировке Хрущева у Косыгина были близкие ему люди, которым он доверял. Это будущий второй секретарь ЦК Ф.Р. Козлов, всегда симпатизировавший Косыгину А.И. Микоян, Е.А. Фурцева и др. Несомненно, что у таких опытных политиков сталинской эпохи, как Хрущев и Косыгин, в то время состоялись негласные встречи перед решительным боем по разоблачению "антипартийной группы".

...В 1960 году майский Пленум ЦК КПСС переводит Косыгина из кандидатов в члены Президиума ЦК. Это оказывается уникальным случаем в советской истории: после восьмилетнего перерыва Косыгин вновь избирается в высший партийный орган. Хрущев поручал Косыгину сложные и ответственные участки работы: планирование, финансы, развитие производства товаров для населения. Косыгин обычно вел заседания президиума правительства, заменял Хрущева в Совмине во время его отсутствия. На Международном совещании представителей компартий 1957 года Хрущев представил Косыгина Мао Цзэдуну как своего будущего преемника в должности Председателя Совета Министров СССР.

...Годы с 1964-го по 1976-й, несомненно, следует отнести к наиболее важному, интересному и продуктивному периоду работы Косыгина. Занимая высшую ступень исполнительной власти, он внес существенный вклад в активизацию внешнеэкономической и политической деятельности Советского государства.

...Вклад Косыгина в развитие советской экономики и укрепление мощи Советского государства трудно переоценить. Результаты его работы видны и поныне: действующие крупнейшие гидроэлектростанции в Европейской части СССР и в Сибири, нефтяные и газовые промыслы, нефте- и газопроводы, заводы АвтоВАЗ, КамАЗ и многое другое. Брежнев и Косыгин долгих шестнадцать лет поддерживали мир на рубежах страны и внутри ее, достойно представляли СССР на мировой арене. Алексей Николаевич Косыгин был мужественным, благородным и знающим человеком, гибким и честным политиком своего времени. Он возглавлял правительство дольше всех в истории российской империи, СССР и Российской Федерации.

(Авторы очерка об А.Н. Косыгине - А.Д. Гвишиани, внук Алексея Николаевича, и А.С. Кудашин)

Николай Байбаков (председатель Госплана СССР, 1965-1985)

Так или иначе общаться с Хрущевым мне довелось все его "десятилетие". С 1955 по 1965 год, после более чем десятилетней работы во главе сначала Наркомата, а потом Министерства нефтяной промышленности СССР, я трудился на различных правительственных должностях. Хрущев тогда был одновременно главой партии как первый секретарь и главой Совета Министров СССР. Надо сказать, что реконструкция производства, проводимая Хрущевым, ускорила темпы строительства производственных объектов и особенно жилья. Ныне ругают знаменитые пятиэтажки, называют их "хрущобами". А ведь только благодаря им удалось переселить миллионы почти бездомных людей из бараков и развалюх. И простые люди в те годы были от всей души благодарны за это.

...Новый поворот в моей судьбе произошел в 1965 году, когда я был назначен заместителем Председателя Совета Министров СССР, председателем Госплана СССР.

В августе 1965 года меня вызвали в ЦК - в кабинет к Брежневу, где уже находился А.Н. Косыгин.

- Возвращайся в Госплан! - сразу же объявил Брежнев так, словно вопрос был давно решен.

Я отказался, сославшись на то, что на этой должности уже работал и был освобожден как несправившийся.

- Иди и работай! - повторил с нажимом Брежнев и дружески добавил: - А о твоих способностях не тебе судить.

Я продолжал отказываться: мол, слишком долгий перерыв в этой работе, трудно включаться в тяжелое дело. Но Косыгин, выслушав мои доводы, заметил, что, напротив, проработав в совнархозе пять лет, я приобрел ценный опыт, прошел солидную школу управления различными отраслями промышленности и сельским хозяйством, и мне не следует отказываться.

Разговор происходил за чашкой чая, как говорится, в доверительной обстановке. Брежнев рассказывал о трудном положении в стране, о том, что необходимо усилить централизацию управления и планирования, так как предстоит ликвидация совнархозов и восстановление министерств.

Не скрою, у меня было желание вернуться к прежнему, любимому делу - нефтяной и газовой индустрии. Но мне доверяют ответственный пост, где я должен определять направления развития всей советской экономики, находить наиболее эффективные решения. Я конечно же согласился. Косыгин ввел меня в курс дел, выделив первоочередные задачи. Речь шла о серьезной перестройке структуры Госплана.

..."Черное золото" и газ Сибири становились основной базой топливно-энергетического комплекса страны, крупным источником валюты. Тогда и развернулась острая борьба за выбор наиболее эффективного направления прокладки газопровода из Западной Сибири. Косыгин сам вылетал на место - в Тюменскую область, чтобы убедиться, какой вариант выгоднее: северный - по малоосвоенной территории или южный - по густонаселенным районам.

Не могу не вспомнить о забавном случае. Наш вертолет приземлился в двухстах метрах от разведочной буровой. А день был морозный, ветреный, и мы, пока дошли до буровой, обморозились. Взглянув на Алексея Николаевича, я увидел белое пятно на его щеке и посоветовал растереть его снегом. Он, в свою очередь, посмотрел на меня и пальцем показал на мои белые уши. Смеясь и морщась, мы растерлись снегом. Уши мне жгло, как кипятком. За обедом в столовой мы продолжали посматривать друг на друга, улыбались, указывая: он мне - на уши, я ему - на щеку, которые в тепле из белых стали огненно-красными. До того доверчиво и открыто смеялся Алексей Николаевич, что невольно думалось: "Какой хороший человек рядом!"

...Только вернувшись в Москву и еще раз внимательно рассмотрев варианты трасс, он принял решение.

Косыгин собирал совещания обычно в Совете Министров, и мы, сойдясь в "предбаннике", где шла подготовительная работа, вели деловые беседы с непосредственными исполнителями. Сюда приходили референты, консультанты, заведующие. Любой вопрос, который предстояло обсудить на президиуме, рассматривался здесь досконально. По ходу дела Косыгин задавал множество вопросов. "Вы точно знаете?" - обычно спрашивал он министра или его заместителя, искоса взглянув на него цепким взглядом. К тем, кто не был готов сразу дать четкий, вразумительный ответ, но обещал узнать, а затем и доложить обо всем ему, Косыгину, Алексей Николаевич относился сдержанно, терпимо. Однако он жестом выражал свое недовольство, если перед ним "финтили", изворачивались, стараясь скрыть свою неосведомленность.