Третья попытка
Этот монтаж объясняет причудливую интригу, завязавшуюся вокруг Дня мира-3. Приближалось 27 сентября 1985 года. Я тогда, временно покинув "Известия", работал в газете "Советская Россия" при редакторе-реформаторе Михаиле Федоровиче Ненашеве. Бывший "россиянин", а на тот момент главный редактор "Известий" Иван Дмитриевич Лаптев не рискнул продолжить дело Горького-Аджубея. А так и не ставший известинцем Ненашев (хотя одно время слухи о его назначении в "Известия" ходили по журналистской Москве) живо откликнулся на предложение поддержать славную традицию.
Все произошло буднично просто. Об идее Дня мира-3 мне напомнил коллега и друг, известинец Анатолий Данилевич. Я "принес" ее Ненашеву, положив ему на стол книгу "День мира"-2. Он полистал солидный фолиант и задумчиво произнес: "Книгу не потянем - силенок маловато. А номер сдюжим..." И дал добро на целевой номер. Принял он и предложение, чтобы статью "День мира" в популярной рубрике газеты "Размышления публициста" написал Алексей Аджубей. Это было смелое решение: 20-летнее табу на имя Аджубея в печати еще никто не отменял, а тут - подписная передовая в газете-органе ЦК КПСС! Ненашев прекрасно понимал, какой резонанс могут вызвать и эта передовая, и целевой номер в развитие аджубеевской инициативы. Но кто, как не Аджубей, должен был поведать миллионам современных читателей историю Дня мира! И что по сравнению с торжеством этой исторической справедливости - возможное недовольство высоких партийных бонз! Но это было начало перестройки, ветры перемен вселяли надежды...
"Как бы ни были мы подчинены текучке будней, - писал в передовой Аджубей, - и как бы эти трудовые будни ни подчиняли нас своему ритму и задачам, человеку хочется остановиться на миг, оглядеться, увидеть землю и все, что создано на ней, не с "общих высот", а близко, подробно, в красках, значениях, в лицах".
Алексей Иванович дал нам камертон номера. В мою бригаду вошел тогда начинавший свою дорогу в журналистике Артем Боровик. Он подготовил международную часть номера, организовал статью Джеймса Олдриджа. Главный публицистический материал - "Время, вперед!" - мы заказали известинцу Мэлору Стуруа. Разыскали героя книги "День мира"-2, родившегося в Москве в ночь на 27 сентября 1960 года, и взяли интервью у 25-летнего Максима Перова, инженера научного совета АН СССР по комплексной программе "Кибернетика". В подготовке номера нам дружно помогли коллеги из ТАСС, АПН, "Известий", "Комсомольской правды".
...Деталь времени: перед подписанием номера с передовой Аджубея Ненашев позвонил на Старую площадь, в ЦК партии - вроде бы для подстраховки, - позвав меня в свидетели. "Кремлевка" упорно молчала. Лишь выйдя из кабинета, я понял эту маленькую хитрость: он звонил в обеденный перерыв.
А спустя некоторое время произошла странная вещь. Книга "День мира"-3 все-таки вышла. Такой же солидный том, что и предыдущий, сделанный по его "колодке". Но объектом журналистского исследования стало... 23 октября 1986 года, объявленного ООН Международным годом мира. Кроме того, в этот день в 1917 году на заседании ЦК РСДРП(б) была принята резолюция о вооруженном воссстании. Так что даже в выбор даты была заложена некая политическая заданность. В предисловии к книге ее издатели сослались на выступление Максима Горького на первом Всесоюзном съезде писателей, когда он-де сказал, что неважно, каким будет избранный День мира - 25 сентября, 7 октября или 15 декабря, главное, чтобы это был обычный, рядовой день. Апээновцы выпустили добротную книгу. Но был нарушен главный хронологический принцип, что снизило пропагандистский эффект, и книга прошла практически незамеченной. До 27 сентября 2010-го, Дня мира-4, - немногим меньше года. Вполне достаточно времени, чтобы исправить допущенную оплошность и восстановить справедливость.
