Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир

Маленькая великая отечественная война

Многое в жизни происходит по профессиональной привычке. Прошлым летом сидим на планерке, думаем про газету. - Слушайте, а давайте Снегирева в Южную Осетию пошлем, - говорит шеф-редактор Елена Овчаренко. - А че там? - спрашивают борцы с напрасными тратами командировочного фонда. - Н-ну... Там миротворцы, наши люди, давно не писали...
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Многое в жизни происходит по профессиональной привычке.

Прошлым летом сидим на планерке, думаем про газету.

- Слушайте, а давайте Снегирева в Южную Осетию пошлем, - говорит шеф-редактор Елена Овчаренко.

- А че там? - спрашивают борцы с напрасными тратами командировочного фонда.

- Н-ну... Там миротворцы, наши люди, давно не писали.

А лето кругом, новостей нет, Медведев уплыл по реке. Путин - на Олимпиаду.

Ладно, пусть Снегирев собирается. На три дня, не больше. И чтоб 9 августа был как штык. Пошлем его в Трехсвятскую губернию по письму читательницы, матери 40 детей, у которой либерал-губернатор сарай сносит.

Постановили - и поехал я на крупный песок Адриатики, под виллу Броз Тито, загорать.

Потом злой и бывший советник Илларионов на пену изойдет: конечно же Снегирев, штатный сотрудник ФСБ, знал о начале войны. Потому что "Известия" были о том предупреждены - за особые заслуги перед кровавым режимом, решившим раздавить маленькую, но гордую республику вина, винограда, хорового пения, минеральной воды и незабываемых короткометражек. Иначе как бы он единственный из всей пишущей братии в ту ночь оказался в Цхинвале под обстрелом?

А президент в Плесе, премьер в Пекине (ну и главред в Черногории) - это так, для прикрытия. Чтоб Илларионову было труднее отгадывать.

Ночь. Черногория. За окном в тишине - гулкие удары, падает с веток смоковницы инжир, он же фига.

Звонок телефона: "Это Снегирев, угадайте, что это у меня за шум?"

- Стреляют, что ли?

- Ага, по-моему, "Грады" молотят.

- "Грады"? Кто стреляет?

- Не знаю, кто, но по нам. По Цхинвалу.

Просыпаюсь окончательно - в телефоне у самого уха: бабах!

- Юра, а ты откуда звонишь?

- С крыши гостиницы, тут все полыхает, пытаюсь снять на фото. По-моему, это серьезно, Владимир Константинович.

- Слезь сейчас же с крыши - это первое. Залезь в подвал куда-нибудь - второе. Береги зарядку в телефоне, диктуй по кускам каждые полчаса.

- Это если к утру меня... того? Да ладно, ладно... Я к миротворцам сейчас буду пробиваться...

...А когда по Каналу имени Москвы проплывешь, то потом ночью из-под водохранилища выныривает колокольня. Она стоит и светится. И все туристы бегут по трапам на палубу смотреть, потому что хотят знать: утонула Россия? Нет, наполовину торчит. И идут, успокоенные, спать. Или сидят на ветерке до утра. Ветерок пробирает...

Шлеп - инжирина упала. Звонок: "Я у миротворцев, они не уверены, если честно, что из России подмога придет. Там есть тертые ребята, к ним прошлые разы не приходила. Есть убитые. Мы компьютеры ломаем, чтоб врагу не достались".

Ну, вы уже знаете: она не утонула совсем. Она пришла. Она, конечно, раскачивалась. Искали, говорят, министров по мобильникам. Танки, пройдя Рокским тоннелем, глохли по обочинам.

Но пришла. Дмитрий Медведев может делать что угодно: встречаться с... да хоть с... На эту минуту Верховный главнокомандующий отдал главный приказ своей жизни. И вроде колокольня сантиметров на пять из воды повыше высунулась. Или то лето было сухое?

В газете каждый день выходили Юрины и коллег репортажи на полосу. Когда появилась возможность, штатский Снегирев дождался смены: из "Известий" прибыл военкор, боевой офицер, штатно пошутивший насчет Юриных штанов. Юра не обиделся. А Дима и не хотел обидеть: мы ж не знали, что там будет маленькая, но великая и отечественная война. Знали - Литовкина послали бы.

Потом Снегирев купил костюм, белую рубаху и галстук. И пошел в Кремль. Ему президент России Дмитрий Медведев вручил орден Мужества. А мне осталось говорить на всех тусовках, что я счастлив быть у Снегиря редактором. Что истинная правда.

И помалкивать про инжир в Черногории. Хотя чем я виноват? Время такое, лето, отпуска у всех.

Читайте также
Реклама
Комментарии
Прямой эфир