Первый среди советских
Экспозицией "Графика Александра Дейнеки из собрания Курской картинной галереи" Третьяковка отметила 110-летие знаменитого художника. Однако этим юбилейная тема не исчерпывается. Впереди грандиозная музейная ретроспектива и зарубежные гастроли.
Вспоминается хрестоматийный пример из "смежной отрасли". Насчет Владимира Маяковского Сталин однажды вынес свой вердикт: "Был и остается лучшим советским поэтом" - и оказался исторически прав. Когда эта эпоха закончилась, стало понятно, что были и другие большие поэты. Но Ахматову, Мандельштама, Пастернака, Бродского следует все же именовать "поэтами советского периода". А из "советских", безусловно, лучший - Маяковский. Похожая коллизия существует и в изобразительном искусстве. Правда, "отец народов" о Дейнеке публично вроде бы не высказывался, но звание лучшего советского художника у последнего не отнять.
И дело вовсе не в чинах или правительственных наградах - по этой части Александра Александровича обходили многие. Просто с одного взгляда на его произведения современникам становилось понятно: большущий талант поставлен на службу стране победившего пролетариата. Прочие гении метались, искали себя, а этот без колебаний следовал за линией партии. Собственно, таких и без Дейнеки хватало, но все больше посредственностей. А тут почти пугающая художественная стихия, беспредельный пластический дар - и в полном распоряжении власти. Похоже, она до конца так и не понимала, как таким бонусом пользоваться. Чиновные "шурупы и винтики" явно терялись: к частностям вроде не придерешься, а взглянуть на явление в целом духу не хватает. Решили, что он "свой в доску", на остальное перестали обращать внимание. Этим "остальным" была сила одаренности, которая превыше идейных рамок и даже авторских намерений.
Казалось бы, что отыщется более функционального и идеологически выверенного, чем рисунки для пропагандистских журналов? Между тем сюжеты, опубликованные в 1920-е годы в "Безбожнике у станка", "Прожекторе", "Красной ниве", трудно назвать тупыми агитками. Конечно, мораль в них ясна и бесхитростна, однако изобразительный язык изощрен и даже изыскан. На журнальном поприще Дейнека оттачивал мастерство, впоследствии примененное им в знаменитом полотне "Оборона Петрограда" и в монументальных опусах вроде мозаик на станциях метро "Маяковская" и "Новокузнецкая". Из графики он вырос в большого художника и не изменял ей до конца дней.
Кстати, графическая коллекция Александра Дейнеки в Курской галерее - пожалуй, лучшая из всех. Автор многое дарил родному городу, тем более что его ранние работы казались столичным музейщикам (да и самому художнику, возможно) не заслуживающими особого внимания. Сегодня оценки переменились: 1920-е годы представляются чуть ли не вершиной творчества. Наверное, не стоит шарахаться в суждениях, лучше воспринимать этого художника в целом, от и до. Такую задачу ставит перед собой Третьяковка, берясь за полновесную персональную выставку (она намечена на 2010 год). Параллельно ведутся переговоры о гастролях с лондонской галереей Тейт и музейным фондом Соломона Гуггенхайма.
Похоже, минули времена, когда отечественные искусствоведы не могли взять в толк, что делать с феноменом Александра Дейнеки после падения коммунистического режима. Сегодня цели ясны, задачи определены: этот художник - наше достояние, будем пропагандировать его творчество внутри страны и продвигать на экспорт. За работу, товарищи!
