Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Несостоявшийся ректор ГИТИСа Юрий Шерлинг: "Я согласился стать кризисным управляющим"

Заслуженный деятель искусств Юрий Шерлинг рассказал обозревателю "Известий" Борису Клину о проблемах ГИТИСа, о том, зачем он согласился его возглавить и почему через шесть часов после назначения исполняющим обязанности ректора подал в отставку
0
фото: vdv.ru
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

"У нас просто пытались отобрать здание". ГИТИС начал "работу над ошибками"

Заслуженный деятель искусств Юрий Шерлинг рассказал обозревателю "Известий" о проблемах ГИТИСа, о том, зачем он согласился его возглавить и почему через шесть часов после назначения исполняющим обязанности ректора подал в отставку.

вопрос: Как вы получили предложение возглавить ГИТИС? Как принималось это решение?

ответ: На протяжении последнего времени я был в кадровом резерве Министерства культуры.

Министерство культуры провело проверку ГИТИСа-РАТИ. Это была плановая проверка, которая выявила огромное количество финансовых, лицензионных, организационных нарушений внутри этого высокочтимого учреждения. Дело шло к тому, что оно вообще может лишиться лицензии.

в: За что?

о: Прежде всего за нарушение лицензионной деятельности. ГИТИС вел незаконную деятельность вне стен института на платных курсах, организованных в России и за рубежом. Проверка также установила и факты незаконных выплат сотрудникам ГИТИСа.

Руководство Министерства культуры, в частности директор департамента науки и образования Олег Петрович Неретин, обратилось ко мне с просьбой: не могу ли я в качестве кризисного управляющего, не более того, не в качестве будущего ректора, подчеркиваю это, я никогда не хотел быть ректором, провести некую восстановительную, реконструктивную работу для того, чтобы ГИТИС мог продолжить свое нормальное функционирование. И мы договорились с самого начала о том, что это будет краткосрочная работа до выборов. А выставлять свою кандидатуру на выборы я и не собирался, потому что мне надо было продолжать свою творческую работу, связанную с театрами, с написанием моих музыкальных произведений. Вот и вся преамбула этого дела. Она абсолютно понятна.

в: А вам-то зачем это надо?

о: Почему я, творческий человек, взялся за это? В самые тяжелые времена господства антисемитизма в нашей стране, в 1977 году, я взял на себя сложнейшую миссию создания центра еврейской культуры. Тогда за исполнение "Семь-сорок" людей снимали с работы. В городе Биробиджане Еврейской автономной области теоретически единственном возможном месте для евреев, я с небольшой группой энтузиастов создал Камерный еврейский музыкальный театр. Первым спектаклем, который я поставил, была написанная мною, как композитором, и поставленная как режиссером и хореографом опера-мистерия "Черная уздечка белой кобылицы". Театр играл на языке идиш. Успех был грандиозный. Театр, естественно, требовал колоссальной организационной работы, он создавался с нуля, не было ничего - ни помещения, ни актеров, ни аппаратуры, ни звука, ни самых элементарных вещей. И там возникло то, что дало мне право в дальнейшем, когда мы говорим уже о ГИТИСе, чувствовать себя человеком, способным принимать административные решения и разбираться в проблемах театрального учреждения.

в: Это было давно, в 1977 году. Злые языки говорят, что в последние годы вы работали в банке, опыта театральной деятельности у вас нет.

о: Это бред сивой кобылы, скажем так. Те, кто говорит, не знают о том, что я профессиональный пианист. Что я композитор, написавший много произведений - опер, балетов, симфоний, огромное количество песен, которые пели даже такие великие исполнители, как Майя Кристалинская и Иосиф Кобзон. Я выступал со своими сольными концертами по всему миру. И при этом работал в банке.

в: Тем не менее драматическом театром вы не занимались. И опыта преподавательской работы, как говорят, у вас тоже нет.

о: Весь мой постановочный опыт режиссера и есть преподавание. Но в ГИТИСЕ я не претендовал на преподавательскую работу. Я претендовал на административно-организационную работу. И совершенно необязательно, по моему представлению, чтобы ГИТИСом руководил педагог. ГИТИСом должен руководить менеджер, администратор. С точки зрения учебного процесса ГИТИСом должен руководить проректор по учебной работе. Это мое мнение. Сегодня взаимоотношения между государством и ГИТИСом диктуют новые параметры. Сегодня государство не в состоянии обеспечить постановку оперы "Кармен" в Санкт-Петербургской консерватории. На это выделено 20 тысяч долларов, или 500 тысяч рублей. А только участников в этом спектакле будет 100. Поэтому нужно менеджерское финансовое администрирование, чтобы решать эти задачи.

в: Неретин из этого и исходил, приглашая вас?

о: Я не могу вам сказать, чем руководствовался Неретин. Я убежден, он руководствовался тем, что я профессиональный режиссер-постановщик, ученик Завадского и Гончарова, я профессиональный музыкант, а еще я окончил хореографическое училище Большого театра по профессии "артист балета классического танца". И у меня серьезный опыт работы в банке, в экономике. В самые трудные моменты, будучи кризисным управляющим, выводил компании на IPO. То есть слагаемые моего профессионального опыта позволяли г-ну Неретину, а также министру предложить мне взяться за это дело.

в: Вы шли в ГИТИС в качестве кризисного управляющего. А в чем заключался кризис ГИТИСа, кроме нарушений дисциплины?

о: Как режиссер, я недавно ставил спектакль в Театре Сатиры. И столкнулся с тем, что актеры современного театра не вполне владеют профессией, на которую государство, мы, налогоплательщики, затратили деньги... Не владеют профессионально вокалом, хореографией... Потребовались бесчисленные каторжные репетиции. Когда я к профессиональным артистам обращался с просьбой сделать пиано, меццо пиано, меццо форте, употреблял профессиональные термины, которые соответствуют той или другой музыкальной дисциплине, до них это не доходило, они элементарно не могли читать ноты.

в: В какой срок вы собирались изменить ситуацию в ГИТИСе и как?

о: Никакой целенаправленной программы вывода ГИТИСа из создавшегося положения у меня нет, не было и не будет. Я хотел сохранить ГИТИС, чтобы у него не была отнята лицензия. Именно во имя студентов. Я хотел просто привести в порядок финансовую и юридическую дисциплину. А дальше события развивались бы так, как должны были развиваться: выборы - и достойнейший стал бы ректором.

в: Как вы узнали о своем увольнении?

о: Я снял трубку, позвонил в ИТАР-ТАСС и сообщил, что я слагаю с себя полномочия. Меня никто не увольнял. Я мог бы продолжать спокойно работать. Было бы там собрание, не было бы... Государство, которое является учредителем, имеет право назначать руководителем того, кого оно считает нужным. Мы забыли, что это не частная лавочка, что вуз существует на государственные деньги.

в: Тогда зачем же вы подали в отставку?

о: Ради студентов. Сейчас идут выпускные и приемные экзамены, создавать бучу между педагогами и учащимися я считаю некорректным. Это великое учреждение, одно из лучших - не по качеству, а по структуре - в мире. Зачем же я буду разрушать это?

в: После экзаменов ситуация может измениться?

о: Если Министерство культуры как главный учредитель, как представитель государства, где я живу, предложит мне снова возглавить ГИТИС, я снова соглашусь.

в: Перед беседой вы сказали, что не желаете оправдываться. Но все же: ваш приход в ГИТИС кое-где называют "рейдерским захватом", ходят слухи, что здание ГИТИСа вы якобы собирались продать. Что скажете стране?

о: Дорогая моя страна, захватить здание ГИТИСа невозможно. Это государственная собственность. Объекты культуры не приватизируются. Все, что можно было сдать, в данном случае общежитие ГИТИСа, которое незаконно сдано, или другие объекты, которые выявлены Министерством культуры, всё это уже сделали, но до меня. Я хотел все это восстановить. Никаких оснований для подобного рода обвинений ни у кого нет. Это оголтелый наезд на меня. Но тем не менее моих судей я люблю, и прощаю, и жалею.

Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...