Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Олег Янковский: "Судьба благоволит мне достаточно долго, и я стучу по дереву..."

Голос Олега Ивановича Янковского звучит на страницах "Известий" в эксклюзивном интервью, которое актер, часто приезжавший во Францию, дал нашему парижскому корреспонденту
0
(фото: Игорь Захаркин/"Известия")
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Ностальгия по Янковскому

Голос Олега Ивановича Янковского звучит на страницах "Известий" в эксклюзивном интервью, которое актер, часто приезжавший во Францию, дал нашему парижскому корреспонденту.

вопрос: Вас называют на Западе русским Делоном...

ответ: Люблю Делона, особенно в "Рокко и его братьях". Нет, до его уровня я не дорос. Отношусь к себе в достаточной степени с юмором и критически. Ибо мы, русские актеры, представлены в несколько другой упаковке и находимся с французами в разных весовых категориях. Конечно, хотелось бы, чтобы меня знали во Франции так же, как Делона, но, к сожалению, российского кино здесь очень мало.

в: Однако во Франции вас помнят по выступлениям на сцене.

о: Да, я позволил себе здесь роскошь - полгода играл в театре, не зная французского. Такое только российский актер может отчебучить. В международной труппе, собранной известным режиссером Клодом Режи, мы играли английскую пьесу. Это поучительно, но все-таки нельзя выступать на чужом языке с просто заученной ролью, не ощущая менталитета страны. Нет, чудес не бывает. Михаил Чехов, великий актер, но и он в Америке не состоялся. Артист должен играть в своем Отечестве.

в: Что, с вашей точки зрения, отличает российского актера от западного?

о: Есть две лучшие в мире актерские школы - российская и английская. Игра происходит как бы изнутри - это психофизические действия, тогда как другие школы основываются на представлении. Хотя лучшие актеры таких школ - например, Бурвиль и Тото - просто замечательны. Но у русских больше идет через нервы и чувства...

в: Некоторые ваши коллеги убеждены в том, что актер театральный и киноактер - две разные профессии. Вы согласны с ними?

о: И да, и нет. Если актера кино, который не знает театра, сразу поставить на подмостки, то, наверное, у него не получится. Что же касается хорошего театрального актера, то он может замечательно сниматься в кино - таких примеров в России много.

в: Сам вы актер послушный или строптивый?

о: Не то и не другое. И строптивым не хочется себя называть, но и соглашателем тоже. Я для себя сформулировал простую вещь: одна из необходимых вещей для актера - это умение принадлежать. Я не хочу  сравнивать лицедейство с древнейшей профессией, но это где-то рядышком. Согласиться на роль, а потом разрушить взаимоотношения и, стало быть, и ткань картины - безнравственно. Если уж ты пришел, будь любезен стать соавтором.

в: Импровизация - ваша сильная сторона?

о: Кадр, которым я горжусь, - это чистая импровизация. Нет текста, а  есть только история, несколько абстрактная - рождение человека и его смерть. Я имею в виду проход со свечой в "Ностальгии" у Тарковского. Триста метров - без помощи режиссера, перебивок и т.д. - только камера и актер. Это внутренняя импровизация, импровизация нервной системы, психики, биоэнергетики.

в: Кто из режиссеров, помимо Тарковского, произвел на вас сильное впечатление?

о: Я счастливый человек, работал со многими - и все они разные. У Тарковского авторское кино, и существовать в его стилистике было очень сложно. Я с радостью вспоминаю Марка Захарова в кино - в театре он совершенно другой. У меня счастливые картины "Обыкновенное чудо", "Мюнхгаузен", а также "Полеты во сне и наяву", "Поцелуй", "Служили два товарища". Наконец, прекрасный режиссер Швейцер, с которым я сделал, возможно, свою лучшую работу - "Крейцерову сонату". Постановщиков много, и нельзя сказать, с кем было уютнее и прекраснее. Наверное, в этом и есть прелесть кинематографа.

в: Происходит ли эволюция актерского ремесла?  С молодыми актерами вы из одного теста или новое поколение уже другое?

о: Конечно, время привносит что-то новое в технику. Каждое поколение говорит на своем языке. Шутки одного поколения, к примеру, не очень понимаются другим. Ну а талант остается - это дело Божье. Это твоя нервная система, интуиция, Богом заложенная энергетика. В народе говорят: "Он не заразительный", то есть выходит на сцену, а через рампу "не переходит".

в: У вас самого есть любимый актер?

о: Не один, а много. Начиная от Луспекаева, Евстигнеева, Бабочкина, который "Плотницкие рассказы" Василия Белова так читал, что я от телевизора оторваться не мог. Если брать западных, то я назвал бы лучшие работы Хэкмана, Де Ниро, а также Депардье - не раннего, а теперешнего, заматеревшего.

в: Вы перечислили иностранных актеров, которые сделали мировую карьеру. Вам не обидно, что вы - человек не меньшего, а может, и большего таланта - остались в национальных рамках?

о: Обидно. У нас не было таких возможностей. Не было института звезд. В нас не вкладывали, и мы прорастали, как растения через асфальт. Лучшие западные актеры в итоге становятся бриллиантами. Русские же таланты так и остаются необработанными алмазами. В этом плане в творческой профессии редкие исключения составляют музыканты, художники, артисты балета.

в: Вам не хотелось бы попробовать себя в качестве режиссера?

о: Хотелось бы. Но чувство ответственности сдерживает. Потому что в собственном качестве мною многое сделано, а опуститься на одну-две ступеньки ниже... Хотя и должен быть момент какого-то риска под лозунгом российского "авось!".

в: В чем, на ваш взгляд, причина такой стабильности вашего успеха и колоссальной популярности? За что же вас так любят и режиссеры, и зрители?

о: Кто знает? За это можно только благодарить судьбу - с этой мыслью надо вставать и ложиться, а ответить на этот вопрос не могу.

в: Вы по природе своей фаталист или боец?

о: К сожалению, не боец. Может, это мне и мешает. Сегодня самое время вступить в какую-то борьбу, и с моими возможностями - именем, имиджем - можно, наверное, добиться многого. Но я избалован в этом смысле судьбой, которая за меня решала многие вопросы. Меня часто спрашивали: "Олег, какую роль ты хочешь сыграть?". Я до сих пор не в состоянии ответить, потому что никогда не ставил такой задачи перед собой, ибо судьба ее решала за меня: "Олег, хочешь Гамлета? Пожалуйста, сыграй его. Хочешь князя Мышкина? Пожалуйста! Хочешь у Тарковского сниматься? Пожалуйста!". (Роль князя Мышкина Олег Янковский исполнил на сцене Саратовского драматического театра. - "Известия")

в: То есть вы баловень судьбы?

о: Не знаю, "баловень" ли это называется. Может, и по-другому. Баловень - временное дело. Мне же судьба благоволит достаточно долго, и я стучу по дереву... Помню, как в 1982 году я одновременно снимался в "Полетах во сне и наяву", "Влюблен по собственному желанию" и в "Ностальгии". Как это пережить? Такой взлет - с ума сойти! На все вкусы - хотите интеллектуальное кино, хотите массовое.

в: А вы сами какое кино предпочитаете - массовое или интеллектуальное?

о: Вообще-то артист - все-таки профессия для масс. Хотя приятно, когда ты появляешься и в интеллектуальном фильме. Но Евгений Павлович Леонов, который играл алкашей и разных чудаков, был любимцем народа и определял уровень духовности. Вот что это такое, объясните мне. Случается, когда паришь над профессией и привносишь что-то такое, становишься миссионером.

в: И тогда артист без всякого звания становится народным?

о: Народных было много, но один почему-то парит над нами, а другой просто хороший актер. Порой наступает момент, когда выходишь на сцену и думаешь: что же ты при огромном стечении народа валяешь дурака? Бывает и другое: вдруг такая тишина в зрительном зале. Видишь: сидит умудренный опытом интеллектуал, который плачет вместе с тобой. И понимаешь, какая у тебя замечательная профессия. Как странно - иногда стыдно за нее, иногда, напротив, она кажется прекрасной.

Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...