Картина маслом
Это кашу маслом не испортишь, а газету, если в течение недели отмечать в ней с десяток праздников, - проще простого. За полтора десятка лет первая декада мая подрастеряла праздничный настрой. Потускнел Первомай, привычный для журналистов День печати из весны перекочевал в зиму, не отмечается 5 мая и день рождения Карла Маркса.
А в мае 1972 года все было по полной программе. В каждый праздник "Известия" заряжались сами и заряжали читателей щедрой порцией заказного оптимизма. То ли праздники были наполовину искусственные, то ли масло в заказном блюде прогорклое, только газетное варево получалось малопривлекательным. Дежурный отчет с первомайской демонстрации в Москве за десятком репортерских подписей ("болванка" писалась накануне - иначе не успевали в номер). Подписи каждый год обновлялись, а тексты практически не менялись, лишь несколько свежих фамилий из колонн демонстрантов.
По-своему отмечался день рождения основоположника марксизма: ежегодно золотой медалью имени Карла Маркса награждались два ученых (отечественный и зарубежный), расширяющие и углубляющие развитие общественных наук. На этот раз лауреатами стали академик Петр Поспелов и болгарский философ Тодор Павлов. Сегодня и эти фамилии стерлись из памяти, и научные труды давно не востребованы.
Праздник журналистов на официальном уровне проходил величественно-скучно (чего не скажешь о живых редакционных посиделках). В Колонном зале Дома союзов с докладом выступил председатель Президиума Верховного Совета СССР Николай Подгорный. Суть длинной речи можно уложить в один абзац: "Огромна роль печати, средств массовой информации и пропаганды в коммунистическом воспитании людей, формировании нового человека, бескомпромиссной борьбе с идеологией, враждебной марксизму-ленинизму". Какая же мощная пропагандистская машина крутила мозги трудящихся, если вспомнить, что в стране выходило 6878 газет разовым тиражом 144 миллиона экземпляров!
Не менее пафосно 7 мая отмечался День радио и других электронных средств массовой информации. Телевидение тогда еще не отравило общественное сознание свободой порнографии и физического насилия.
Вот такая в те майские дни получилась "картина маслом", как говаривал начальник Одесского угрозыска Гоцман в недавнем телефильме "Ликвидация".
И все же была и осталась одна дата в мае, которую народ до сих пор отмечает со слезами на глазах, - День Победы. Конечно, и его на всю катушку использовала пропагандистская машина. 8 мая в "Известиях" напечатана статья генерала армии, начальника Главпура СА и ВМФ А. Епишева "Победный май сорок пятого". Пожалуй, в названии - единственные живые слова...
Но даже самые обычные слова, пропущенные через неравнодушное сердце, наполнялись высоким смыслом. Такой была публицистика знаменитого журналиста-фронтовика Евгения Кригера "Искра того огня": "Люди идут на смерть и умирают в бою. Но там, в солдатских окопах, на командных пунктах, всегда можно хлебнуть оздоровляющую дозу оптимизма... В каждом из нас были искры того священного огня, который испепелил военную машину фашизма".
Еще один яркий мазок в картину праздника - рассказ композитора Эдуарда Колмановского и поэта Константина Ваншенкина об истории их песни "Алеша". Памятник русскому солдату в освобожденном им болгарском Пловдиве навеял песню, которую и сегодня нельзя слушать без комка в горле.
...В сторону от праздников и к вопросу о "картине маслом". В эти же дни один за другим ушли из жизни два выдающихся художника тогда еще единого государства - армянин Мартирос Сарьян и русский Аркадий Пластов. Списки официальных лиц (начиная с Брежнева) по размерам почти равнялись самим некрологам. Но казенные слова государственной скорби отступали перед истинным масштабом утраты, понесенной отечественным искусством. Чтобы понять это, достаточно и сегодня прийти в ту же Третьяковку, застыв в изумлении перед неповторимым колоритом пейзажей Сарьяна и целомудренной "Весной" Пластова.
