Бурный Рост
К скорому 70-летию фотографа, журналиста и писателя Юрия Роста приурочена его фундаментальная выставка "Групповой портрет" в московском Манеже.
Творческий стаж Юрия Роста можно, конечно, отсчитывать положенным образом - со времен первой публикации в прессе. Но сам он предпочитает за точку отсчета принимать свой первый снимок, сделанный им в послевоенном Киеве в возрасте семи лет. Привезенный родственником трофейный "Цейс" запечатлел друзей детства будущего журналиста - и нельзя сказать, что с той поры он как-то радикально поменял свою фотографическую манеру. Добавилось умений, само собой, и выбор моделей уже не определялся лишь приятельскими отношениями, но и во "взрослых" снимках Роста почти всегда присутствует ощущение связи между автором и портретируемым. Причем фотограф эту связь не только не маскирует, а еще и подчеркивает литературными комментариями.
Стиль не совсем репортерский, но у Юрия Роста с давних пор возникла собственная ниша в журналистике. Он вроде бы не гонялся за горячими новостями (хотя на выставке все-таки можно встретить прямые отклики на события - например, съемку в Армении после печально памятного землетрясения) и не охотился на знаменитостей, выскакивая в нужный момент из засады. Фирменный жанр Юрия Михайловича лучше всего характеризуется фразой из анекдота: "А поговорить?". Ему не интересно просто пощелкать затвором с разных точек и умчаться с добычей в темную комнатку. За каждым кадром у него обязательно стоит история - короткая или длинная, веселая или грустная.
Эти эссе прилагаются к фотографиям и от последних едва ли отделимы. Надо думать, не зря все-таки юбиляр сражался с устроительницей выставки - директором Московского дома фотографии Ольгой Свибловой - за то, чтобы все тексты попали в экспозицию. Позиция Свибловой объяснима: выставочный зал - не библиотека, зритель приходит сюда смотреть, а не читать. Но и Роста можно понять: он отстаивал полноту своего жанра. В итоге отстоял. И ничего страшного - читаются его истории с увлечением; смотреть выставку не только не мешают, но и делают зрелище куда более осмысленным.
Во многом благодаря эссеистике герои снимков Роста получают дополнительное измерение. Писатели, философы, музыканты, ученые перестают казаться небожителями и обретают человеческие черты, иногда неожиданные и даже забавные. И наоборот, люди "из народа", которых у автора в коллекции великое множество, выглядят отнюдь не простачками и не лубочными типажами. Почитать, допустим, байку про случайную встречу журналиста с путейцем Борисом Аполлоновичем Хариным - так прямо Платон Каратаев вырисовывается, хотя и пьющий. А на снимке - лапоть лаптем... Или взять северное сказание про двух старушек, живущих в заброшенной деревеньке - буквально эпос в нескольких абзацах.
Как и в недавней своей книге "Групповой портрет на фоне века" (выставка сделана на базе этого толстенного фолианта), Юрий Рост предстает в Манеже подлинным антиснобом, для которого личность заведомо важнее статуса. Такая жизненная установка подчеркнута визуальным рядом, где портреты людей знаменитых и всеми уважаемых (но, между прочим, далеко не всегда селебритис в популярном значении слова и уж тем более не гламурных персонажей) намеренно перемежаются с лицами, которые мало кому знакомы. Вернее, были мало знакомы - до того как попали в объектив Роста и стали героями его повествований.
Судя по анонсам, не за горами новая книга и новая экспозиция. Некоторые их черты проступают в разделе под названием "Групповой портрет на фоне мира - эскиз будущей выставки". Тут Юрий Рост намерен выступить в качестве путешественника по всей планете и, разумеется, рассказчика об увиденном. Природные красоты Тибета, Мадагаскара, Исландии и прочих экзотических мест будут фигурировать обязательно. Но главное, как водится у Роста, - люди. Без различия чинов и сословий.
