Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

"Привет от Мао Цзэдуна..."

Листая подшивку "Известий" за 1949 год, не трудно понять, что в жизни народов Советского Союза тогда было два главных события: 70-летие И.В. Сталина и визит в Москву Мао Цзэдуна. Страна готовилась основательно к юбилею "величайшего гения всех времен и народов". Готовились и "братья по классу".
0
"Я приехал не грузинское вино пить, а говорить со Сталиным!" (фото: Архив "Известий")
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Листая подшивку "Известий" за 1949 год, не трудно понять, что в жизни народов Советского Союза тогда было два главных события: 70-летие И.В. Сталина и визит в Москву Мао Цзэдуна. Страна готовилась основательно к юбилею "величайшего гения всех времен и народов". Готовились и "братья по классу". 17 декабря "Известия" сообщили о встрече председателя правительства только что созданной Китайской Народной Республики Мао Цзэдуна на Ярославском вокзале.

И вот долгожданное 21 декабря. На следующий день "Известия" открываются отчетом о торжественном собрании в Большом театре. Первым слово для приветствия получил глава китайской делегации. Для многих это стало неожиданностью. В президиуме лидеры международного коммунистического движения Тольятти, Ибаррури, Георгиу-Деж - гвардия проверенная, испытанная. И вдруг - Мао Цзэдун, человек-загадка. Но генералиссимус был дальновиден...

"Товарищ Сталин, - начал приветствие Мао, - является учителем народов всего мира, учителем и другом китайского народа..." На следующий день на приеме в Кремле вновь первым слово для тоста получил Мао. Так были поставлены все точки над i: в мире - две великие державы и два великих вождя.

"Мао Цзэдуна, - рассказывал мне впоследствии историк, писатель и генерал Дмитрий Волкогонов, - поселили на сталинской даче в Кунцеве. Праздник прошел, и гость ждал встречи со Сталиным. Минула неделя. Тишина... Мао взорвался: "Я приехал не грузинское вино пить, а говорить со Сталиным!" На рассвете генералиссимус тихо, без стука вошел в спальню Мао. В руках он держал поднос со стаканом чая в серебряном подстаканнике: "Доброе утро..." О чем говорили они, никто никогда не узнает. Странно, но переводчика при их беседе не было..."

Не успел Мао вернуться в Пекин, как в Колонном зале Дома союзов Ансамбль песни и пляски Красной Армии имени Александрова впервые исполнил песню Вано Мурадели на слова поэта Михаила Вершинина: "Русский с китайцем - братья на век, / Крепнет единство народов и рас. / Плечи расправил простой человек. / Сталин и Мао слушают нас..."

Недавно в Союзе композиторов мне поведали историю песни, которая одно время исполнялась не реже нашего гимна. Мурадели случайно увидел стихи Вершинина в одном из журналов и решил положить их на музыку, используя конъюнктуру момента. Конечно, рисковал, но песня понравилась вождю. Вскоре Вано Ильич получил Сталинскую премию. А Мао услышал песню во время гастролей "александровцев" в Пекине и пожелал увидеть автора текста. Найти его оказалось непросто. По легенде, поэта отыскали в одном из бериевских лагерей, где офицер-фронтовик отбывал срок по ложному обвинению и откуда с "нарочным" отправил на волю свои стихи. Эту версию не опровергал и сам Михаил Максимович, с которым спустя годы мы познакомились в "Известиях".

"Миша был добрым и храбрым человеком, - рассказывал мне директор Центрального дома литераторов Владимир Носков. - А еще был он большим фантазером..." Со временем я и сам убедился в этом.

Судьба Вершинина изобиловала неожиданностями и резкими виражами. Выйдя на волю, он одно время был помощником министра МВД Н. Щелокова. Потом возглавил литературный альманах "Мужество". Членами редколлегии "назначил" маршалов С. Буденного, И. Конева, В. Чуйкова, генерала армии П. Батова...

Вершинина знали многие. Он жил легко, с шутками и прибаутками. Наведываясь в "Известия", приветствовал всех фразой: "Привет от Мао Цзэдуна!" Встречался ли он с "великим кормчим"? Не уверен. Но в посольстве Китая был всегда самым желанным гостем.

Комментарии
Прямой эфир