Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Последнее слово

Как пелось в одной послевоенной песне, "ехал я из Берлина по дороге степной". Действительно, возвращался из Германии, от друзей. "Ехал мимо Варшавы" (как и поэт Лев Ошанин). Проехали Брест и всю Белоруссию - Барановичи, Минск, Борисов, Оршу. А потом и Смоленск. "Там, где русская слава по тропинкам прошла" (из той же песни).
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Как пелось в одной послевоенной песне, "ехал я из Берлина по дороге степной". Действительно, возвращался из Германии, от друзей. "Ехал мимо Варшавы" (как и поэт Лев Ошанин). Проехали Брест и всю Белоруссию - Барановичи, Минск, Борисов, Оршу. А потом и Смоленск. "Там, где русская слава по тропинкам прошла" (из той же песни). Мирные поля, аккуратные рулоны сена, яблоневые плантации, придорожные и дальние рощи, алые ковры мака и сиреневые поляны иван-чая вдоль дороги, тихие реки - Одер, Буг, Березина, Днепр...

Вернувшись, окунулся в июльскую подшивку "Известий" 1944 года - и вся география в обнимку с историей повернула вспять. Оперативные сводки с фронтов Великой Отечественной войны сообщали о наступлении Красной Армии в Белоруссии. В ежедневных приказах Верховного главнокомандующего - поздравления нашим войскам в связи с освобождением очередного города. Чаще других звучит имя генерала армии Ивана Черняховского. Войска 3-го Белорусского фронта под его командованием только на этой неделе освободили Борисов, Минск, Молодечно. И каждый раз Москва салютовала этим победам.

С августа 1943 года (после освобождения Орла и Белгорода) в Москве прогремело больше трехсот победных салютов. 10 процентов из них звучали в честь побед войск Черняховского, выдающегося полководца, самого молодого у нас генерала армии. Это звание он получил 28 июня 1944 года, накануне 38-летия. Впереди Черняховского ждали победоносные бои в Литве и Восточной Пруссии. В феврале 1945 года в Москве прогремел еще один салют, траурный - 24 залпами из 120 орудий. 18 февраля уже в Польше Черняховский был смертельно ранен осколком случайного артиллерийского снаряда. Последние его слова были: "Неужели все? Неужели я убит?" Sic transit gloria mundi!

Славу еще одного выдающегося сына Родины отметили "Известия" в июле 1944 года. На страницах газеты были опубликованы указ о награждении орденом Ленина почетного члена Академии наук СССР Николая Александровича Морозова и маленькая заметка в связи с его 90-летием. Об этой жизни можно писать романы. Ученый с мировым именем, автор выдающихся трудов по астрономии, биологии, геологии, истории, математике, физике, философии, химии, языкознанию, Морозов был современным Ломоносовым. Поэт и один из первых отечественных воздухоплавателей, он в 1939 году в 85 лет окончил снайперские курсы Осоавиахима и через три года на Волховском фронте лично пристрелил нескольких фашистов. Но самое удивительное в этой биографии: в своей первой, дореволюционной жизни Николай Морозов - один из основателей "Народной воли", участвовал в покушении на Александра II, был приговорен к пожизненному заключению, 29 лет провел в одиночных камерах Петропавловской и Шлиссельбургской крепостей, там написал основные научные труды.

В советское время вслед за Циолковским Морозов прокладывал первые пути отечественной космонавтики. В 1923 году произнес пророческие слова: "Двадцатый век будет веком окрыленного человечества и люди российской земли проложат дорогу к звездам!" Умирая 30 июля 1946 года в своем родовом имении Борок Ярославской области, Николай Александрович сказал два последних слова: "Прощайте, звезды!"

Примечательный факт (возвращаясь к военной теме): по приказу Гитлера гестапо внесло имя Морозова в список особо опасных для рейха советских людей, приговоренных заочно к смертной казни, за непримиримое отношение к германскому фашизму.

Комментарии
Прямой эфир