Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Власть железа

Среди кошмаров прошедших полутора недель - катастрофа с самолетом, взрыв на шахте, пожар в доме престарелых, массовая гибель людей - самым ужасным мне кажется гибель одного годовалого мальчика. Во всех прочих случаях хоть какой-то элемент случайности существует. Да, плохие самолеты и подготовка летчиков, но в аэропорту был туман. Всегда есть риск проникновения метана в угольный разрез. Пожар, конечно, не может случиться вдруг, хотя тоже никто не хотел.
0
Ольга Бакушинская
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Среди кошмаров прошедших полутора недель - катастрофа с самолетом, взрыв на шахте, пожар в доме престарелых, массовая гибель людей - самым ужасным мне кажется гибель одного годовалого мальчика. Во всех прочих случаях хоть какой-то элемент случайности существует. Да, плохие самолеты и подготовка летчиков, но в аэропорту был туман. Всегда есть риск проникновения метана в угольный разрез. Пожар, конечно, не может случиться вдруг, хотя тоже никто не хотел.

И вот на юго-западе столицы в своем автомобиле выезжает на улицу обычный молодой человек. Подает машину задом, цепляет детскую коляску. Случайность? Родители кричат, стучат ему в окно, он стартует на высокой скорости. Трудно представить себе эти последние секунды бега за ускользающей жизнью своего сына... Водитель прибавляет газ. Соседи в потоке ему сигналят, он тащит коляску три километра. Потом бросает машину, идет домой к собственной дочери, ровеснице погибшего мальчика, пытается скрыться от милиции. Все как-то даже обыденно, спокойно.

Общество потрясено, оно требует примерной казни, но совершенно не хочет делать какие-то выводы из поступка конкретного подонка. Между тем некоторые выводы напрашиваются. В обществе выстроилась животная, что ли, система отношений. Где главным становится принцип сохранения собственной силы и безопасности, а не сохранения вида. Нет, даже не животная. Животные инстинктивно беспокоятся за вид. Хотя бы зайцы за зайцев, а волки за волков. Современный человек же, если почувствует себя в жалкой безопасности в краткий миг времени, не видит ничего вокруг. И железная машина такое ощущение многим дает. Ведь это не вопрос правил дорожного движения - поведение водителей в сложной дорожной обстановке. Это что-то иное, простите, моральное.

Я пару месяцев назад шла с дочерью на зеленый свет по пешеходному переходу. Каким-то чудом боковым зрением увидела, что на нас мчится "со всей дури" машина. Еще одним чудом я отскочила и отбросила назад ребенка. Нас бы размазало по асфальту. Окружающие люди кричали в ужасе. Мимо проезжал автомобиль ГИБДД, не заметить происходящее было трудно, но им удалось. "Пришла тетя в отделенье под угрозой убиенья, ей сказали: "Что вы, тетя, вот убьют - тогда придете!"

В городе существуют еще, если кто забыл, пешеходные переходы без светофоров. Водители обязаны на них пешеходов пропускать. Забыли? Не суетесь туда в качестве пешехода без нужды и с нуждой? Правильно делаете. Случай с мальчиком получил громкий резонанс, сейчас я вам поведаю трагедию, которая подобного резонанса не получила два года назад. Дорогу по вот такому нерегулируемому переходу переходил известный бард Борис Вахнюк с двумя дочками шести и девяти лет. Убило всех троих. Нет, четверых, пожалуй. Еще Ирину Вахнюк, жену и мать. Ирина держится с редким достоинством, пришла на мою передачу, рассказала обо всем ровным голосом. Слушать ее долго нельзя, все присутствующие в студии плакали в голос. Ирина не плакала, слез, видимо не осталось у этой не старой, но совершенно седой интеллигентной женщины. Двадцатитрехлетний Василий Максимов, сын юристов, не упал перед ней ниц, не грыз землю. Даже просто не извинился. Ирина два года ходит на суды, которые периодически случаются, да все что-то приговору мешает. Происходит очень ловкая волокита с целью - авось рассосется. Два года Ирина слышит оглашение результатов судебно-медицинской экспертизы, где подробно описано, как и в каком виде лежали самые дорогие ей люди. Максимов сидит рядом, зевает и шлет эсэмэски друзьям. Ирина не требует расстрела и пожизненного заключения. Она просит хоть какой-то справедливости. Детей не вернешь, но можно попробовать спасти чужих детей.

Что-то с нами стало, если, прикрывшись железным корпусом, мы перестаем быть людьми. Я не знаю, как это поправить. Можно только тогда, когда каждый посмотрит внутрь себя. И разберется со своей собственной агрессией и равнодушием.

Комментарии
Прямой эфир