Остров, оказавшийся никому не нужным
Даманский... Сегодня это название мало что скажет среднестатистическому россиянину, который, по данным последней переписи, родился 37 лет назад. События на крохотном дальневосточном острове случились тогда же. В марте 1969-го он оказался в центре общественного внимания и политических страстей, став синонимом мужества и трагедии одновременно.
В мою собкоровскую жизнь Даманский ворвался, когда я был в Москве. Утром, придя в отдел корсети, я увидел на столе у нашей тогдашней "мамы" Лидии Ивановны Буданцевой авиабилет во Владивосток. "Кто летит в мои края?" спросил я. "Ты". "Прямо завтра?!" "Прямо завтра". "Я же только вчера прилетел!" "На Даманском события".
Ровесникам тех событий и тем, кто моложе, поясню. Есть на Дальнем Востоке река Уссури, приток Амура. Течет она между нашим и китайским берегами. Там же проходила государственная граница двух стран СССР и КНР. Несколько небольших островков, расположенных ближе к китайскому берегу, "по умолчанию" числились за нами. Среди них был и Даманский 1700 метров в длину и 500 в ширину. Весной его заливало с макушкой, летом и осенью там косили траву для скота, а зимой белое безмолвие.
К весне 69-го отношения между Советским Союзом и Китаем достигли пика напряженности (тяжелый период в отношениях наших стран). То и дело в приграничных районах возникали, выражаясь газетным или дипломатическим языком, "вооруженные провокации маоистов". Но если вблизи Благовещенска, на замерзшем Амуре, все ограничивалось криками, угрозами, бряцанием винтовок, в крайности потасовкой, на Даманском уже пролилась кровь.
В столкновении 2 марта погиб 31 наш пограничник. Такие большие потери (еще 14 бойцов были ранены) объяснялись не только неожиданностью нападения (начальник заставы "Нижне-Михайловка" старший лейтенант Иван Стрельников был убит просто в упор). С возвышенного китайского берега был пристрелян каждый сантиметр островка, и наши бэтээры горели как спичечные коробки. Я впервые увидел тогда сгоревших людей на белых простынях лежали крохотные, угольно-черные, оплавившиеся тела...
В Имане (нынешнем Дальнереченске), где квартировало командование погранотряда, прошли первые похороны. Собрался чуть не весь город. Редкий снег тихо ложится на обтянутые красной тканью гробы возле отрытых могил. Крутится пленка репортерского диктофона, пишет фонограмму происходящего. Выступает начальник Иманского погранотряда полковник Демократ Леонов. Говорит хрипло, простуженно. Я еще не знаю, что это последняя запись его голоса. Через несколько дней Демократ Владимирович погибнет, как и его соратники, с которыми он прощается сейчас. Оркестр исполняет Гимн Советского Союза, на этом фоне слышен стук молотков забивают гвозди в крышки гробов. И вдруг, перекрывая все звуки, раздается пронзительный детский крик: "Па-а-па-а!"...
В том трагическом марте не было центрального издания, которое не прислало бы на Даманский своего представителя. Приехал даже ответственный секретарь "Крокодила", хотя тогда было не до смеха никому. Нам с моим хабаровским коллегой Арнольдом Пушкарем пришлось работать в условиях жесточайшей конкуренции и режима секретности, установленного военными и партийными идеологами. К тому же весьма скромные возможности телефонной связи провинциального Имана. Однако как-то выкручивались, и публикации в "Известиях" появлялись ежедневно. Подписей всегда было две, хотя писали по очереди: пока один собирал материал, другой готовил свой кусок и пробивался к телефону, а потом еще немного спал...
Трудно сказать, сколько длилось бы противостояние на Даманском. Бесконечные переговоры нашего военного руководства с Москвой с ЦК КПСС и со Ставкой, ожидание непонятно чего, надежда непонятно на что. Два залпа нашей ракетной установки "Град", наконец, поставили точку в кровавом конфликте: противника как ветром сдуло. Но к тому времени к 16 марта наши потери уже составили 58 человек убитыми и 94 тяжелоранеными.
...Через полгода было решено отдать Даманский Китаю. Соседи быстренько засыпали протоку между берегом и островом, и теперь о тех событиях напоминают лишь могилы в центре Имана да детский вопль на пленке моего диктофона, перекрывающий стук молотков.
ПАВЕЛ ДЕМИДОВ
В "Известиях с 1965 по 1979 год и с 1991 по 2006 год. Собкор газеты по Дальнему Востоку, спецкор, последнее время зам. главного редактора журнала "Закон".
"Этот детский крик врезался в память навсегда. Не знаю, какому художнику под силу было бы срежиссировать сцену, поставленную самой жизнью на острове Даманский в марте 1969 года. У меня и сейчас, когда пишу эти строки, пробегает по спине холодок..."
E-mail: istclub@izvestia.ru Станиславу Сергееву
