Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Каждому – по блюзу его

В ходе обширного российского тура госпел-хор из нью-йоркского Гарлема посетил Большой зал консерватории. Выглядели американцы там весело, но странновато. По содержанию их искусству больше подошел бы храм, по форме - ночной клуб с танцполом. Госпел-хор из Гарлема - это семь чернокожих женщин, один чернокожий мужчина под названием "дирижер", еще один - под названием "босс", а также ударник, клавишник и звукорежиссер, поскольку вся музыка идет через микрофон.
0
В ходе обширного российского тура госпел-хор из нью-йоркского Гарлема посетил Большой зал консерватории (фото gettyimages.com)
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В ходе обширного российского тура госпел-хор из нью-йоркского Гарлема посетил Большой зал консерватории. Выглядели американцы там весело, но странновато. По содержанию их искусству больше подошел бы храм, по форме - ночной клуб с танцполом.

Госпел-хор из Гарлема - это семь чернокожих женщин, один чернокожий мужчина под названием "дирижер", еще один - под названием "босс", а также ударник, клавишник и звукорежиссер, поскольку вся музыка идет через микрофон. Женщины — одна телеснее другой — совершенно волшебно двигают своими телесами, по очереди солируют, зачастую выдавая чудеса блюзового вокала, все невероятно заводные, обаятельные, коммуникабельные (залу понятны без переводчика) и именуются "сестрами". Гораздо более изящных размеров "дирижер", он же "брат", практически не дирижирует, зато отлично скачет под барабанную дробь.

"Босс" открывал вечер словами про то, как они нас любят, а закрывал — про то, что в жизни его коллектива были два важнейших момента — Рождество с папой римским Иоанном Павлом Вторым и нынешнее выступление в Москве. Понятно, что подобные слова говорятся везде, где только выступает хор, но звучали они на удивление убедительно... Собственно, это и есть главная цель госпел-хора — чтобы люди хотя бы ненадолго поверили в то, во что им обычно не верится.

Коллектив, впервые приехавший в Россию, создан 20 лет назад из музыкантов афроамериканских церквей Гарлема. Чернокожее христианство, в котором сквозь танцевальные ритмы то и дело проступает слово "аллилуйя", оказалось хорошо встраиваемым и в ватиканскую обитель, и в абсолютно светские пространства вроде Карнеги-холла. Надо сказать, что и в Большой зал консерватории публика пришла на редкость пестрая: люди с косичками, несколько мулатов, тинейджеры, много мужчин в приличных костюмах и галстуках, а также один человек в черном капюшоне с бледным лицом и остановившимся взглядом.

Традиционные религиозные гимны в репертуаре коллектива легко монтируются с песнями Стиви Уандера и Майкла Джексона, а служба строится по законам шоу. Или, может быть, наоборот: шоу строится по законам службы. Важнейший момент — интерактивность, вовлеченность всего зрительского зала в самом что ни на есть попсовом жанре all together. Несмотря на очевидную неприспособленность академического пространства, вовлеченность была серьезная. Честно говоря, не припомню, чтобы музыкальному обозревателю "Известий" доводилось раньше танцевать в Большом зале консерватории... Главное — зажечься, раскрепоститься, забыть про страхи и горести. Поверить в счастье, радость и если не в Иисуса Христа, то хотя бы в самого себя.

Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...