Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Дирижер Юрий Темирканов: "Во фраке удобно - спереди не мешает, сзади не поддувает"

В Иркутске во второй раз проходит музыкальный фестиваль "Звезды на Байкале", в рамках которого, помимо его художественного руководителя Дениса Мацуева, выступают "Солисты Москвы" с Юрием Башметом, Виктор Третьяков, Георгий Гаранян. Но главная звезда - дирижер Юрий Темирканов, впервые выехавший со своим заслуженным коллективом Петербургской филармонии так далеко на российский восток.
0
В Иркутске во второй раз проходит музыкальный фестиваль "Звезды на Байкале" (фото Наталья Логинова)
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В Иркутске во второй раз проходит музыкальный фестиваль "Звезды на Байкале", в рамках которого, помимо его художественного руководителя Дениса Мацуева, выступают "Солисты Москвы" с Юрием Башметом, Виктор Третьяков, Георгий Гаранян. Но главная звезда - дирижер Юрий Темирканов, впервые выехавший со своим заслуженным коллективом Петербургской филармонии так далеко на российский восток. Пролетая над страной, маэстро дал интервью обозревателю газеты "Известия" Екатерине Бирюковой.

вопрос: По Москве ходят слухи, что вы в следующем году будете ставить в "Новой опере" "Пиковую даму" Чайковского. Это правда?

ответ: Мы говорили про постановку, но конкретного пока ничего нет. Просто я дружил с Колобовым и поэтому сейчас иногда появляюсь в его театре.

в: А вообще тянет в оперное дело, которым вы в свое время много занимались?

о: Не очень. Сейчас на это времени нет.

в: Чем вам сейчас нравится заниматься больше всего?

о: Читать книги. Хорошие. Из того, что в последнее время прочитал интересного, — книга про Чайковского, которую написал какой-то англичанин. Не помню фамилию. Переведена она, правда, чудовищно, можно сломать язык. Но книга сама по себе любопытна, хотя не то чтобы я много нового узнал из нее. Там про сексуальную жизнь Чайковского, и все его поступки, все сочинения показаны с этого ракурса.

в: И финал жизни, конечно, тоже?

о: Всё. Даже рождение, по-моему, с этой точки зрения трактуется.

в: А книгу Льва Лосева про Бродского, с которым вы дружили, читали?

о: Нет пока.

в: А что бы вы сами про Бродского могли сказать?

о: Хороший был парень. Подозреваю, что не всегда очаровательный. Но поскольку я не литератор, а он не музыкант — он, по-моему, кроме Гайдна, никаких больше композиторов не любил, — у нас были очень хорошие отношения.

в: Вы еще в Питере дружили?

о: Нет, я познакомился с ним, когда его выгнали из страны. Я с оркестром прилетел в Америку, в один университет. Нам устроили ужин, я сидел рядом с симпатичной девочкой, которая говорила по-русски. Я ее спрашиваю: "Слушайте, красавица, откуда вы знаете русский?" Она говорит: "Я на русском факультете". "А кто преподает?" — "Иосиф Бродский". Я слышал, конечно, его историю, хотя она не очень меня волновала. Я ни его стихов не читал, ни этот круг не знал. Но просто, по-человечески подумал: "Бедный, сидит на краю Америки, в небольшом университетском городке, наверное, скучно, тоскливо". И только поэтому попросил ее найти мне его телефон. Набрал и сказал: "Иосиф, вы меня не знаете, может быть, слышали мое имя, я хотел бы вас повидать". Он: "Я сейчас приеду". Я ему: "Ты что, с ума сошел, у меня же внизу в холле два кагэбэшника сидят!" А он говорит: "Да я лучше тебя это знаю, я за углом остановлюсь". Хорошо, я спустился. Тогда за границей надо было четверками перемещаться: только по четыре человека, вдвоем нельзя...

в: Даже дирижеру?

о: Нет, дирижеру можно даже одному было. Я все-таки начальник. Так что я вышел, нырнул к нему в машину, и мы поехали. Только-только его первая книга в Америке была напечатана, он мне ее подарил, с автографом. С тех пор мы стали при каждой возможности видеться. В Англии, в Италии.

в: У вашей дружбы с Барышниковым такая же детективная история?

о: Примерно. Но вообще дружбу с Бродским, Барышниковым, Нуриевым я старался не афишировать. В советское время это было очень опасно. Если бы узнали, это могло бы сильно осложнить мою жизнь. Могли бы больше не выпустить.

в: Вы сравниваете то время и нынешнее?

о: Конечно, но так примитивно нельзя сказать, что тогда было плохо, а теперь хорошо. Можно так сказать: я счастлив, что дожил до того времени, когда рухнул коммунизм. Но, с другой стороны, многие, особенно бывшие коммунисты, так ругают всё, что тогда было! Это неправда. Тогда было очень много сделано хорошего. Поддерживали культуру. Плохо, но поддерживали. А сейчас — хорошо, но не поддерживают.

в: Ну, ваш оркестр сейчас президентский грант получает.

о: Это правда. Собственно, наша поездка в Сибирь — это мой ответ на то, что нам дали грант. Я считаю своим долгом играть не только в Парижах и Лондонах. Видите, какой я высокопарный и старомодный человек.

в: Вы ведь не бывали в Сибири раньше?

о: Я вообще сегодня еду по стране первый раз в своей жизни. Я нигде, кроме Москвы и, конечно, Кавказа, где я родился, не был. А, забыл, еще в Калининграде был, с оркестром, в позапрошлом году.

в: Да вы что? Как же вам так удалось отсидеться?

о: Ну, не очень и хотел. Как турист я бы поехал, но не было возможности. А как артисту мне было в те времена неинтересно. За 27 рублей ездить в Хабаровск или Новосибирск? Правда, мне за "мастерство" еще 6 рублей добавляли.

в: За "мастерство" — это за "народного артиста"?

о: Да, я все-таки народный артист СССР. И у меня была самая высокая ставка. Правда, в Москве не платили за "мастерство" — предполагалось, что в Москву все и так хотят поехать. Так что можно было в Москву "мастерство" с собой не брать. Видите, какая свинская страна была?

в: Сейчас лучше, уже не 27 рублей платят?

о: Конечно лучше, и дело даже не в деньгах. Дело в том, что не плюют в душу, не считают тебя рабом, не решают, как тебе жить, куда тебе ехать, что тебе играть. А уж о деньгах я не говорю — все отбирали. Но самое отвратительное даже не то, что они всех превратили в рабов, а то, что они и сами-то не умели жить хорошо. Хоть бы сами жили как люди! А у них вкуса не хватало. Воровали и сидели за заборами. Сейчас те, у кого деньги есть, хотя бы покупают себе дома в Ницце. Это вызывает у меня уважение.

в: В Москве недавно проходил фестиваль оркестров. Государственное мероприятие, с размахом, очень дорогостоящее. Что вы про него думаете и почему сами не принимали участия?

о: Я думаю, что это чрезвычайно важное для страны мероприятие. Худо-бедно, но раньше был Госконцерт, который хоть и отбирал у нас все деньги, но каким-то образом приглашал замечательных артистов, замечательные оркестры в нашу страну. А последнее десятилетие у нас все прекратилось. Никто не знает, что происходит в мире. Потому что большинство людей не ездит по миру. А те, кто ездит, как правило, на симфонические концерты не ходят. Поэтому, когда меня пригласили принять в этом участие, я согласился с огромным удовольствием. Но поскольку это делалось, как всегда у нас, в последний момент, наш оркестр уже был на это время занят. А в следующем году будем участвовать.

в: Вероятно, вы участвуете и в составлении программы. Кого вы посоветовали пригласить на следующий фестиваль?

о: Еще не знаю, что получится из того, что я посоветовал, поэтому не стоит пока говорить.

в: Ну Венская филармония-то в этот раз доедет?

о: Очень хочу. Пока неизвестно — с Булезом или с Арнонкуром. Потому что вообще-то с такими людьми надо договариваться минимум года за два.

в: А о каких оркестрах мечтаете?

о: Филадельфийский, Чикагский, Нью-Йоркский. Есть несколько замечательных немецких оркестров — в Мюнхене, Гамбурге. Не только Берлинская филармония.

в: Как ваш питерский оркестр переживает ремонт в родном зале?

о: Очень тяжело. Для них это шок. Потому что оркестр очень избалован судьбой. Ведь это был единственный оркестр в стране — я имею в виду из знаменитых — у которого была своя площадка. Причем лучшая площадка.

в: А москвичи считают, что ничего нет лучше Большого зала консерватории...

о: Да, он очень хороший. Но все-таки это просто зал, замечательный зал. А у нас — это храм.

в: Почему вы дирижируете без палочки?

о: Просто у меня ее нет.

в: Но при этом вы придерживаетесь абсолютно традиционной концертной одежды. Сейчас чуть ли не в пижамах дирижируют, а вы — только во фраке.

о: А это удобно. Знаете, после революции все грабили богатых. И как-то крестьянин пошел на базар, а там продают ворованный фрак. Он смотрел, смотрел и купил. Надел и пошел пахать. Сосед говорит: "Ты что, с ума сошел?" А он отвечает: "Ты знаешь, очень удобно. Спереди не мешает, сзади не поддувает". Вот и мне тоже так.

Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...