"Иван Грозный", первая серия

Части Первого Украинского фронта форсировали Одер. Союзники - на Рейне. В Крыму - Ялтинская конференция. Впереди - глобальные геополитические перемены. Какое место займет в завтрашнем мире Советский Союз - сталинский Советский Союз?

И очень кстати сейчас выход на экраны первой серии фильма "Иван Грозный". Картина масштабная, костюмная, дорогая, но съемки не прекращались всю войну. Такие фильмы творят государственную мифологию, а без нее невозможна государственная идеология. Рассказ о диктаторе ХVI века должен выигрышно объяснить логику диктатора века двадцатого, и эту тонкую работу Сталин доверил кинорежиссеру № 1 - Сергею Эйзенштейну. Пока Эйзенштейну все удалось.

Из известинской рецензии: "Умный, воодушевленный великой мыслью человек, видящий в государственной власти тот подвиг, который он должен совершить во имя отчизны, дальновидный политик и крупный полководец - таков Иван Грозный в фильме (...). Мы видим ожесточенную борьбу Ивана с боярством за централизованную, единую власть - эту борьбу царь ведет во имя высших интересов родины. (...) Мы видим подготовку к войне с Ливонией, исторически необходимой для России. В финале как присяга звучат его слова: "Ради русского царства великого".

Ниже - статья самого Эйзенштейна "Наша работа над фильмом":

"Потомки раздавленных Иваном феодалов, не желавших принять единодержавие, вопили о кровожадности московского царя. (...) Их писания, питавшие прошлую интерпретацию роли и образа Грозного, - отнюдь не объективные (...). Понадобилась победа Великой Октябрьской социалистической революции, чтобы в должном свете осветить многогранную деятельность Ивана Грозного". (...)

Обыкновенно исторического героя стараются представить в поступках обыденных: в халате и ночном колпаке. О царе Иване хотелось говорить иначе, дать ощущение величественности, и это влекло к величавости форм. Речь становилась размеренной. Часто в речь вливается музыка, в диалог вплетается хор (...)".

В общем - победный шум, Сталинская премия...

Дальнейшее известно. Киноведы пишут: Эйзенштейн не сразу решился взяться за "Грозного". И первым эпизодом, который придумал, была сцена покаяния царя: перед фреской "Страшный суд" Иван поминает своих жертв. Это настроение прорвалось во второй серии фильма. Сталину она резко не понравилась. 4.09.1946 г. выходит постановление Оргбюро ЦК ВКП (б) "О кинофильме "Большая жизнь". Било оно и по Эйзенштейну. "Известия" (проверил) постановление не публиковали. Зато была статья Н. Тараканова, где текст документа дублировался слово в слово (автор знал, что лучше партии не скажешь):

"Грубое невежество в изображении исторических фактов обнаружил режиссер С. Эйзенштейн. Во второй части созданной им картины "Иван Грозный" прогрессивное войско опричников Ивана Грозного представлено в виде шайки дегенератов наподобие американского Ку-клукс-клана, а сам Иван Грозный, человек с сильной волей и характером, показан в фильме слабохарактерным и безвольным, чем-то вроде Гамлета". И еще: "Некоторые киноработники успокоились на достигнутом, безразлично относятся к марксистско-ленинской теории (...) В основе ошибок, которые допустил С. Эйзенштейн, лежит идеалистическое толкование им вопросов эстетики".

Причем здесь эстетика?

Эйзенштейн каялся. В феврале 1947 г. его и Николая Черкасова (исполнителя главной роли) принимали Сталин, Молотов и Жданов, давали указания. Но сердце режиссера было уже надорвано инфарктом. 11 февраля 1948 г. он умер: по радио читали очередное постановление ЦК, Сергей Прокофьев, автор музыки к "Грозному", обвинялся в формализме - это спровоцировало новый приступ.