Загадка лагеря № 78

"Мы, немецкие военнопленные лагеря № 78, прочли ноту Народного Комиссара по Иностранным делам советского правительства господина Молотова об обращении с военнопленными в Германии. Описанные в ней жестокости мы считали бы почти невозможными, если сами не были бы свидетелями подобных зверств". (...)

Цитирую "Протест немецких военнопленных против зверского обращения германских властей с советскими военнопленными". Это целая полоса в "Известиях": текст, фотокопия письма, отдельно - подписи. Их - 63: имя, фамилия, звание, номер части. Письмо адресовано в Женеву, в Комитет Красного Креста. Каждый из подписавших описывает конкретный пример зверств над нашими пленными, который видел своими глазами.

"Отношение немецких властей к советским военнопленным тем более нас возмущает, что мы, военнопленные, пользуемся в Советском Союзе вежливым и исключительно гуманным к нам обращением". И - рассказ про условия жизни в советском плену: "Мы живем здесь в отапливаемых помещениях... Строго соблюдаются нормы снабжения... Предоставлены музыкальные инструменты... Имеется библиотека... Рабочий день короче, чем на немецких предприятиях..."

...Вещи надо называть своими именами. По сути, советские пленные были еще одной жертвой гитлеровского геноцида, хоть это и не признано официально. В немецком плену их погибло 3,3 млн человек, 57 % от общего числа (для сравнения: американцев - 2%, поляков, например, - 4%). Какие еще нужны доводы?

Одной из причин трагедии было неподписание СССР Женевской конвенции об обращении с военнопленными. Но доктор исторических наук Олег Ржешевский посчитал нужным напомнить вот что:

- Да, мы не подписали Женевскую конвенцию. Однако вскоре после начала войны СССР заявил о готовности соблюдать нормы Гаагской конвенции (где есть и раздел о военнопленных) - если с аналогичными гарантиями выступит Германия. Германия промолчала. А волна сообщений о жутком положении наших пленных, шедшая из самых разных источников (от немецких пленных, от партизан), нарастала.

Что могло стоять за известинской публикацией? Конечно, главная цель - пропагандистская: мы снова показывали международной общественности истинное лицо нацизма. Недаром подчеркивалось - условия содержания у нас немецких пленных вполне приемлемые.

Было ли так в действительности? Постановление о содержании немецких военнопленных вышло в 41-м году. Оно оговаривало многое, в том числе, например, суточные нормы питания. Естественно - не роскошные. Но не забывайте, как жило тогда наше население! Да, по ряду лагерей зафиксированы факты гибели пленных немцев от голода, от дистрофии. Однако в целом пленным гарантированно полагалось хоть что-то. Зачастую получалось, что их паек даже больше тех крох, которые доставались советским людям. На местах это порой вызывало возмущение: мы пухнем от голода, а гляньте, как немцев кормят! И процент немецких пленных, умерших в СССР, несопоставим с таким же показателем по советским пленным.

С известинской публикацией связана одна странная ситуация. Письмо - из лагеря № 78. Но, как сказали мне в Красногорском музее немецких антифашистов, такого лагеря не было. Опечатка, путаница? Вряд ли. Усомниться в подлинности письма? Но если в конце его стоит собственноручно написанное что-нибудь вроде "Вольфганг Шарте из Гебгардсгагена, солдат 2 роты 111 отряда истребителей танков" - это тогда проверялось легко. Причина, предположил Олег Ржешевский, в советской цензуре. Время такое, секретилось все - нужное, ненужное... Могли и номер подлинного лагеря заменить взятым с потолка. А сколь был искренен этот самый Вольфганг, ставя подпись? По крайней мере, его родные ничем не рисковали - в Германии пленный предателем Родины не считался. В отличие от нас.