Первое еврейское "гетто"

В воскресенье более сотни московских евреев, распугивая редких обывателей и милиционеров, совершили первую массовую пешую прогулку по городу. Во время экскурсии "Мамэ-Москва", что с иврита переводится как "матушка Москва", все желающие могли узнать непростую историю столичного еврейства. Представителям малого народа, появившегося в Москве еще в XV веке, было что рассказать о старом, несправедливо обиженном еврее Хозе Кокосе, о трактире "Каторга" в Подколокольном переулке и китайгородском Зарядье, где двести лет назад располагалось первое в стране еврейское "гетто".

Длинной процессии, растянувшейся по пустынным воскресным улицам, экскурсоводы сообщили, что первое летописное упоминание о еврее, ступившем на московскую землю, относится ко временам правления Ивана III. В качестве посредника для переговоров между Москвой и Крымским ханством в столице появился еврей Хоза Кокос из Каффы, который не только долгое время выполнял роль переговорщика, выкупая московских купцов из татарского рабства, но и 10 лет переписывался с великим князем. Православный государь, как и положено справедливому, но строгому правителю, периодически сердился на "жидовина", требуя, чтобы тот "жидовским письмом грамот не писал, а писал русским или бессерменским". Историки небезосновательно считают, что именно с этого момента и началась русско-еврейская дружба.

- Массовое переселение евреев в Москву началось после присоединения территорий Речи Посполитой к России, - перед гостиницей "Россия" сделала остановку экскурсовод Мария Бахарева. - Первое еврейское гетто образовалось в Зарядье где-то в конце XVIII века на территории, где сейчас стоит гостиница "Россия". Купцы, портные и кожевники селились на Глебовском подворье рядом с церковью Зачатия Анны, которая сохранилась до сих пор. Все переулки вокруг подворья были заполнены еврейскими торговцами, а женщины мыли посуду и стирали в Москве-реке. Правда, московские купцы были недовольны появлением конкурентов, и официального разрешения селиться в Москве удалось добиться только от Николая I в 1827 году.

Первые правила поселения для евреев в Москве чем-то напоминали нынешние правила регистрации для иногородних.

- Селиться и торговать в Москве евреям можно было временно, - продолжала экскурсовод. - Государь позволил евреям торговать в городе не более 2 месяцев, затем как минимум на 3 месяца покидать столицу, после чего им можно было вновь вернуться в город. Следующая остановка - дом № 11 в Подколокольном переулке, где сто с лишним лет назад располагался воспетый Гиляровским трактир "Каторга", населенный бандитами с Хитровки.

- В подобных гостиницах жили и зарядьинские евреи, правда, их дома не сохранились, - поведала Мария Бахарева. - Домовладельцы пытались выжать из жилья все возможное, поэтому немалая часть жизни в таких домах протекала в открытых всем ветрам галереях-голодрейках.

По словам экскурсовода, сидя под сводами таких галерей, бедные еврейские поселенцы "имели свой скромный еврейский бизнес".

- Заработок был небольшой, - поведала она. - Портные шили одежду, а скорняки подделывали дешевые шкуры польских бобров, вставляя в них пинцетом седые волосы, чтобы выдать их за дорогой камчатский мех.

- И эти люди были бедными? - под общий смех возмутилась старая седая женщина. - Поверьте, занимаясь мехом, вы всегда будете иметь хороший кусок хлеба с маслом. И неважно, где у вас бизнес - в Москве или в Житомире!

Порадоваться за соотечественников удалось перед зданием Московской хоральной синагоги, построенной в 1870-х годах на землях, купленных банкиром Поляковым.

- Только не говорите, что Поляков был русским или бедным, - строго предупредили экскурсовода седые еврейки.

- Нет, что вы! - поспешно согласилась Мария Бахарева. - До революции еврейские мамы желали друг другу, чтобы их дети жили как Поляков.

В районе Столешникова переулка еврейский кагал, следовавший по полупустой Москве, напугал милиционеров.

- Что у вас за демонстрация? - поинтересовались строго стражи порядка.

- Демонстрация русско-еврейской дружбы, - успокоили милицию экскурсанты.