Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Be Happy!

Даже если очень внимательно следить за одинокой фигурой в мятых джинсах на сцене Зала Чайковского, далеко не всегда можно объяснить, каким образом Бобби Макферрин, прибегая лишь к помощи микрофона, грудной клетки, по которой он похлопывает рукой, и голоса, пусть и диапазоном в четыре октавы, умудряется исполнить полноценное музыкальное произведение с мелодией, аккомпанементом, разнообразными тембровыми красками и бог знает чем еще
0
Свой главный хит - "Don't Worry, Be Happy" - Макферрин петь не стал
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл
В Концертном зале имени Чайковского выступил десятикратный обладатель "Грэмми", изобретатель уникального импровизационного стиля, знаменитый человек-оркестр Бобби Макферрин. Свой главный хит - "Don't Worry, Be Happy" - он, как и в прошлый свой приезд, петь не стал. Но слушателям после устроенного американским гастролером шоу все-равно больше ничего не оставалось, как последовать совету этой песенки - перестать волноваться, как минимум, по поводу своих творческих способностей и стать абсолютно счастливыми.

Даже если очень внимательно следить за одинокой фигурой в мятых джинсах на сцене Зала Чайковского, далеко не всегда можно объяснить, каким образом Бобби Макферрин, прибегая лишь к помощи микрофона, грудной клетки, по которой он похлопывает рукой, и голоса, пусть и диапазоном в четыре октавы, умудряется исполнить полноценное музыкальное произведение с мелодией, аккомпанементом, разнообразными тембровыми красками и бог знает чем еще. Теоретически еще можно представить, что для этого жонглера музыкальными стилями, в распоряжении которого всегда имеются джаз, госпел, этно и классическая музыка, нет преград в имитации любых звучаний - будь то свингующий контрабас или вердиевский баритон (Макферрин - все-таки сын первого в истории Метрополитен-опера афро-американского солиста). Но как он, приложив микрофон к пульсирующей сонной артерии, извлекает из себя чуть ли не целый аккорд, понять решительно невозможно.

Впрочем, все эти чудеса, хорошо доступные благодаря расходящимся чудовищными тиражами записям, не идут ни в какое сравнение с теми, что творятся на живых выступлениях Макферрина, которые он периодически превращает в интерактивное шоу. Как известно, партнерами улыбчивого чернокожего музыканта с косичками-дредами являются и такие культовые разрушители мейнстрима, как Manhattan Transfer, Чик Кориа или Йо-Йо-Ма, и респектабельные симфонические оркестры, включая Лондонскую и Венскую филармонии (ради них маэстро надевает фрак и берет в руки дирижерскую палочку), а также самые что ни на есть обычные слушатели. И эти последние, пожалуй, - самые интересные. Потому что с профессиональными музыкантами сыграть может много кто (в данном случае без таких тоже не обошлось - несколько не самых увлекательных номеров московской программы Макферрина прошли с участием статусного саксофониста Георгия Гараняна, виолончелиста Борислава Струлева, контрабасиста Андрея Иванова и главного мачо отечественного кроссовера - пианиста Дениса Мацуева). Но вот превратить зал в звучащий, фантастически чувствительный и на все готовый инструмент умеет только беззаботный Бобби.

На первый взгляд все дико просто. Дал петь одну нотку левой стороне зала, другую, квинтой выше, - правой стороне, и слушатели, не знающие никаких таких квинт, превращаются в послушный хор. Набрал штук двадцать счастливых фанатов, младшему из которых - года три, разделил их на четыре голоса, и все как один оказываются раскованными и музыкальными, и выхваченный из общего ансамбля голос малыша невозмутимо выводит в чудодейственный микрофон свое "тума-тума-а-тум". Или: вытащил на сцену девчонку, велел ей танцевать - и уже через несколько секунд она забывает про глядящие на нее полторы тысячи зрителей и бросает на пол черные очки, чтобы не мешали отрываться под внимательную импровизацию своего гуру. Или вот еще: бросил в зал первую фразу из Ave Maria (той, которая состоит из баховской прелюдии и приписанной к ней знаменитой мелодии Гуно), и зал - что тут в самом деле такого? - будто на сеансе массового гипноза честнейшим образом скулит от начала до конца всю латинскую молитву под фирменный аккомпанемент своего мага-дирижера.

Кажется, все происходит само собой. А на самом деле за всем этим стоит потрясающе свободное, какое-то животное чувство музыкального времени, ритма, голоса, тела, на фоне чего Гаранян и Мацуев выглядят учениками, готовыми лишь с большей или меньшей страстью повторить раз и навсегда выученный урок. И еще за этим кроется настоящее чутье ищейки, с которым Макферрин вынюхивает в зале маленьких макферринов и на несколько минут разрешает им побывать на седьмом небе от счастья.
Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...