Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Скажи мне, кто твой враг

Россияне мало задумываются о положении своей страны в мире и отношении к ней других наций, предпочитая послушно следовать за информационно-пропагандистским потоком. Резко негативные чувства вызывают именно те государства, с которыми в настоящее время существуют противоречия, активно освещаемые в СМИ. Именно этим объясняются "лидирующие позиции" Латвии и Грузии. Литва стоит особняком, отдуваясь за весь Евросоюз: судя по всему, в проблемах с калининградским транзитом, возникших на самом деле по вине Брюсселя, россияне усматривают злую волю Вильнюса
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл
Небольшая страна, окруженная в основном недружественными соседями и не слишком интересующаяся остальным внешним миром, - такой Россия предстает из проведенного Центром Юрия Левады опроса на тему о том, какие государства являются ее друзьями, а какие - врагами.

По мнению респондентов, главными недругами России являются четыре страны, далеко опережающие всех остальных по балансу враг-друг: Латвия, Литва, Грузия и Эстония. Пятое и шестое места с большим отрывом делят Соединенные Штаты и Афганистан. Среди друзей прочно лидирует Белоруссия, далее - по убывающей - Германия, Казахстан, Индия, Франция и Болгария.

Из результатов вытекают как минимум три вывода.

Во-первых, россияне мало задумываются о положении своей страны в мире и отношении к ней других наций, предпочитая послушно следовать за информационно-пропагандистским потоком. Резко негативные чувства вызывают именно те государства, с которыми в настоящее время существуют противоречия, активно освещаемые в СМИ. Именно этим объясняются "лидирующие позиции" Латвии и Грузии. Литва стоит особняком, отдуваясь за весь Евросоюз: судя по всему, в проблемах с калининградским транзитом, возникших на самом деле по вине Брюсселя, россияне усматривают злую волю Вильнюса.

Во-вторых, опрошенные, похоже, твердо верят в то, что степень приязни тех или иных народов определяется исключительно политическими отношениями между правительствами: если они плохие, то и люди там недружественные. Исходя из этой логики следует ожидать, что в скором времени список главных недоброжелателей пополнится за счет Молдавии, где как раз зазвучали ультиматумы относительно вывода российских военных из Приднестровья. Очевидно, в случае смены власти в Минске Белоруссия тоже быстро утратит статус "лучшего друга", хотя и сегодня политические отношения с режимом Лукашенко дружбой считаются в основном формально.

В-третьих, судя по настроениям, Россия точно перестала быть глобальной мировой силой. Не может же таковая всерьез считать своими врагами страны калибра Грузии и Латвии. Тот факт, что извечный соперник - Соединенные Штаты и символ мирового террористического зла - Афганистан в разы отстают от зловредных соседей, демонстрирует явное сужение горизонта.

Зафиксированные представления россиян о врагах и друзьях отражают объективный процесс поиска Россией новой самоидентификации. Ясно, что глобальные амбиции нам сегодня не по плечу. Это понимают и руководство страны (хотя и не объявляет об этом прямо), и - возможно, не до конца отдавая себе в этом отчет - общественное мнение. Утрата великодержавного статуса и влияния - процесс сложный и болезненный, несущий в себе немалые риски. Россия - не первая и не последняя держава, переживающая подобное, и каждая метрополия находит свой путь приспособления к новой реальности. Франция, например, после крушения империи создала что-то вроде нового образа французского величия, отчасти реального, отчасти выдуманного. Президент де Голль и его соратники понимали, что в отсутствие подобного мифа национальное сознание французов начнет порождать собственные химеры, отнюдь не способствующие развитию. До тех пор, пока Россия не начнет действительно укреплять свои международные позиции на принципиально новой основе, ей, очевидно, нужно нечто похожее на французское постимперское мифотворчество. А вот если долго упиваться ощущением того, что главными соперниками нашей страны являются крошечные по сравнению с ней и слабые соседи, то в конце концов мы получим нечто весьма малопривлекательное под названием "возрождение национального самосознания".

Федор Лукьянов, главный редактор журнала "Россия в глобальной политике"
Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...