Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Одним пианистом больше

Про норвежскую звезду нового поколения Московской филармонии, организовавшей фестиваль, рассказал Михаил Плетнев. Сам он скромно принял в нем участие лишь в качестве дирижера своего Российского национального оркестра, под аккомпанемент которого Лейф Ове Андснес исполнил два заигранных шлягера - Фортепианный концерт Грига и Второй фортепианный концерт Рахманинова. Можно было спорить, кто кому больше служил аккомпанементом - дирижер солисту или наоборот
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл
В Москве прошел фестиваль "Приношение Святославу Рихтеру", посвященный 90-летию великого пианиста. В нем приняли участие многие близкие Рихтеру и прекрасно знакомые московской публике отличные музыканты - Наталия Гутман, Елизавета Леонская, Элисо Вирсаладзе, Курт Мазур. Но приятнее всего, что благодаря фестивалю, мы узнали еще одного - молодого норвежского пианиста Лейфа Ове Андснеса.

Про норвежскую звезду нового поколения Московской филармонии, организовавшей фестиваль, рассказал Михаил Плетнев. Сам он скромно принял в нем участие лишь в качестве дирижера своего Российского национального оркестра, под аккомпанемент которого Лейф Ове Андснес исполнил два заигранных шлягера - Фортепианный концерт Грига и Второй фортепианный концерт Рахманинова. Можно было спорить, кто кому больше служил аккомпанементом - дирижер солисту или наоборот (очень уж хорош был РНО). Но суть от этого не меняется - на сцене в этот вечер, удачно совпавший непосредственно с днем рождения Рихтера (20 марта), сошлись два идеально понимающих друг друга музыканта, а публика получила пару часов простого человеческого счастья.

Оба фортепианных концерта принадлежали к числу фирменных сочинений из репертура романтичного и, одновременно, волевого Рихтера. Сыграть что один, что другой в наше изъеденное рефлексией время без приторности, банальности и сумасбродства - занятие сложное и умным людям в голову редко приходящее. Если бы, к примеру, за рояль ради них уселся одолеваемый скепсисом и тяжелыми раздумьями Плетнев, то у него, безусловно, получилось бы нечто болезненно-интересное, но явно не то, что имели в виду Григ и Рахманинов. А вот в компании с позитивным, чутким и гармоничным Андснесом получилось самое оно - свежая, красивая, тонкая и взволнованная музыка, которую, при этом, совсем не стыдно слушать.

Этот вечер, ставший кульминацией фестиваля, разделил его на две неравные части. Первая, побольше, носила мемориальный характер и состояла из выступлений тех музыкантов, кто так или иначе был связан с легендарным "кругом Рихтера". Ее хедлайнером был немецкий дирижер-патриарх Курт Мазур, в свое время немало игравший с пианистом, а на этот раз встретившийся на сцене Большого зала консерватории с оркестром имени Чайковского (Первая симфония Шостаковича и Шестая Чайковского) и двумя рихтеровскими любимицами - пианисткой Елизаветой Леонской (Второй концерт Брамса) и виолончелисткой Наталией Гутман (Концерт Дворжака).

Вторая половина фестиваля к рихтеровскому окружению отношения не имела и состояла, собственно, только из двух, зато каких любопытных программ - Андсена с Плетневым и Андсена с Кремером и небольшой группой кремеровских единомышленников. Норвежец, таким образом, покрасовался в разных ипостасях - и в крупном жанре, и в камерном, проявив буквально рихтеровскую многогранность. В эту многогранность поверилось не сразу - начало заключительного концерта фестиваля, посвященное музыке Шумана, выдалось довольно скучное. Зато финал, для которого был припасен совсем, казалось бы, не располагающий к удовольствию Квинтет Шнитке, оказался блестящий. Выстраиванием и выкраиванием всех перепетий его - как всегда у Шнитке - драматического сюжета про банальное и высокое занимались маэстро Гидон Кремер (скрипка), его давняя партнерша Татьяна Гринденко (скрипка), его молодые воспитанники из оркестра "Kremerata Baltica" Ула Улиона (альт) и Кристина Блаумане (виолончель), а пуще всех - обладатель огромной палитры фортепианных оттенков Лейф Ове Андснес. В результате, банального не стало вовсе, а вместо привычной, депрессивной, угрюмой и двухмерной шнитковской конструкции образовалась свежая, тонкая, взволнованная, местами светлая, местами пронзительная музыка, которую совсем не больно и не скучно слушать.
Комментарии
Прямой эфир

Загрузка...