Армия московского гостя
Творческий отчет президента Российской академии художеств Зураба Церетели в стенах Манежа обставлен по-имперски пышно и красочно. Предварительным залпом были выпущены громадные статьи-панегирики в двух городских газетах – написанные в стиле социалистического реализма. На входе посетителей встречал высоченный ПетрI, а внутри – сам мэтр в алом шарфе и таком же галстуке, стильном пальто, в окружении академиков и ярких представителей грузинской диаспоры.
В залах представлено около 600 экспонатов, но взгляд прежде всего падает на две бронзовые фигуры в нечеловеческий рост – весь из углов Владимир Высоцкий с гитарой и Иосиф Бродский – с шапочкой нобелевского лауреата, но в кирзовых сапогах. А в середине, чуть поменьше, поскромнее, но тем не менее внушительно, выглядывает Юрий Лужков в кепке и с метлой в руках.
Обход первого этажа выставки показал, что нет, кажется, такой фигуры на небосклоне нашей новейшей истории, которая бы не вдохновила Зураба Церетели на образ – пусть не всегда в трехметровую величину, но в бронзе или гипсе. Борис Пастернак и Андрей Миронов, Осип Мандельштам и Марина Цветаева, Евгений Евтушенко и Андрей Вознесенский – эта галерея, пожалуй, сравнима лишь с галереями Ильи Глазунова. Впечатление эта коллекция оставляет смутное – удачи соседствуют с явными непопаданиями, впрочем, смотреть все равно интересно. Главное, о чем шушукались первые зрители, - "похож - не похож". Рядом – фотографии мэтра в компании Горбачева и Путина. Тихо, ненавязчиво звучит аудиозапись высказываний Михаила Сергеевича в адрес художника.
Весь второй этаж – это живопись. Не берусь критиковать маститого художника. Прежде всего не могут оставить равнодушным яркие цвета, грубые мазки, массивные рамы и необычайная плодовитость автора.
На критику он не обижается, наоборот, утверждает, что она его стимулирует. "Вот поставлю памятники женам декабристов, может, меня женщины перестанут критиковать", - шутит Церетели. Однако, судя по эскизам, критиковать его не перестанут. О скандально известной фигуре Сталина в работе, посвященной Ялтинской конференции, отливаемой по его эскизам на заводе "Монументскульптура", Церетели говорит: "Это вопрос правительству Украины. Они хотят поставить скульптуру 9 мая. Я, конечно, могу оставить пустой стул для Сталина, но это было бы неправильно, наверное…" То есть этической проблемы для себя в этом не видит.
И американцев, судя по всему, ему удалось победить – памятник "Слеза скорби" уже почти готов. Американские СМИ, кажется, смирились с неизбежным – много пишут о будущем памятнике "Казалось, что Церетели наткнулся на очередную стену, - отмечает "Нью-Йорк Таймс". - Среди его работ, вызывавших бурные споры, - гигантский памятник Петру Великому в Москве, который противники грозятся взорвать, и 30-этажная статуя Христофора Колумба, найти дом для которой не удается уже десять лет, а потому она медленно ржавеет в Пуэрто-Рико. Однако 71-летний Церетели, чьи работы выставлены в штаб-квартире ООН в Нью-Йорке, в Москве, Лондоне, Риме, Севилье и Токио, обладает не только неутомимостью, но и отличными связями..."
По поводу своего возможного вклада в монументальное искусство Санкт-Петербурга художник таинственно улыбается. Рассказывает о планах создания здесь музея современного искусства. Или шутит: "Дайте задание! Я начну сегодня же. Не уеду, на заводе буду сам работать!" Пока шутит.
Зураб Церетели: "Помещение для музея дали, но туда только беженцев пускать"
известия: Вам важно, как вас примут в Петербурге?
Зураб Церетели: Ну, я же президент Российской академии художеств, я обязан показать, что я умею, чтобы студенты увидели. У меня особое чувство к Петербургу, меня учили в Тбилиси воспитанники Петербургской академии художеств.
известия: А известные петербуржцы вас вдохновляли на создание монументов?
Церетели: Вот посмотрите на Иосифа Бродского. Я с ним встречался и хотел так сделать, чтобы половина в нем была от лагерника, а половина – от нобелевского лауреата. Еще собираюсь сделать Шостаковича и Гергиева.
известия: А самой главной своей работой считаете ПетраI?
Церетели: Не думал об этом. У меня свое отношение к Петру I, но главное - что вам больше понравится.
Известия: Есть ли у вас ученики?
Церетели: Каждый год выпускаем студентов из Академии, и еще мастер-классы провожу постоянно. Талантов много, можно сказать, что только в России сохранилась настоящая художественная школа. Школа литья, например, вообще существует только в Петербурге – в Москве все давно продано. Вот хотим молодежь здесь на заводе учить литью. Не все студенты могут стать художниками, это как в музыке – слух есть, а до сцены не доходят. Значит, нужно научить их работать с металлом.
Известия: Вам уже дали в Петербурге помещение для будущего музея современного искусства?
Церетели: Дали, но там жить нельзя – только беженцев можно пускать. В Тбилиси вот уже есть здание в центре.