Перейти к основному содержанию
Реклама
Прямой эфир
Мир
Рим потребовал от Киева объяснений из-за внесения евродепутатов в «Миротворец»
Происшествия
В Херсонской области при атаке беспилотника погиб водитель энергокомпании
Мир
Пользователи столкнулись со сбоями PlayStation Network на фоне выхода GTA VI
Общество
Автобусное сообщение Крыма с регионами РФ и Минском возобновят с 19 ноября
Мир
США и Венесуэла подписали соглашение в сфере обороны
Общество
В Ростове-на-Дону ввели карантин в ТЦ из-за африканской чумы свиней
Мир
Путин отметил хорошие показатели торговли России и Таиланда
Мир
FT связала массовый технический сбой в США с попыткой ИИ устранить ошибки
Мир
В Британии предупредили о росте цен на электричество на 26%
Мир
Минфин США разрешил сербской NIS продажу дочерних компаний в Болгарии и Румынии
Общество
Госдума одобрила в I чтении штрафы за дискредитацию традиционных ценностей
Общество
Правительство распространит выплаты земским врачам на три приграничных региона
Мир
Лидеры народа сето потребовали от Эстонии компенсаций при закрытии границ с РФ
Мир
Посол РФ предложил Молдавии регулярно проводить встречи на уровне МИДа
Общество
Правительство РФ приняло меры по обеспечению грузами жителей Крыма
Общество
Глава Рособрнадзора заявил о проработке ограничения продажи микронаушников
Мир
Bloomberg сообщило о рекордном падении рейтинга партии премьера Финляндии
Общество
Чекунков спрогнозировал рост инвестиций в Дальний Восток и Арктику в 2027 году

Сыграли по последней

В МДМ в рамках абонемента под тревожным названием "Последние симфонии" исполнили самую знаменитую из таковых - Девятую Бетховена. Национальным филармоническим оркестром, хором Академии хорового искусства и квартетом московских солистов продирижировал видный американец Джеймс Конлон. Играть ее просто так, потому что музыка понравилась, как-то не принято. Последним, кто ее исполнял у нас "не просто так", был Владимир Федосеев…
0
Озвучить текст
Выделить главное
Вкл
Выкл
В Московском доме музыки в рамках абонемента под тревожным названием "Последние симфонии" исполнили самую знаменитую из таковых - Девятую Бетховена. Национальным филармоническим оркестром, хором Академии хорового искусства и квартетом московских солистов продирижировал видный американец Джеймс Конлон.

Формально очутившись - благодаря концептуальной абонементной затее планового отдела Дома музыки - в одной компании с недавно сыгранными здесь же последними симфониями Шуберта и Рахманинова, Девятая Бетховена на самом деле попала в несколько другой сравнительный ряд. Уж больно это необычная симфония. С одной стороны, одна из самых революционных партитур в истории музыки, от сознания ее величия как-то опускаются руки. С другой стороны, партитура, затертая до дыр по всевозможным официальным случаям. И от этого тоже опускаются руки.

Играть ее просто так, потому что музыка понравилась, как-то не принято. Последним, кто ее исполнял у нас "не просто так", был Владимир Федосеев, ровно год назад открывший ею свой бетховенский цикл. Ему безусловно удалось найти свой, весьма радикальный по московским меркам, ракурс, в котором симфония выглядела по-барочному резвой и простодушной, более мирной и более старинной, чем мы привыкли о ней думать.

Про трактовку авторитетного маэстро Джеймса Конлона ничего такого не скажешь. Девятая как Девятая. Плакатная, монументальная и общеватая. Можно бы было неполиткорректно добавить - американская, но Конлона, почти десять лет возглавлявшего одну из европейских святынь - Парижскую оперу, в таком обвинить сложно. Вместе с тем сказать, что у маэстро руки опустились, - тоже не скажешь. Немного скованно поразмявшись вместе с пианистом Владимиром Овчинниковым на открывшей концерт бетховенской же Фантазии для фортепиано, хора и оркестра (написанная пятнадцатью годами раньше симфонии, она уже содержит вполне узнаваемую "тему радости" из финала Девятой, доказывая, что эту мелодию, которой сейчас заряжают мобильные телефоны, композитор мучительно искал практически всю свою жизнь), Конлон страстно взялся за основное сочинение.

В результате почти все оно прозвучало на повышенных тонах, демонстрируя заметно поздоровевшую, но все же не вполне подлеченную акустику Дома музыки. Духовых казалось маловато, высокие струнные были намного ярче низких, что особенно грустно выглядело в финале, где как раз виолончелям и контрабасам поручен мощный и харизматичный речитатив. Квартет певцов, состоящий из сопрано Хиблы Герзмавы, меццо Елены Новак, тенора Михаила Губского и баритона Сергея Мурзаева, напротив, было отлично слышно, хотя каждого певца - несколько по-своему. Поэтому финальный ансамбль, в котором выделялись зычный баритон и стремительное сопрано, оказался по-русски аляповатым.

Тем не менее благодаря маэстро, который, безусловно, является одним из наиболее профессиональных мастеров, работавших с молодым оркестром Владимира Спивакова (в Москве он с ним выступает уже второй раз), симфония получилась добротно и крепко сколоченной. Вот только всю дорогу не покидало ощущение героического оптимизма, так что, когда дело дошло до хорового катарсического призыва "Обнимитесь, миллионы", непонятно было, чему радоваться. И так ведь все с самого начала было хорошо.
Читайте также
Комментарии
Прямой эфир