Сергей МИРОНОВ: "Особенно тяжело разговаривать с теми, кто не нашел своих детей ни среди живых, ни среди мертвых"
- Статьи
- Общество
- Сергей МИРОНОВ: "Особенно тяжело разговаривать с теми, кто не нашел своих детей ни среди живых, ни среди мертвых"
- Как идет работа комиссии Совета Федерации по расследованию теракта в Беслане?<?xml:namespace prefix = o />
- Первые четыре дня комиссия работала круглые сутки, люди сменяли друг друга. Сенаторы изучали так называемые "вещдоки", материалы допросов свидетелей, знакомились с обстановкой в самом Беслане и его окрестностях, исследовали здание школы и вокруг школы. Эта работа, во-первых, прояснила обстановку и дала комиссии возможность определить дополнительный круг вопросов, на которые нужно найти ответ. Теперь комиссия будет работать в Москве, приглашая на свои заседания представителей из силовых ведомств. Кроме того, теперь открылась необходимость ездить не только в Беслан, но и в другие регионы и города - пока подробней раскрывать не могу, поскольку мы договорились, что все результаты огласят в обнародованном докладе, а промежуточной информации мы давать не будем. За исключением тех случаев, когда комиссия сама решит выступит с заявлением, и, кстати, я не исключаю, что это произойдет. Сейчас комиссия изучает документы по теракту, которые запрашивает в самых разных структурах.
- Удалось ли комиссии обнаружить что-нибудь, чего не было известно до ее работы?
- Да, сенаторы привезли информацию, которая до начала работы комиссии была не известна ее членам, и некоторые материалы уже переданы в прокуратуру. Можно сказать, что комиссия собрала на месте максимум информации, хотя очевидно, что потребуется еще не одна командировка как в сам Беслан, так и в другие города.
- Вы призвали всех россиян, обладающих любой информацией о теракте, обращаться к вам в комиссию. Были ли какие-либо звонки из Петербурга?
- К сожалению, я не обладаю всей информацией относительно количества обращений. Поэтому не могу сказать, были ли обращения из нашего города. Я знаю, что приходят письма, есть телефон в Москве, по которому из Северо-Кавказского региона можно звонить бесплатно.
- Насколько психологически тяжело было там работать?
- И председатель комиссии Александр Торшин, и другие ее члены говорили на совещании, что очень тяжело разговаривать с пострадавшими, с родственниками пострадавших, особенно с теми, кто не мог найти своих детей ни среди живых, ни среди мертвых. Но при этом все говорят, что это очень мужественные люди - не было никаких истерик, хотя атмосфера там очень гнетущая. Еще члены комиссии обратили внимание, что показания многих заложников стали более четкими, чем сразу после теракта, - проходит шоковое состояние, и люди начинают вспоминать важные для нас детали. Очень важно, что среди заложников были люди, которые могут профессионально оценить действия террористов, и сейчас с ними ведется работа. Они дают очень ценную информацию.
- Чем принципиально отличается ваше расследование от расследования прокуратуры?
- Прокуратура должна определить степень вины всех участников - самих боевиков, их соучастников, проверить действия и бездействие должностных лиц. Наша комиссия не будет определять степень вины, мы только восстанавливаем хронологию событий. То есть в отчете комиссии будет сказано: "такой-то делал то-то и то-то". И, может быть, будет указано: согласно своим полномочиям он мог делать то-то и то-то. Но выводы пускай делают те, кто будет читать этот отчет. Еще мы решили, что в нашем отчете будет содержаться с особыми ремарками и та информация, которая впоследствии не нашла подтверждений. Допустим, будет установлено, что в нападении принимали участие две шахидки, но ходили слухи о четырех, и мы, соответственно, укажем обе эти цифры - одну как достоверный факт, другую как слух.
- Соответствует ли истине информация, что некоторые дети, которых родители спасли и видели живыми, которых сажали в машины и везли в больницы, исчезли?
- На этот вопрос, в частности, будет ответ в отчете комиссии. Такая информация есть, члены комиссии работали с ней в Беслане и будут работать в Москве. Кто-то видел живого своего ребенка, кто-то мертвого, но потом среди тел его не нашли. С родителями и родственниками пропавших детей тоже проведены беседы.
- Будет ли в докладе рекомендательная часть?
- Пока трудно говорить о структуре будущего доклада, хотя на совещании одному из членов комиссии поручено заняться структурой документа. Очевидно, будет часть, посвященная изложению всей фактологии событий, как это происходило, все что было узнано и подтверждено, - ни одно слово в докладе не будет, простите за тавтологию, голословным. Рекомендации напрашивались изначально, и, очевидно, часть доклада будет посвящена выводам и рекомендациям. Какие-то детали и выводы, очевидно, будут носить закрытый характер.
- А как же заявления о том, что граждане России имеют право знать всю правду о Беслане?
- В закрытую часть ни в коем случае не войдет хронология событий в Беслане и подробности истории этой трагедии. Она будет касаться только наших предложений относительно того, как противодействовать террористам для предотвращения подобных терактов. Но пока сама возможность появления закрытой части - только предположение.