Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

"Братья у него еще те..."

Главным подозреваемым в совершении теракта, в результате которого погиб президент Чечни Ахмат Кадыров, является каменщик грозненского СМУ-10 37-летний Ломали Чупалаев. По информации "Известий", он по сей день находится в расположении оперативно-розыскного бюро (ОРБ) МВД республики на Старопромысловском шоссе города Грозного. Корреспондент "Известий" побывал в доме у задержанного и встретился с его родственниками… - Во вторник муж целый день пас на поле скот, - рассказывает Энисса Чупалаева, жена Ломали. - Сельское стадо у нас все поочередно пасут. Около девяти вечера пришел домой. Поел, сидел уставший. Часов в десять, ну, как всегда, мы все - Ломали, я, моя тетя Хамсат, дети - легли спать. - Сквозь сон я услышала какие-то металлические звуки и мужские разговоры, - говорит Энисса. - Услышала, как муж сказал кому-то: "Собарде!" ("подождите" - чеч. - "Известия"), потом открыл дверь. Кто-то крикнул по-русски: "Руки вверх! Лицом к стене!" Я распахнула дверь в комнату Ломали…
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл
Главным подозреваемым в совершении теракта 9 мая 2004 года на стадионе "Динамо" в Грозном, в результате которого погиб президент Чечни Ахмат Кадыров, является каменщик грозненского СМУ-10 37-летний Ломали Чупалаев. Его задержали в ночь на 12 мая в своем доме в селе Алхазурово Урус-Мартановского района. По информации "Известий", он по сей день находится в расположении оперативно-розыскного бюро (ОРБ) МВД республики на Старопромысловском шоссе города Грозного.

Корреспондент "Известий" побывал в доме у задержанного и встретился с его родственниками.

"Этот русский сказал мне: "Стоять!.."

В селе Алхазурово, по-чеченски Олхазар-Котар, расположенном в 10 километрах от райцентра Урус-Мартан, проживает более пяти тысяч человек - немного по местным меркам. Нужный адрес я нашел за десять минут - на окраине, от кладбища направо, начиная с середины Восточной улицы почти все дома занимают Чупалаевы. Ломали Чупалаев живет в доме № 11, его двоюродный брат Арби - чуть выше, в доме № 15. В полночь 11 мая сотрудники ОРБ МВД республики вместе с бойцами специального отряда быстрого реагирования нагрянули одновременно по этим двум адресам. Арби отделался сломанной кухонной дверью, а Ломали увезли в Грозный.

- Во вторник муж целый день пас на поле скот, - рассказывает Энисса Чупалаева, жена Ломали. - Сельское стадо у нас все поочередно пасут. Около девяти вечера пришел домой. Поел, сидел уставший. Часов в десять, ну, как всегда, мы все - Ломали, я, моя тетя Хамсат, дети - легли спать.

У Ломали Чупалаева двое детей - первоклассница Диана шести с половиной лет и десятимесячный Ханпаш. Они с матерью и бабушкой спали в большой дальней комнате, а Ломали лег в гостиной на диване.

- Сквозь сон я услышала какие-то металлические звуки и мужские разговоры, - говорит Энисса. - Услышала, как муж сказал кому-то: "Собарде!" ("подождите" - чеч. - "Известия"), потом открыл дверь. Кто-то крикнул по-русски: "Руки вверх! Лицом к стене!" Я распахнула дверь в комнату Ломали. Он стоял у стены в футболке и брюках, хотя ложился в нательном белье, видимо, оделся, перед тем как открыть.

- А зачем он вообще ночью открывал незнакомым? - спрашиваю я. - У нас в Москве в таких случаях двери не открывают.

- А у нас, в Алхазурове, - поясняет Энисса, - в таких случаях если дверь не открывают, то ее просто выламывают.

- В комнате кроме Ломали стояли двое, - продолжает Энисса. - В камуфлированной форме. Как потом выяснилось - чеченец и русский. Чеченец был в маске, но, кажется, без оружия. А русский был с открытым лицом, светлый такой. Лет 25. Он направил на меня автомат и крикнул: "Стоять!" А я еще спросонья не поняла, что происходит. "Тише, тише, - говорю. - Дети спят!" "Открой дверь пошире! - крикнул этот русский. - Есть еще дома кто-нибудь?" Я открыла. "Включи свет!" Я включила, там дети лежали. Не проснулись. Потом на мужа надели наручники и вывели его в коридор. Там стояли еще двое в масках и с автоматами - тоже, как я поняла, чеченец и русский. Чеченец попросил у меня паспорт мужа и куртку. Я принесла паспорт, куртку зеленого цвета на искусственном меху и еще рубашку. И спросила чеченца на своем языке: "Мича вюгуш ву эш иза?" "Мы везем его в Урус-Мартановский РОВД", - ответил он мне по-русски. "Хунда вюгуш ву эш иза?" - спросила я. "За то, что он строитель", - был мне ответ. Они вышли на улицу, я бросилась за ними, и опять этот русский сказал мне: "Стоять!" и направил на меня оружие. Я немного подождала и побежала к марнане (свекровь (чеч.). - "Известия"). Постучала в дверь, разбудила ее. Слышу, на улице машины разворачиваются. Колонна из четырех уазиков цвета "белая ночь". Первый и последний, кажется, были без номеров, а у тех, что стояли в середине, я номера запомнила. Они простые: М828ММ, 95-й регион и М829ММ, тоже 95-й регион.

Как выяснили "Известия", машин марки "УАЗ" с такими номерами в Урус-Мартановском РОВД не числится. Номера серии "МММ" формально принадлежат МВД Чечни. Это уже устаревшая серия, с прошлого года на милицейские машины ставят номера синего цвета. По сведениям "Известий", у сотрудников спецслужб на территории Чечни есть официально оформленные запасные номера, которые они могут ставить на свои машины, выезжая на оперативные мероприятия. Запасные номера также имеются у начальников некоторых райотделов милиции.

- И они уехали, - говорит Энисса. - И все. Дождь был сильный, а Ломали даже без шапки уехал. Я растерялась, а они не попросили. И даже носки, по-моему, он не успел надеть, так и ушел в резиновых сапогах на босу ногу. Когда они уехали, я посмотрела на часы. Было тридцать пять минут первого. У нас они пробыли минут двадцать. То есть все случилось в ночь с 11 на 12 мая чуть позже полуночи. Утащили как беркуты. Как будто дня для них нет.

- Вам предъявили санкцию на арест?

- Нет.

- А обыск в вашем доме делали?

- Нет.

- Вас допрашивали после того, как задержали вашего мужа?

- Нет.

- Когда ваш муж работал на стадионе "Динамо" в Грозном?

- 14 апреля Ломали устроился каменщиком на этот стадион. Он когда-то строительное ПТУ закончил в Грозном. С 2000 года постоянно нигде не работал, жили своим хозяйством, а тут вот предложили работу в городе. Бригадир у них был из села Комсомольское, километра 3 отсюда. Каждое утро их забирал автобус от строительной фирмы, часов в восемь утра. А вечером, часов в семь, муж приезжал обратно. От Алхазурова до Грозного 25 километров всего. Последний день Ломали отработал на стадионе 8 мая. Всего 17 рабочих дней. То кирпича не было, то цемента. Деньги обещали платить сначала по 250 рублей в день, потом сказали, что только по 160. Да и этих денег не успел получить. Сначала отработал бесплатно, потом еще и в тюрьму попал, вот такая получилась шабашка. По словам Ломали, место, где он работал, находится на приличном расстоянии от трибуны, где произошел взрыв.

- А как Ломали отреагировал на взрыв 9 мая?

- Не знаю. Все были в шоке. Ломали дома в тот день находился. А то, что его могут за это забрать, ему и в голову не приходило.

- Вот у вас неизвестные забрали мужа. Что вы предприняли?

- Дождались утра. А утром двоюродные братья Ломали поехали в Урус-Мартан, к главе администрации, в прокуратуру, в РОВД. Никакого результата. Сказали, что в районе его нет, а номера машин, что вы записали, не наши, мы таких машин не знаем. Потом Абуязит, старший брат Ломали, подал в прокуратуру заявление о похищении человека. Милиция к нам домой из района приехала, я им то же, что и вам, рассказала. А потом милиция и сообщила, что все законно, а мой муж находится в ОРБ в Грозном - РУБОП раньше называлось. Говорят, у него уже следователь есть.

- А адвокат?

- Ой, не знаю. Этим старший брат занимается Абуязит. Он в Грозном живет - у площади Минутка, за магазином "Луч". У Ломали в Грозном и племянник живет Лема, с автоматом ходит, чуть ли не в кадыровской охране в "Грознефтегазе".

Свекр Эниссы по имени Цуга умер в феврале 2000 года. Семидесятипятилетняя мать мужа Банату Баудиновна жива. У Ломали пять братьев и три сестры. Один из братьев погиб в конце первой кампании, по оперативным данным являлся членом бандформирования Гелаева, другой летом прошлого года осужден как член банды Басаева. Энисса отказалась рассказать подробнее о семье мужа, сказала, что просто как невестка ничего не знает.

- К нам и раньше часто приходили паспортный режим проверять, - говорит Энисса. - Но никогда ни про каких братьев не вспоминали.

К двоюродному брату Ломали, Арби Чупалаеву, живущему по соседству, в ту ночь также нагрянули оперативники. Паспорт Арби на случай ночной проверки всегда держит на виду, на подоконнике. Оперативники сами его взяли, проверили, извинились и ушли. Правда, выломали дверь на кухню.

- Это я сам виноват, - говорит мне Арби. - Поставил замок вверх ногами. Получилось, чтобы открыть дверь, ручку надо не вниз нажать, а вверх. Они вниз, как обычно, нажали, а дверь не открывается, думали, что там кто-то спрятался, ну и саданули прикладом. Больше, правда, ничего не сломали. Давно такого не было, года два-три.

"Если его задерживали ночью и он до сих пор сидит, значит, что-то есть..."

Из подвала Урус-Мартановского РОВД доносится пистолетная пальба.

- У вас там что, боевиков казнят? - спрашиваю я дежурного.

- Нет, эксперты оружие отстреливают! - серьезно отвечает дежурный.

Оперативные работники РОВД о Ломали Чупалаеве говорить отказались. Так, несколько слов анонимно: "Взяли еще четверых строителей из той же бригады и тоже из Алхазурова. Но этих допросили и отпустили, а Чупалаев, видимо, представляет оперативный интерес. Братья у него еще те - один сидит, младшего ликвидировали. В любом случае там что-то будет..."

- На Ломали Чупалаева у меня нет информации, - говорит лейтенант Рамзан Джамалханов, начальник Урус-Мартановского РОВД. - Причастен он или нет, я не знаю. В первый же день после задержания к нам поступило заявление от его родственников, что он похищен. Мы разобрались, оказалось, что это не похищение, а задержание. И не возбудили уголовного дела.

- Его задержали сотрудники ОРБ?

- Точно не могу сказать.

- Они действовали законно?

- Я считаю, да. Если убивают президента, значит, есть необходимость в таких действиях.

- Почему Чупалаева задерживали ночью?

- Сейчас у нас идет операция "Антитеррор". Ее лучше проводить ночью. Проще застать человека дома. А вот представьте, что я приду к нему днем, а его дома не будет, так вечером я его точно не найду, он сбежит, если в чем-то замешан.

- А Чупалаевы могли не открыть дверь?

- Могли, если бы, например, постучали и сказали: "Откройте, милиция!" Но вообще в Чечне всегда открывают. Не знаю, почему. Даже если гражданский человек зайдет к любому во двор ночью, постучится, ему откроют. Так принято. Оперативники также могли поступить. Не говорить, что милиция, а просто попросить открыть.

А почему в доме не был произведен обыск, если человека подозревают в теракте с использованием взрывчатого вещества?

- Да они дома такие вещи не хранят. Но обычно, когда мы работаем, то проводим обыск. Я не знаю, почему на этот раз его не было. А может, и был, мало ли что хозяйка говорит. Когда мы задерживаем или при задержании ликвидируем преступника, если, конечно, он оказывает вооруженное сопротивление, родственники всегда говорят, что их сын - хороший мальчик и никогда в руках оружие не держал, а этот пистолет ему подсунули после смерти.

- По словам жены Чупалаева, один из сотрудников, который задерживал ее мужа, сказал, что его повезут в Урус-Мартановский РОВД. Однако к вам в отдел он не поступал. Почему они так сказали?

- Это обычная практика. Когда я еще в ОМОНе работал, мы так же делали. Или говорили, в РУБОП повезем, или в Ленинский РОВД, или в Заводской. Для того, чтобы отработать задержанного получше, побольше взять от него информации, пока родственники будут искать его в другом месте.

- Говорят, что были задержаны еще четверо строителей, но они были отпущены...

- У нас есть приказ МВД Чеченской Республики - допросить всех, кто работал на стадионе. По нашему району таких двадцать с лишним человек.

- Прошла неделя после теракта, вы уже всех допросили?

- Не всех. Времени не хватает. Мы же их официально допрашиваем, по ночам не забегаем. Посылаем днем участкового, приглашаем их сюда. Это требует времени. Но задержан с нашего района только один Чупалаев.

- Может, его задержали только из-за того, что у него братья имели отношение к незаконным вооруженным формированиям?

- Если его задерживали ночью и до сих пор он сидит, значит, что-то есть.

- Как вы относитесь к последнему изменению в УПК, согласно которому по статьям, имеющим отношение к террору, можно держать подозреваемого без предъявления обвинения до 30 суток?

- Нормально отношусь. В нашей обстановке - а у нас она не такая, как в России, у нас президента подрывают - такое изменение очень кстати. Чтобы допросить человека, пока он изолирован, поработать с ним. Когда человек задержан, то и люди к нам приходят охотнее. Те, которые что-то про него знают. Приходят и наговаривают на него, если, конечно, он в чем-то замешан. А если он на свободе, люди боятся. Гражданские люди - они ж все знают, просто боятся мести. Эти ж ваххабиты просто так убивают мирных людей, не цацкаются.

- То есть можно вообще человека не допрашивать, просто закрыть на месяц, а люди придут и сами все про него расскажут...

- И такое бывает. Но не всегда, конечно.

- А по поводу Чупалаева к вам еще никто не приходил?

- Нет, не приходил. Потому что он задержан не нами.

- А какие же у людей мотивы - приходить и наговаривать?

- Да потому что надоели ваххабиты. Если в других районах республики люди о ваххабитах только слышали, то Урус-Мартановский район больше всех от них пострадал. Они здесь бесчинствовали. Людей на площади расстреливали. Сколько - не сосчитать. Егеря одного расстреляли - вроде как за наркотики, как они утверждали, приговор зачитывали. Едешь в город под утро, на обочине трупы валяются. В подвалах, где сейчас временный отдел внутренних дел, комендатура, - там удерживали заложников. Это было в 97-99-х годах. После того как ваххабитов в 98-м году разбили в Гудермесе, они все пришли в Урус-Мартан со всей республики.

- Я сегодня у вас в Урус-Мартане видел мальчишку. Знаете, есть такие черные футболки с цветным портретом Ахмата Кадырова? Так вот на нем была точно такая же, только с портретом бен Ладена...

- Сейчас у нас в районе сторонников ваххабитов немного. Их практически нет. Или они свое мнение не высказывают.

- Если вернуться к теракту против президента Кадырова - люди, которых нанимали рабочими на стадион "Динамо", серьезной предварительной проверке не подвергались?

- Можно сказать, что вообще не было проверки. Может быть, в этом одна из причин того, что теракт был совершен. Но вообще это вина каждого милиционера. Если бы мы работали нормально, этого бы не произошло. И я виноват. У меня в отделе есть уголовный розыск. У нас должна была быть информация по подготовке этого взрыва. Его ж готовили заранее. Не такая Чечня большая, чтобы не знать всего, что в ней делается.

"Я приду к Рамзану и поклянусь на Коране, что мы не виноваты..."

Оперативное досье на Ломали Чупалаева, распространенное среди сотрудников правоохранительных органов, выглядит так: "Один из братьев Ломали Чупалаева в 1996 году входил в состав банды Руслана Гелаева, его эмиром (непосредственным командиром. - "Известия") был житель села Алхазурово Урус-Мартановского района Хасханов Бебулат. Саид-Амин Чупалаев убит. Другой брат Саид-Магомед Чупалаев входил в состав бандформирования Шамиля Басаева. Саид-Магомед Чупалаев в 2003 году осужден Верховным судом Чеченской Республики к 16 годам лишения свободы за участие в НВФ, незаконном хранении и ношении оружия, терроризм. Сам Ломали Чупалаев, 1967 года рождения, работал каменщиком в СМУ-10. Принимал участие в производстве строительных работ, подготовке и заливке фундамента, кладке кирпича на объекте "Боксерский зал" стадиона "Динамо", кроме того, принимал участие в ремонте служебных помещений, расположенных под трибунами, 15-16 апреля".

За комментарием по семейным передрягам Чупалаевых я отправился в Грозный к пятидесятичетырехлетнему Абуязиту Чупалаеву, самому старшему брату задержанного Ломали. Абуязит инженер с высшим образованием, но сейчас работает в горгазе газообходчиком. Адрес в пятиэтажках по улице Ленина я знал примерно, но соседи Абуязита знают его хорошо и, похоже, недолюбливают.

- Ты так напиши, чтобы Ломали вытащить, а Абуязита "закрыть", - посоветовал один из доброхотов.

Абуязит с женой и двумя детьми - мальчиком и девочкой 9 и 11 лет - живет в однокомнатной хрущевке. Кровати как в тюрьме - в два яруса. Жена ночует на кухне. Было заметно, что поначалу мой визит этих людей сильно напугал. Хозяйка молча подала стакан чая и розетку с вишневым вареньем.

- Возможно, Ломали задержали потому, что два его брата имели отношение к незаконным вооруженным формированиям, - начал я.

- Один брат, - поправил меня Абуязит. - Саид-Магомед. Он сейчас сидит в Георгиевске в Ставропольском крае на строгом режиме. Он младше меня на 8 лет, с 57-го года. Я ему еще в 91-м говорил: не лезь ты туда, не было в нашем роду ни полководцев, ни политиков. Нет, говорит, я буду воевать за народ. А я таксовал тогда со старшим братом Дудаева, имя не помню, кличка у него была Казбек. Ну и Саид-Магомед потом с Дудаевым познакомился. В первой кампании участие принимал. Ранило его в самом начале в бою на железнодорожном вокзале Грозного в первые дни января 1995 года. В правую руку. Целый год ходил с аппаратом Илизарова. Мы его и в Махачкалу нелегально возили лечить, потом он через Баку в конце концов попал в Турцию. Год у него рука заживала. Больше он в военных действиях участия не принимал. Он даже пистолет не мог держать. Пешкой был. Хотя и называл себя бригадным генералом. Но у нас кто себя так только не называл. Есть у нас один чудак, фамилию его не скажу, потом поймете почему. Сам он не воевал, но два брата его на войне погибли. И вот приходит он к Масхадову после первой войны и говорит: "У меня два брата погибли, дай мне звание!" Выпросил себе погоны старшего лейтенанта. Полгода проходит, он опять просит: "Надоело ходить старшим лейтенантом, дай мне майора. Там звездочка больше". Ему отвечают: какого майора, ты сначала капитаном походи. Нет, кричит, хочу майора, у меня два брата кровь проливали, а вы мне пары погон жалеете, я же у вас майорской зарплаты не прошу. Ну дали ему майора. Кончилось тем, что сейчас он в розыске как бригадный генерал. Ну это нормальный человек? И брат мой Саид-Магомед - тоже ненормальный. Мы поэтому с ним в плохих отношениях, я даже в лагерь к нему ни разу не ездил и не поеду.

-- А что касается вашего другого брата. Погибшего. Разве он не был боевиком?

- Это младший брат Саид-Эмин. Он наш брат только по отцу. Ему 26 лет было, когда его убили в начале мая 96-го года. Участвовал он в боевых действиях или нет, я не знаю. Я живу в Грозном, а они все жили в Алхазурове. Кто там чем занимается? Ездят, катаются. Но вот что я знаю о его гибели со слов других людей. Ехали молодые люди на "уазике", на дороге лежал раненый мужик, наш односельчанин, лет за шестьдесят. Погрузили они его в свою машину и повезли в Урус-Мартан в районную больницу. Там он скоро скончался, и они повезли его труп в Алхазурово через Мартан-Чу. И когда они ехали уже под утро через лес, кто-то их расстрелял в упор, они даже из машины выйти не успели. Черт его знает, кто их расстрелял, но в то время в этом лесу ни одного русского не было. Русские стояли десятью километрами ниже. Машину их подорвали, трупы нашли обгоревшими. Саид-Эмина узнали по рубашке. Никакого оружия при них не было. Ну был у одного пистолет ТТ, и все.

- А еще какие у вас братья есть?

- Я старший, второй брат Абу-Магомед 55-го года рождения. Сейчас он в Слепцовске, в бегах.

- Тоже бригадный генерал?

- Да нет, я имею в виду - беженец. Живет в Ингушетии, никак не может вернуться. Потом Саид-Магомед 57-го года рождения, Ломали 67-го, Саид-Эмин 70-го. И Магомед еще есть - самый младший, 72-го. Служил в Москве в войсках МВД. Как раз успел до развала Союза. У нас вообще все служили.

- Когда Ломали приезжал из Алхазурова работать в Грозный на стадион "Динамо", он к вам в гости заходил?

- Нет, их же на автобусе возили. Если он на него опоздает, то придется деньги тратить на проезд, а лишних денег нет. А у меня ночевать негде, сам видишь.

- А как вообще работают в Грозном эти строительные фирмы? Чего-то я ни одной найти не могу…

- Начальник СМУ живет в Грозном. А бригадир, его родственник, набирает людей по селам. Как таковых офисов у этих контор нет, потому что офисы эти периодически жгут или взрывают. Так что они работают на колесах, как ты их найдешь? Но, насколько я знаю, из всех кто там работал, задержан только Ломали.

- А адвокат у вашего брата есть?

- Я не считаю, что сегодня ему нужен адвокат, потому что уверен - он не виноват. Если бы Ломали был в этом замешан, то он бы не спал дома, а куда-нибудь скрылся. У соседа бы ночевал или у брата. Тем более в Алхазурове. Это сейчас там редко проверяют, а до выборов два-три раза в месяц проверки паспортного режима были. Так что Ломали не виноват. Хотя всякое бывает. Человек идет, спотыкается, падает. Сейчас Ломали находится в ОРБ. По мнению чеченцев, если человек туда попал, то все. Я следователям в Урус-Мартане говорил, если мой брат замешан в этом деле хотя бы частично, надо наказать по закону. Нельзя президентов убивать. Но если его невиновного посадят, то как я его двоих детей буду кормить? И мать-то у нас еле живая, скелет ходит. Она на нервной почве погибнуть может. У нас так отец умер 13 февраля 2000-го. 70 лет ему было, не такой старый по здешним меркам. Не болел ничем. А тогда недалеко от нашего села артиллерия постоянно била по Аргунскому ущелью. Днем и ночью - ду-ду-ду-ду-ду-ду. Он на окраине села жил, там такая слышимость, как будто твой дом обстреливают. Так нервничал, что умер в три дня.

- Мне на этот вопрос пока никто не ответил, может, вы что-нибудь скажете. Если выяснится, что ваш брат действительно причастен к теракту, что грозит вашей семье? Не со стороны федерального закона, а по чеченским обычаям?

- Не дай бог. Чеченцы сами без всяких российских законов могут весь тейп уничтожить. И я не думаю, что мой брат до того дурной, чтобы этого не понимать. Если моего брата осудят без веских доказательств, я как старший брат приду лично к Рамзану Кадырову и поклянусь на Коране, что мой брат Ломали никакого отношения к этому взрыву не имеет, я, Рамзан, также жалею о смерти твоего отца, как и ты, твои братья и родственники. И тогда по нашей религии с нас снимается ответственность. Если я себя считаю невиноватым, значит, и мой брат не виноват. И оснований мстить Кадырову у Ломали не было. Никто из них его не обижал. А в 1995 году наш брат Саид-Магомед, который сейчас сидит, и покойный Ахмат-хаджи вообще были друзьями. Вместе за веру воевали. Даже говорить об этом не могу. Даже в голову не приходит, что Ломали это совершил.

P.S.: Эски Чупалаева, старшего сына Абуязита, согласно свидетельству о смерти, убили 9 марта 1996 года в 13.00.

- Мы на попутной "Ниве" домой ехали с вокзала по улице Сайханова, - говорит Абуязит. - На площади Минутка стоял российский пост. А в девятиэтажках, они тогда еще целые были, батальон размещался. И вдруг военные ни с того ни с сего открыли по нам встречный огонь. Одна снайперская пуля попала сыну в мозги, я его в тот момент на руках держал. Другая - мне в шляпу. Я просто голову случайно наклонил.

- А сколько лет было сыну?

- Шесть.

ВАДИМ РЕЧКАЛОВ, ЧЕЧНЯ

Комментарии
Прямой эфир