В смерти Кадырова обвиняют его охрану

В четверг заместитель генпрокурора России Сергей Фридинский, непосредственно руководящий расследованием теракта 9 мая в Грозном, заявил, что "причинами и условиями, способствовавшими совершению теракта, стали ненадлежащие методы организации и подготовки охраны". Между тем военный комендант Ленинского района Грозного, чьи сотрудники проводили инженерную разведку накануне праздничных мероприятий, считает, что все службы сделали все возможное в этой ситуации.

В четверг Сергей Фридинский продемонстрировал журналистам неразорвавшиеся на стадионе взрывные устройства: штатный 152-миллиметровый осколочно-фугасный артиллерийский снаряд (второй такой же унес жизни 6 человек) и пластиковую бутылку, начиненную взрывчаткой. После того как теле- и фотокорреспонденты со всех сторон засняли представленные вещдоки, Фридинский подчеркнул очевидное:

- Если бы взорвались все три взрывные устройства, последствия были бы гораздо более тяжкие.

Далее заместитель генпрокурора России сообщил о первых результатах расследования. Как выяснилось, особых подвижек в поисках виновных пока нет. Единственное, но пока ничем не подкрепленное обвинение коснулось службы охраны президента Чечни, у которой были "ненадлежащие методы организации и подготовки".

Это уже не первый камень, брошенный после теракта в огород служб безопасности Кадырова. Напомним, что на следующий день после теракта в Грозном заместитель генпрокурора предположил: "Посторонний человек не мог туда (на грозненский стадион "Динамо". - "Известия") прийти и привести в действие взрывное устройство. Поэтому, безусловно, самая большая первоначальная работа, которая будет вестись, будет связана с теми людьми, которые обеспечивали безопасность".

В основном охраной Кадырова занималась его собственная служба безопасности во главе с сыном Рамзаном, а также подразделение личной охраны президента, которой руководил Али Тагиров (он получил тяжелые ранения во время взрыва). На слова Фридинского моментально отреагировал начальник штаба службы безопасности президента Чечни Артур Ахмадов, который заявил, что измышления о возможном предательстве в рядах СБ рассчитаны на обывателя, не знающего структуру и функции службы.

- У нас вообще не было и нет саперного подразделения. Нет ни одного специалиста по поиску взрывных устройств, нет кинолога. Поэтому обследованием зданий, мест, где должен был присутствовать президент Чечни, занимались саперные подразделения правоохранительных органов, - парировал Артур Ахмадов.

Из множества версий случившегося, выдвинутых сразу после теракта, на сегодняшний день, по словам Фридинского, осталось 4 основных. Правда, назвал заместитель генпрокурора только две.

- Одна из версий: террористический акт был совершен для дестабилизации обстановки в праздничные дни в республике и устрашения населения. Вторая: террористический акт совершен для покушения на руководителей республики, - отметил Фридинский.

За несколько дней работы следственной бригады опрошено около сотни свидетелей и пострадавших. Однако пока никто по подозрению в причастности к теракту не задержан и официальные обвинения никому не предъявлены.

Комендант Ленинского района Грозного: "Нет таких средств, чтобы обнаружить взрывные устройства, замурованные в бетон"

Заявление замгенпрокурора Сергея Фридинского о том, что "причинами и условиями, способствовавшими совершению теракта (9 мая в Грозном. - "Известия"), стали ненадлежащие методы организации и подготовки охраны", не осталось без ответа. Как выяснили "Известия", за инженерную разведку на стадионе "Динамо" в Грозном отвечала военная комендатура Ленинского района города. Комендант района полковник Андрей Деревянко заявил "Известиям", что его сотрудники сделали все возможное, но предотвратить теракт было невозможно.

- Инженерная разведка с участием группы саперов и кинологов перед праздничным мероприятием проводилась дважды: накануне днем и рано утром 9 мая. Соответственно дважды составлялись письменные акты проверки территории, в которых мы отразили отсутствие подозрительных предметов на стадионе, - говорит Деревянко. - Нет у нас во внутренних войсках - да и в ФСБ, я думаю, тоже - таких технических или каких-либо других средств, которые смогли бы обнаружить эти взрывные устройства, замурованные в бетон. Это слишком плотный материал, в нем нет пор, и служебные собаки не смогли бы унюхать взрывчатку. А поскольку снаряды находились внутри железобетонных конструкций, металлоискатели были бесполезны, поскольку они реагировали на металлическую арматуру внутри бетона.