"Приятное разнообразие прогулок"

Современное Свиблово - скучный спальный район. Пятиэтажные домики, довольно много зелени и грязноватый рынок у метро. Еще десятилетие назад подобных мест было довольно много, сегодня они потихонечку застраиваются красными многоэтажными строениями с эркерами, но кое-что все же остается. В прошлые столетия на месте этого микрорайона находилась одноименная усадьба и село. И, как ни странно, здешние угодья не прозябали в постоянной спячке. Жизнь бурлила, и взлеты сменялись падениями. Свиблово так названо в честь своего владельца, боярина Федора Свибло (что значило "косноязычный"), правой руки князя Дмитрия Донского. Далее Свиблово принадлежало Плещеевым, род которых в 1655 году чуть было не лишился этой собственности. Царь Алексей Михайлович направил известному в те времена забияке стольнику Михаилу Плещееву такой нелицеприятный указ: "За то, что оклеветал Ивана Хованского, оскорблял Федора Одоевского, ложь и запирание бояре приговорили, бив кнутом, сослать тебя в Сибирь, а поместья твои и вотчины роздать в роздачу". Но вскоре после этого царь несколько смягчил свой приговор: "Для нынешнего торжественного праздника Воскресения Христова тебя пожаловал, кнутьем бить, и в Сибирь ссылать, а поместий и вотчин отымать не велел потому, что за твое лукавое и безмерное ябедничество и бездушство скоро Бог тебе воздаяние воздаст, и сокрушит и заградит уста твои, глаголющие неправду". После чего наказание еще более снизилось: "И вместо битья указал государь написать тебя по Московскому списку вечным клятвопреступником, и ябедником, и бездушником, и клеветником". Можно сказать, что стольник отделался легким испугом. Впрочем, село все равно скоро вышло из рода Плещеевых. Его несовершеннолетняя владелица Мария умерла, и опекун ее, Кирилл Нарышкин, вступил во владение поместьем - сказав, что якобы владелица ему эти угодья завещала. Документов на сей счет, конечно, не было, зато Кирилл Нарышкин приходился дядюшкой царю Петру Великому, и соответствующее решение возникло без проблем: "по имянному Великого Государя указу и по изустному ее, девицы Марьину, завещанию". Но к началу девятнадцатого века все эти перипетии позабылись, и Карамзин в своей "Записке о московских достопамятностях" сообщал: "Свирлово (второе название Свиблова. - А.М.) (в 7 верст. от Москвы), Н.П. Высоцкого, приятно разнообразием своих прогулок. С некоторого времени живут там многие из Дворян и богатых купцов в наемных сельских домах". Упомянутый Высоцкий, генерал-майор, довольно быстро продает село предпринимателю Кожевникову. Тот живет на широкую ногу, меценатствует и устраивает шумные вечера. Свиблово становится известным не прогулками, а выступлениями цыганки Стеши. "У нее, как у соловья, в горлышке звучат и переливаются тысячи колокольчиков," восторгался один из ценителей истинного искусства. Но проходят годы, Стеша старится, Кожевников нищает, и уже в 1833 году Пушкин писал: "Подмосковные деревни... пусты и печальны: роговая музыка не звучит в рощах Свирлова и Останкина; плошки и цветные фонари не освещают английских дорожек, ныне заросших травою, а, бывало, уставленных миртовыми и померанцевыми деревьями. Пыльные кулисы домашнего театра тлеют в зале, оставленной после последнего представления французской комедии. Барский дом дряхлеет. Во флигеле живет немец управитель и хлопочет о проволочном заводе". Ближе к концу позапрошлого столетия здесь сделалось еще печальнее. Очевидец грустил: "На краю его (Свиблова. - А.М.), по направлению к Останкину, стоит неприглядный и грязный капернаум (в смысле, кабак. - А.М.) для крестьян окрестных деревень. Фабрики в Свиблове унылы и безмолвны, дачников немного: что было, и что стало! Так проходит человеческая слава!" Впрочем, был еще один довольно яркий эпизод в жизни бывшей усадьбы. В 1970-е годы здесь решили построить метро и огромнейший автовокзал, обслуживающий автобусы северных направлений. Метро построили и даже разукрасили новую станцию названиями древних городов Русского Севера. А вот вокзал не стали строить. И москвичи по сей день недоумевают - к чему тут все это на станции написано?