Москва в этом смысле не хуже других: у нас три мусоросжигательных завода (МСЗ) - в Алтуфьеве, Бирюлеве и Южном Бутове. Почти готов четвертый, в Рудневе, на стадии разработки еще шесть проектов. Однако жертвой акции Гринписа стали не заводы, а офис владельца столичных МСЗ - ГУП "Экотехпром".
- Акция санкционирована? - поинтересовались журналисты у организаторов мероприятия по дороге к зданию на Большой Полянке.
Глупый вопрос. Конечно, не санкционирована. Бюрократический этикет напрочь лишает эффекта любое протестное шоу. Хорошо бы, милиция подъехала, скрутила кого-нибудь во имя резонанса...
Но никто из водителей, оказавшихся в пробке из-за остановившегося посреди дороги гринписовского микроавтобуса, милицию не вызывал. Терпели. Тем временем пятеро ребят в оранжевых комбинезонах вытащили из микроавтобуса мусорный контейнер с надписью РЭУ № 44. На асфальт перед входом в штаб "Экотехпрома" ребята постелили целлофан и вывалили на него содержимое контейнера. Журналисты и зеваки отхлынули от благоухающей кучи, но тут же вернулись обратно, потому что гринписовец Игорь Бабанин, стоя на фоне мусора, стал комментировать происходящее.
- Сжигание мусора - технологически абсурдный, экологически опасный и экономически бесперспективный способ утилизации бытовых отходов, - объяснял Игорь, в то время как пятеро девочек в белоснежных комбинезонах энергично сортировали мусор на несколько кучек - металл, пластик, бумага, стекло и т.д.
- Сгорая, неотсортированный мусор выделяет ядовитые диоксины и тяжелые металлы, - продолжал Игорь. - Поэтому мы предлагаем закрыть ныне действующие МСЗ, а четвертый, в Рудневе, перепрофилировать в завод по механической переработке ТБО (твердых бытовых отходов). Такая переработка не требует предварительной сортировки и намного выгоднее сжигания. А экономические потери от перепрофилирования скомпенсирует снижение тарифов на вывоз и переработку мусора.
Пока корреспондент "Известий" размышляла над услышанным арифметическим парадоксом, девочки-сортировщицы занервничали. Из заваленных мусором дверей то и дело выглядывали клерки, привлеченные небывалым видом и неуместным запахом. Девочки удвоили темп работы - и в кучку с пластиком полетели тряпки, а луковая шелуха, предварительно высыпанная из рамсторовского пакета, отправилась в стеклянную банку.
К протестующим вышел пожилой господин, объявил, что является замдиректора "Мосремстроя" и ему непонятно, почему перед дверью, над которой крупными буквами написано название его организации, устроили это безобразие. Кстати, кроме "Экотехпрома" в том же здании расположено еще четверо арендаторов, павших жертвами помоечного шоу. Высыпали дамы, все как на подбор в белоснежных кофточках, и стали грубо пихать сортировщиц, чьи комбинезоны уже утратили первоначальную белизну. Наконец, на пороге появился представитель "Экотехпрома" и принял огонь на себя.
- Чего вы сюда пришли! - шумел Игорь Щавлев. - Поехали по заводам, посмотрите, как они работают! Лучше бы учили детей не мусорить.
- А почему вы мусор не сортируете? - сменили тему гринписовцы.
- Сортируем! - парировал Щавлев. - Не знаете, а говорите. Ну, поехали?
Никому, конечно, не захотелось уезжать с Полянки в Бутово.
- Да, вредные выбросы при сжигании мусора имеются, - объяснял Щавлев газетчикам. - Но они образуются лишь на последней стадии цикла и по возможности фильтруются.
Но, поняв, что этот аргумент неубедителен, добавил:
- А где сейчас нет выбросов? Вот автомобили ездят - от них самая большая опасность.
По данным совета Гринписа, проект завода в Рудневе устарел еще на стадии его проектирования - в 1995 году. 30% бытовых отходов имеют органическое происхождение и, переработанные в компост, могут быть использованы в зеленых зонах города. 60% - потенциальное вторсырье (например, бумага, алюминий, пластик). Остальные 10% можно и в топку. Но не больше, считают экологи: то, что сейчас происходит на столичных МСЗ, - натуральное сжигание денег. По гринписовскому проекту реконструкции почти построенного завода объем перерабатываемых ТБО останется тем же - 250 тысяч тонн в год, а в перспективе может быть увеличен до 375 тысяч. При этом токсичных воздушных выбросов не будет вовсе.
Мусорная куча распадалась на несколько аккуратных бугорков. Подуставшие сортировщицы сложили целлофановую подстилку и сунули ее в мешок с пластиком. Плоды их получасового труда пустились в последний путь - на ближайшую помойку. Впрочем, не в последний: мусору с территории, подведомственной РЭУ № 44, предстоит еще одно путешествие - на МСЗ, где быть ему кремированным, или на загородную свалку, чтобы оказаться захороненным до лучших времен. А милиция так и не приехала.