Сущий Брет

На неделе в прокат выходит фильм "Правила секса", снятый полукультовым Роджером Эйвери - сменщиком Квентина Тарантино в мифическом видеопрокате - по книге Брэта Истона Эллиса, автора "Американского психопата" и ряда других полезных книг. Главный редактор "Книжного обозрения" Александр ГАВРИЛОВ, на счет "три" погружает нас в мир этого выдающегося литератора. Это кто? Это Брет Истон Эллис. Вот этот, белесый и рыхлый. Человек-гора с маленькой, словно чужой головенкой. Вундеркинд-переросток. Он, собственно и начал, как вундеркинд. Первый роман "Меньше нуля" написал в колледже, пока исполнилось 21 - его уже издали. Роман про кокаиновую скуку и шумное одиночество. Как сам потом признавался - что думал, то и написал. Получился бестселлер. Все знают, что после первого успешного романа второй писать страшно. Хочется, чтоб не хуже. Написал за два года "Правила секса" про жизнь в кампусе - про любовь, в общем-то, но в обстановке то ли сексуальной революции, то ли свального греха. Получился бестселлер. "Скажите, Брет, - спрашивает читатель, - а ваша жизнь в колледже действительно была такой, как вы ее описали? - Ну, нет! Если бы она была такой, я бы не смог ничего написать. Мне больше нравилось наблюдать". Сидеть в углу. Подсматривать и подслушивать. Сочинять истории. На самом деле "Меньше нуля" - не первая книга. Маленький Брет дарил родителям по книжке на каждое Рождество. В 75-м написал и проиллюстрировал сказку про рождественского ангела, который упал с верхушки елки и должен попасть обратно прежде чем всё семейство проснется и бросится разглядывать подарки. Часы тикают, остаются секунды - непонятно, сможет ли ангел на верхушку вернуться, потому что злобный карлик Санта сам мечтает там сидеть. Несколько гирлянд и елочных шаров ангелу помогают, но один из них предает уже на последней ветке. Хотя, конечно, в конце концов наши победили . Рождество же, все дела. Называлось это всё The Angel's Trip. Еще вот была "Гарри-плоский блин" - про мальчика, который проснулся утром и обнаружил, что он блин, причем очень, очень плоский. Автору исполнилось шесть и никакой кафки он еще явно не читал. А другой мальчик проснулся и понял, что хорошо бы поубивать других мальчиков и девочек. Получился "Американский психопат". А еще один мальчик понял, что хорошо бы быть немножко фотомоделью, а еще чуть-чуть террористом. Получилась "Гламурама". Мальчики на глазах становятся все кровавее. Читатель доволен. Когда журналисты начали потихоньку писать о "Психопате" - еще до выхода книги - Национальная Женская Организация взбеленилась. Этот серый полк Красных Шапочек добился полного запрета книги как безнравственной, растлевающей, губящей, использующей. Simon & Shuster, уже выплатившие 300 тысяч долларов аванса, перепугались в последний момент. "Психопата" напечатали конкуренты. Получился бестселлер. Имя Патрика Бейтмана, который резал приятелей и подруг без отрыва от фондового рынка и гламурного потребления, стало нарицательным. По ходу дела едва вспомнили, что его младший брат Шон уже появлялся в "Правилах соблазнения", да и сам Патрик мелькал в паре сцен. Что-то это напоминает. Семейство селинджеровских Глассов больше всего. Симор Гласс - всеобщий любимец и главный герой "Рыбки-бананки" - отличная пара Патрику Бейтману. Истон Эллис - это Сэлинджер наоборот: он охотно ржёт над любой пропастью. Они похожи как в зеркале: где у одного правое, там у другого левое. Сэлинджер думает, что человек от роду хорош, а общество - зло. Поэтому Симор Гласс кокетничает с маленькими девочками, идет в свой номер и стреляет себе в голову над спящей женой. Кто добрее, тот слабее. Кто слабее, тот выбывает. Истон Эллис, как настоящий гуманист, считает, что человек зол по природе, а общество - только сумма психопатов. Поэтому Патрик Бейтман - герой поколения. Решение о запрете "Американского психопата" принимало не само издательство, а владеющая им корпорация Viacom - та самая, что владеет МТV. Через несколько лет Леонардо Ди Каприо захотел сыграть Патрика Бейтмана - и будущая киношка стала веселой MTV-новостью. "Некоторые детали в "Психопате" так реалистичны - ну, я имею в виду сцены пыток и мучений, - спрашивает читатель, - Откуда вы это всё знаете? - Ну, я пошел в отделение полиции, которое занимается серийными убийцами, они мне рассказали и показали, что обычно делают серийные убийцы". А вы, дорогой читатель, откуда знаете , что они реалистичны? На что должны быть похожи сцены пыток и мучений? Вы часто присутствуете при пытках? Временами убиваете коллег? Иногда вступаете в совокупление с трупами? Тоже покупаете Жан-Поль Готье? Тоже слушаете международный попс? Вы, простите за назойливость, тоже психопат? Американский? Французский? Российский? Ах, у вас уже глобализация! Да-да, понятно. Дорогой читатель лазает по интернету и смотрит "Дорожный патруль", он же CNN, он же снафф-муви. Немножко работает на большую корпорацию за хорошие деньги, немножко выкрикивает антиглобалистские лозунги вечером в кафе. Немножко нюхает, немножко курит. Он пережил девяностые и обживается в десятилетием с двумя нулями посередине. "А какие наркотики вы предпочитаете? - В основном, алкоголь. Хотя недавно принимал антидепрессанты, целое лето не ел грибов и понял, что так соскучился! Остальной стафф - просто часть обычной скучной текучки". Вот оно, важное слово. Скука - важнейшее из искусств, которым отлично владели в стыдливых восьмидесятых. "Небо над Берлином" и всеми остальными городами было одного цвета. Скука переливалась оттенками серого в романах Питера Хандке и других интеллектуалов. Благопристойная скука своей беспролазностью приводила в ярость. Делала психопатами. Девяностые сделали вид, что скуки больше нет. Скука подождала за углом и вернулась. Она снова с нами. С республиканцами в Америке. С позднесоветскими прихватками в России. В кино и в литературе. Хитрый Кристиан Крахт и глупенький Владимир Спектор скучают обстоятельно, с престижными марками авто, алкоголя и давучими девками. Описывают собственную жизнь. Получается развернутая цитата из Истон Эллиса. Ужасно. Непостижимо. Брет какой-то.