АЛСУ: "Я лучше дома посижу"

Так случилось, что Алсу Ралифовна Сафина до сих пор не давала сольных концертов в Москве. В течение ближайших двух недель ситуация будет исправлена: Алсу выступит в столице, причем аж с тремя сольниками кряду - в "России", "Олимпийском" и зале Чайковского. О том, зачем ей это понадобилось, Алсу расспросил обозреватель "Известий" Алексей МУНИПОВ. - Что за странная идея - выступить с тремя разными сольными концертами подряд? - Просто мы никак не могли определиться: делать ли пафосный концерт или такой, где молодежь может побеситься. И решили сделать и то и то: раз это мой дебют в Москве, то пусть его все запомнят. На каждом концерте будут свое звучание, свой набор песен, да и публика, думаю, тоже. Например, в "России" мы прощаемся с программой, с которой я гастролирую последние три года, - она называется "Алсу и авторы". Когда я только начинала, у меня просто не хватало песен в репертуаре, поэтому со мной выступали мои авторы Вадим Байков и Александр Шевченко. В зале Чайковского все будет очень пафосно: вечерние платья, оркестр... Ну а в "Олимпийском" - супершоу, с самыми крутыми декорациями, суперсветом, суперзвуком, где все будет взрываться, выезжать... Что до репертуара, то в "России" будет много старых песен, а в "Олимпийском" зато будут совсем новые английские. - Параллельно ты, я знаю, записываешь новый русскоязычный альбом. Что он будет собой представлять? - Рабочее название у него "19", это как бы начало взрослой жизни. Там я и пою по-другому, и сама изменилась - все-таки между 15 и 19 годами большая разница. И еще я сейчас пишу песни для будущего английского альбома. Написала уже порядка шести. Хочется, чтобы и он от дебюта тоже отличался в лучшую сторону. - Скажи, а зачем из тебя так упорно пытались сделать новую Кристину Агилеру? Это же глупо. - Да просто мало времени было, никто ничего не понимал. А когда спохватились, уже и альбом готов, поздно. Да и песни были так себе. Хотя все они были сделаны лучшими продюсерами в мире, но просто мне не слишком подходили. Это не я была. Но больше мы такой ошибки не совершим, это уже точно. В новом альбоме процентов 70-80 песен я сама и напишу. Просто чтобы быть уверенной, что это я настоящая. - У тебя сменился менеджер. Почему это так важно? Что он умеет такое, чего не умел его предшественник? - Это англичанин, Дэнис Инглсби. Главное - он вник в то, что происходит у меня в России. Если предыдущему мои российские дела только мешали, то этот все учитывает. Есть время - едем записываться в Лондон, нужно выступить здесь - выступаем здесь. А мне нужно, да. Россию я совсем не хочу забывать. - Но все-таки что для тебя сейчас важней - карьера там или здесь? - Здесь успех у меня уже есть, и он достаточно стабилен. Потому я могу взять тайм-аут и поработать в расчете на Запад. Могу себе это позволить. - Ты же понимаешь, что для всех сейчас самое важное - чего ты добьешься за рубежом? - Хочется... хочется пробиться. На Западе мало кто знает о русских. А хочется, чтобы их продюсеры искали таланты здесь. У нас, к сожалению, все по-другому делается. Если у тебя толстый кошелек, то ты вполне можешь купить себе популярность. И вот идут в студию любовницы богатых мужиков, там им все сделали, подчистили, пожалуйста - ты звезда. - Тебе наверное часто приходится с такими дамами сталкиваться? - Конечно, я много таких знаю (хмыкает). И, конечно, не буду называть имена. Обидно просто, что талантливые ребята, без денег и связей, сидят в деревне и никто о них не знает ничего, а эти... - Вообще, шоу-бизнес оказался гораздо гаже, чем ты представляла? - (С чувством.) Гораздо! Гораздо гаже. Мне все-таки было 15 лет, совсем еще ребенок, ничего не понимала. А вокруг - такая куча лицемеров, которые в лицо говорят одно, за спиной другое. Очень много зависти - черной! Все чего-то говорят, говорят... - Как же ты научилась обходиться с неприятными тебе людьми? - Да никак. Я абсолютно не злопамятна. Даже если человек мне неприятен, я вполне спокойно могу с ним общаться, не подам и вида. Это ведь его проблемы, правда? - Помимо неприятных людей бывают неприятные ситуации. Вот тебе пришлось расстаться с твоим продюсером Валерием Белоцерковским. Твое мнение ведь никого не интересовало? - Да я вообще не хотела лезть в этот дурдом! У него были разногласия с Universal, с английским менеджером, и я сказала: Валер, решай сам. Я ничего не могу. Я не могу стать против них, потому что это моя карьера на Западе. И против тебя тоже не могу, потому что ты для меня так много сделал. Ты можешь с ними договориться или не договориться, это твой выбор. И он выбрал. Мы расстались по-хорошему и до сих пор очень часто встречаемся, общаемся. Но, конечно, все это было неприятно. И отражалось на мне. Ведь все это из-за меня. Я ведь певица, это мой менеджер! - Белоцерковский рассказывал, что Джери Халивел сперла у тебя песню "Свет в твоем окне". Не обидно было? - Ну там буквально три ноты, хотя очень характерные (напевает припевы обеих песен; действительно, один в один - А.М.). Обидно, конечно. Может, это и случайность... Но моя-то песня все равно достойней, чем у Джери. - У тебя же будет возможность увидеться с Джери. Не хочешь с ней поговорить по-женски, с глазу на глаз? - Ой, да ладно... Не она же эту песню написала, в конце концов. К ней вообще претензий никаких. Пусть авторы между собой разбираются. - Из чего сейчас в основном состоит твоя жизнь? - Два месяца безвылазно сижу в офисе, с утра и до часа-двух ночи. Здесь у нас и репетиционная база, и студия. Надо поделать альбом, потом бежать на репетицию, потом интервью, съемки, потом опять в студию, потом спать немножко - и с утра по новой. Так что после концертов мы все хором едим лечиться. По клиникам, по домам отдыха... Саша Шевченко, по-моему, вообще не спит. Если у нас день заканчивается в два ночи, то у него еще встречи в четыре утра и в шесть утра. Профсоюзов же в шоу-бизнесе нет. Права никто не качает. - Ты вообще трудоголик? - Абсолютный. Дома я еще могу быть ленивой, но на работе - никогда. Но я не жалуюсь: сама же все это выбрала. Чего теперь-то? Кстати, Валера меня первым делом стал отговаривать. Ты уверена, говорит? Подумай хорошенько. Шоу-бизнес у нас грязный, труд - каторжный. Конечно, я не ожидала, что будет так сложно: я не то что друзей, родителей-то не вижу, хотя и живу с ними в одном доме. Брата вижу раз в неделю, в субботу утром. А эти два месяца вообще кошмар. - Получается, твой публичный образ этакой glamour girl не очень соответствует действительности? - Получается, так. Я очень домашняя девочка. В Лондоне могу еще сходить в клуб - раз или два в неделю максимум. В кино иногда хожу. С друзьями могу проболтать несколько часов кряду, потому что не вижу их неделями. А если б я тусовалась, я бы умерла уже, наверное. Там же тоже надо со всеми поздороваться, поулыбаться, поговорить. Хотя приглашения приходят постоянно (наугад роется в куче бумаг на столе и выуживает черную пластмассовую блямбу со своим именем; с интересом ее рассматривает). - Это приглашение на открытие бутика "Ив Сен-Лоран". Вчера было. - Да? Ну вот... Да и бог с ним. Я лучше дома посижу. А что вы думаете об этом?