Теорема Путина-Лобачевского

Политический сезон заканчивается. Политики разъезжаются. Те, что покрупнее, еще "сторожат", словно боясь спугнуть благообразие политической стабильности, воцарившееся над Россией. Что помельче, уже мобилизовались в обширный контингент миллионов российских туристов, разлетающихся в самых разных направлениях. По большей части - иноземных. Столичные туроператоры в один голос говорят, что последний раз подобный туристический бум наблюдался в 1998 году, аккурат перед дефолтом. Но добавляют: нынешний на порядок "круче". Так что самое время, пока не поздно, в установившейся политической тишине подвести некоторые итоги. Про туризм - это с умыслом. Чтобы нарушить одну давнюю традицию - начинать отчет о проделанной работе с внутренних достижений. А уж потом поминать итоги выступлений на взыскательной международной арене. Но дело как раз в том, что истекший политический год дает повод утверждать, что основные достижения случились скорее вовне, чем внутри страны. И довольно трудно на сей раз утверждать, стала ли внешняя политика, согласно выводам Ленина и Клаузевица, продолжением внутренней или наоборот. Напрашивается вывод другой: внешняя и внутренняя политика страны все в большей мере развиваются параллельными курсами. Если и пересекающимися, то где-то в бесконечности. Не по Ленину, а по Лобачевскому. Или по Путину. Примите роды в Англии По части внешнеполитических достижений России за период с 11 сентября 2001 года до недавнего саммита "большой восьмерки" публичные мнения российской элиты разделились. Одни считают курс Путина тупиковым, если не предательским. Об этом, впрочем, громко нынче выражаться не модно: в ходу конструктивная любовь к власти и выражение лица, отражающее здоровый патриотизм. Модно шептать (о причине такого шепота - ниже, и она вовсе не в страхе быть репрессированным). "Путин сдает позицию за позицией, ничего не получая взамен, - считает один из влиятельных политологов, директор исследовательского центра. - Запад торгует жестами, но если вы посмотрите на сущностную сторону, то решений не увидите". - А, скажем, американское решение по российской стали. Разве оно не носит отчетливый отпечаток компромиссных шагов навстречу Москве? - Смягчение было незначительным и только по отдельным видам, - следует ответ. "В отношениях с Западом нужна дозированная напряженность", - считают другие. Объясняется этот во многом громыкинский подход просто: кроме этой пресловутой напряженности, торговать нам нечем. Эксперты, тяготеющие к такому подходу, считают, например, беспроигрышным вариант увеличения финансирования разработок нового оружия под лозунгами развития отечественного ВПК - кладезя российских научных мыслей и неисчерпаемого источника "кузькиных матерей" для показа главному источнику наших национальных комплексов - Западу. Такой подход близок многим представителям российской элиты, по большей части происходящей из практики времен "холодной войны" и советских имперских упражнений, а не научных семинаров по международной теории всяких там гарвардов, стэнфордов и колумбийских университетов. Недавно сотрудник одного из аналитических центров, финансируемого, как ни смешно, американскими грантами, позволил себе яростное, потому как непубличное, замечание: "Все сдали и продолжаем сдавать оставшееся. Заключили позорный Договор по СНП с Америкой". Почему Путин - не Горбачев Как признают, впрочем, сами носители этой идеологии, они - в меньшинстве. "В советское время выступали с антизападными лозунгами, но часы носили швейцарские, - делится один из тех, кто убежден, что Россия "сдала" позиции. - Сейчас ситуация схожая: выступают с квазиимперских позиций, но реально политическому истеблишменту и бизнесу прозападная политика выгодна". - Почему? - Все они любят говорить про "великую Россию", но жену возят рожать в Англию, а сына пристраивают в колледж в Америке. И деньги держат в оффшорах, которые - в случае похолодания отношений - трясти будут не ливийцы, не китайцы и не иранцы, а американцы и европейцы. Вот она и природа того самого "шепота", о котором говорилось выше. Она в том, что, несмотря на разницу в риторике и степени телевизионной - показной - антизападной бравады, российская элита, что федеральная, что провинциальная, в отличие от ранних ельцинских времен, вполне определилась в консенсусе в плане практического поведения. Она стала прозападной в том смысле, что восприняла как свое именно эту модель культурологического поведения (в тех формах, которые, конечно, для нее доступны, понятны и приемлемы), жизненного стандарта, потребления, образования и даже способа ведения бизнеса. Последний при всей его своеобычности и "тенистости" все же чуть ближе к американо-европейской модели, чем, например, к исламской. И вот один известный политолог сплетничает про своего коллегу, который долгое время яростно ругал США за все, а потом - как язык прикусил. "Просто у него сыну дали американское гражданство, - объясняет эксперт. - А посмотрите на российский менеджмент, среди которого уже не отдельные люди, а целый процент - граждане США!" Поэтому, делает вывод политолог, за проводимую политику Путина правящий класс только поблагодарит. Так что курс президента на интеграцию с западным миром, провозглашенный после 11 сентября, в долгосрочном историческом плане имеет все шансы на успех. Другое дело, что по мере увеличения социального разрыва между элитой и прочим обществом (а он в течение пока недолгого правления нынешнего президента не только не уменьшился, но успел увеличиться) подобный верхушечный консенсус все больше может "провисать", не находя адекватного понимания у "низов". Уже есть некоторое число скептиков, которые в краткосрочном историческом плане предрекают Путину судьбу Горбачева. Угроза эта спорная. Определенный процент российских граждан - хотя и незначительный и не самый громкоголосый, всегда будет благодарен Горбачеву. За разрушение "железного занавеса", за избавление от "совка", за то, что страна открылась внешнему миру со всеми его прелестями. Мир же ему благодарен в целом. Если похожая участь постигнет Путина, можно будет сказать, что за свой президентский срок он тоже совершил великий прорыв. Хотя благодарности внутри страны он может толком и не услышать. Какова заслуга в достигнутых успехах лично президента, а какова МИДа? Политологи схожи во мнениях: МИДа - минимальная. Он, так сказать, на подтанцовках. Как заметил один из парламентариев, это "протокольно-оформительское ведомство", не имеющее толком ни ресурсов, ни полномочий. Это не вина его, а беда: в том виде (в плане обеспечения и материальными ресурсами, и интеллектуальными), в котором пребывает ведомство, от него грех требовать большего. Более того, поделился с "Известиями" чиновник из дипломатической среды, в ближайшее время эти полномочия могут еще больше урезать - желающих заниматься внешней политикой в России предостаточно. И Минобороны, и правительство, наконец, администрация президента и парламентско-сенатский корпус активно ищут себе сферы применения и - в отсутствие действенной работы некоторых департаментов МИДа - успешно их находят. Сам министр Игорь Иванов, впрочем, это отвергает (о чем он сказал в интервью "Известиям" 10 июля). Искра не пошла "Главная опасность ближайшего года - накануне выборов удариться в примаковщину", - считает один эксперт-международник. Его дополняет другой известный политик: "Путин воспроизводит и укрепляет политику сдержек и противовесов. Его политика - не делать ставку на одну группу, идею или программу. Он лелеет конфликты". Впрочем, политика "сдержек и противовесов" порой выглядит как просто умело сбалансированный пиар. Именно поэтому президент, установив новые отношения с НАТО, США и получив статус равного на саммите "большой восьмерки" в Кананаскисе, не заехав домой, метнулся в терпящий бедствие российский регион. Затем в следующий. Дети, новые пионеры, раздача под телекамеру угроз губернаторам и обещаний выплатить всем пенсионерам компенсации, а выпускников устроить в вузы. Одна риторика - для внешнего употребления, совсем иная - для внутреннего. В его кадровой политике, кстати, закрепилась та же тенденция - "сдержки и противовесы". О подковерной борьбе кремлевских кланов, заключительным аккордом которой в уходящем сезоне стал скандал вокруг "Славнефти", написано столько, что и повторять неприлично. Скажем лишь, что эксперты насчитывают в Кремле на сегодня уже не две ("волошинцы" - "питерские чекисты"), а минимум три с половиной группировки. Участь Горбачева для Путина пока выглядит иллюзорной. Нынешний президент любит свой народ и старается как можно внимательнее следить даже за самыми странными колебаниями в его мнении. Именно поэтому государственному пиару во всех смыслах придается огромное значение. И если по этой части "гвоздем" предыдущего политического сезона стало поборение медиа-магната Гусинского, то в нынешнем был без особых церемоний (но все же с минимально приличествующими) повергнут его "двойник" Березовский, а канал ТВ-6 обрел почти искомые черты лояльного медиа-пространства под аббревиатурой ТВС. Попутно выяснилось приятное для власти: одни и те же люди в по-разному ориентированных бизнес-системах могут работать по-разному. Перспективный вывод для президента, вошедшего в роль общероссийского менеджера. Путин очень любит и ценит и народную любовь к себе. Народ и Путин стали вполне органичны друг другу. И в этом главная опасность для президента: попасть в ловушку пиара. "Он создал систему, - заметил один из известных экономистов. - Она уже не ельцинская, а своя - это его люди, его инструменты. И она не работает". Вот это последнее как раз наиболее заметно при сопоставлении итогов внешнеполитического курса, где президент мог обходиться либо собственным блестящим соло, либо слаженной работой компактной команды, с кажущимися многим вялыми итогами внутриполитического курса. В последнем случае как раз требуется, чтобы заработала целостная система. Без этого наметившийся в уходящем сезоне застой грозит перерастанием в острый и масштабный кризис. Страна, чтобы не отстать уже не от мировых лидеров, а от среднемирового стандарта жизни навсегда, все острее нуждается в цивилизационном прорыве. Хотя она же субъективно все менее эту потребность готова признавать и уж тем более идти на такой прорыв. Тут мало журить правительство за отсутствие амбициозных планов. Амбициозные планы сами собой не рождаются. Эти амбиции, подобно тому как озон во время грозы порождается грозовыми разрядами, порождаются особым взаимодействием власти и общества. И оно не должно ограничиваться благоприятным пиаром и высоким рейтингом. Должно где-то "искрить", взаимодействовать, обмениваться импульсами. А не искрит... А не повернуть ли реки вспять опять... Увеличивающийся разрыв между внешнеполитическими достижениями и внутрироссийскими результатами отмечают многие. Вторые малозаметны, точнее - мало ощутимы обывателем. Неофициально политики все чаще говорят, что разрыв растет прежде всего за счет нереализованных, но громко заявленных социальных и экономических программ. В этом смысле сезон может вполне заслужить лейбл не "Стабилизация" (он уже был отыгран в сезоне предыдущем), а "Стагнация". И это при том, что за истекший сезон было осуществлено как минимум несколько объективно "прорывных" проектов. В России разрешена купля-продажа земли, в том числе сельхозназначения. Путин лично приложил немало сил к продавливанию реформы через косный красноватый менталитет бывшего партхозактива, а ныне буржуазной элиты. Продавил. И что? В прошлом веке именно нерешенный земельный вопрос становился причиной революций. Прошло менее ста лет. Земля - крестьянам, а нация даже не всколыхнулась. Как будто это трогает лишь пару десятков экзальтированных коммунистов, поднимая тени прошлого на экзотические пикеты у стен Думы. Судебная реформа, медленно, но верно и тоже при последовательной поддержке президента прививаемая на уже почти усохшую ветвь судебной власти (уходящий сезон стал во многом решающим этапом ее проведения), по своей значимости и последствиям сопоставима с реформами Александра II второй половины XIX века. Тогда в том числе судебные реформы во многом перевернули страну, скорректировав взаимодействие между самодержавием и русским обществом. Почему же сейчас это общество столь безучастно или, того хуже, скептически смотрит на либеральную судебную революцию? То же самое, кстати, с новым уголовно-процессуальным и административным кодексами. Последний, начавший действовать с 1 июля, тоже ведь явил собой микрореволюцию в отношениях власти и гражданина. А многие граждане этого даже не знают. Не замечают. Не ценят. Но почему? Не потому ли, что закон, написанный в России на бумаге, окончательно разошелся, как те две параллельные прямые, с реальностью русской жизни, регулируемой совсем другими нормами, функционирующей совсем по другим принципам в соответствии с другими закономерностями - понятиями? Неужели государство и миллионы обывателей объединяет лишь столь эфемерная связь, как высокий рейтинг президента Путина, а тот, в свою очередь, зависит в глазах этих самых обывателей не столько от своих реальных дел, сколько от имиджа, творимого политтехнологами? Дебилизация Родины "В стране начинают происходить пугающие события, которых не было даже в тяжелые годы начала 1990-х", - мрачно признался один из аналитиков. К ним он отнес участившиеся, все более массовые, наглые, кровавые и, главное, безнаказанные выходки скинхедов и прочих подрастающих отморозков, националистические погромы, толпы разъяренных якобы спортивных фанатов. Один сотрудник правоохранительных органов заметил (в сущности ведь о себе говорит): "Милиционеры сами стали источником опасности". По рейтингу доверия милиция находится где-то на уровне с "братками". Что, впрочем, логично: "крышуют" они порой одни и те же структуры. Что еще страшнее - так это по сути молчание власти. Упомянутые тенденции обретают уже такие масштабы, что нужны не дежурные слова про "вылазки экстремистов", но некий совсем иной по эмоциональному накалу и доверительности разговор с обществом. А не "пиар проблемы". Если власть пока к такому не готова (просто не подобрала еще в суете забот слова), это полбеды. Если она не видит сегодня в этом проблемы, это может стать началом катастрофы, даже началом конца русской цивилизации. Вряд ли 49-летний энергичный Владимир Владимирович Путин захочет повторить историческую роль престарелого канцлера Гинденбурга, своим непротивлением нацизму ввергнувшего совсем другую страну в очень большие неприятности... "Выросли дети реформ, - подмечает один из правительственных консультантов, - и они ничего и никого не боятся". С этой проблемой страна еще столкнется. Телевизионные мужики, лакающие пиво в то время, как - о, какой позор! - приятель Сидоров с женой на балете, - концентрированное состояние менталитета страны. Свободу мужику! Пусть пиво жрет, неча по культурным мероприятиям с женой расхаживать. Дебилизация нации идет семимильными шагами. Народ радостно быдлеет под козлоподобное пение эстрадных бездарей и мутный взгляд как бы стражей порядка. Власть ему в этом тихо потворствует, потому как давно уже живет "за стеклом", в совсем ином измерении. Один влиятельный губернатор обходит высокие правительственные и кремлевские кабинеты с потрясающим предложением: повернуть реку Обь и продавать пресную воду центральноазиатским государствам. Психиатра не вызывают - известный политик как-никак... Как заметил один из законодателей, "губернаторов в этом году донагнули - снизили трансферты, лишили дорожных фондов и акцизов на ГСМ, но региональный беспредел не прекратили". В результате так называемое самоуправление - основа основ любого здравого общества - в нынешней России осталось лишь разделом Конституции. И больше ничем. Это даже хуже, чем профанация. В чем едины и правые, и левые, и "семейные", и "сироты": подлинного оздоровления государства, на которое все так надеялись с приходом Путина, увы, не происходит. Не происходит и оздоровления общества. Все как раз пугающе наоборот. При этом президент, будь он трижды чекист - и это стало теперь окончательно ясно, - явно не готов насильно загонять свой народ в цивилизацию, "в счастье": друзья по "восьмерке" не поймут, да и времена не те. Только вряд ли такой народ порадует своим прибытием цивилизованный мир, давно прошедший стадию лакания пива на скверах и повальной коррупции, замешенной на остатках совкового социального иждивенчества. Многие ведь думают, что и это государство им еще что-то должно. А они ему - нет. Назовите вашу цену Аналогичные процессы в той или иной конфигурации можно наблюдать на любом этаже власти и общества. Коммерциализация партийного процесса и измельчание фигур в нем - так определил итоги политического года известный российский финансист, видимо, не понаслышке знакомый особенно с первой составляющей. Подготовка к парламентским выборам уже началась. Беспрецедентно рано, за полтора года. Отчасти тон этому задали крупные партии, которые начали выстраиваться в колонны. Вот только подготовка эта сводится пока лишь к двум аспектам. Первый и основной - финансовый. На Западе это называют "фандрайзингом", в России - банальным "распилом". Реальные участники, будущие, потенциальные - все сосредоточены на том, как освоить больше денег. Статьи расходов: партстроительство региональных структур, а главное - поддержка президента и его инициатив. Всех подряд и без обременительной "расшифровки". Лицемерие, в сравнении с которым организаторы выборов-96, вооруженные коробками из-под ксерокса, есть совестливые филантропы и альтруисты. По расчетам даже самих партийцев, не говоря уже о финансистах, реально на предвыборные кампании будет потрачена в лучшем случае десятая доля собранных сумм. По оценкам и пиарщиков, и чиновников, выборы будут еще более дешевыми, чем предыдущие. Но деньги собирают. "Сдача" осядет в карманах прилепившихся к процессу. "Никто не знает, сколько что реально стоит, на этом и играют", - поделился с "Известиями" банкир, к которому уже наведался не один политический "проситель". Острый мозговой дефицит "Сейчас партии строят так: "впарил - наварил", - говорит один из матерых российских пиарщиков, участвовавший в кампании 96-го года. Партиями занимаются во многом люди из бизнеса. Жесткие, прагматичные. Они понимают, с какой страной имеют дело. Стадо нужно кормить, поить и окормлять. Чтобы в порыве ужаса или приступа инициативности, как слон, оно не вытоптало все вокруг. К реальному партстроительству это не имеет отношения, но об этом предпочитают не думать - чистого порыва в обществе никак не вызревает, а ждать, когда снизу прорастут спинозы, нет времени. Да и не "отбивает это бабки". Аспект второй - кадры: московские политики и технологи совершают бесконечные вылазки в регионы, чтобы заполучить новых соратников, отыскать новые лица. С лицами по-прежнему плохо. "Внятный кадровый резерв так и не создан", - считает один из сенаторов. Впрочем, о каком резерве говорить, когда и в "действующем резерве" наблюдается острый дефицит профессионалов. Итог уходящего сезона: "питерский" кладезь исчерпан. Система воспитания новых политических кадров не создана. В связи с чем в высоких кремлевских кабинетах всерьез заговорили о надобности создавать реальную партию чиновников, партию власти, нео-КПСС. Одно забывают: РСДРП(б) - ВКП(б) - КПСС все же была неотъемлемой частью общества. Ни одна партия не может жить в маргинализированном общественном пространстве, то есть в вакууме. То, что первый путинский срок - всего лишь первый, ясно давно. Уходящий политический сезон окончательно доказал, что у него не может быть пока серьезных конкурентов. Был слабый шанс, что появится хоть один незаезженный персонаж, но появился разве что Сергей Миронов... "Чертик из табакерки" - способ давно проверенный, в первую очередь на самом Путине, но коли уж мы движемся по пути "нормализации" и "европеизации", в том числе и политической, то "прицелы" на выборы 2008 года стоит устанавливать уже сейчас, используя 2004-й как тренировку. Построенные боком Партстроители и сами признают: "Ощущается скудость интеллектуального потенциала". Но в этом и их вина: стремясь вовлечь в политические структуры неорганизованную массу чиновников и функционеров, традиционно, по должности колеблющихся вместе с "генеральной линией", они упустили слой тех, кто по идее должен бы определять будущее лицо страны. Менеджерский класс (среднее звено, не имеющее ничего общего с традиционным "олигархатом"), профессиональные ассоциации - дилеров, брокеров, риэлторов и т.д., средний и малый бизнес, сотрудников структур, обслуживающих корпорации. Их ценности традиционны, тем бесценны и труднодостижимы для этой страны - уютный дом, стабильная работа, нормальная школа или детская площадка для ребенка и спортивный клуб для его родителей, пристойный отпуск в России или за границей. То есть то, чего так не хватает ни на государственном, ни на общественно-идеологическом уровне. Этим людям есть что терять, и они кровно заинтересованы в более осмысленном государстве. Но ждать от этого слоя самостоятельных политических инициатив снизу вряд ли стоит, его надо втягивать в процесс. Но никто, даже проявляющий такую заботу о людях президент, ни разу за уходящий сезон не сформулировал и не вынес эти в общем-то простые лозунги на знамя национальных устремлений. Разве что доложил о них в ежегодном послании Федеральному собранию весной. Этот слой оказался под опекой правых, которые больше заняты собственными дрязгами и боязнью вызвать неудовольствие Кремля. Власти же хватило лишь на чудаковатую попытку построения гражданского общества. Его, потренировавшись на провинциальных вождях, тоже попытались было поставить в вертикаль, но потом отвлеклись. А оно так и осталось стоять в этом странном положении... Кончилось дело полуопалой полудемонического технолога Павловского и его странной "Страны. Ру". Втекает больше, чем вытекает Когда авторы задавали экспертам вопрос о внутриполитических итогах года, собеседники задумывались. Затем неуверенно говорили: создали правовое пространство, губернаторов построили... Но никаких тектонических сдвигов ни в экономике, ни в сопряженных сферах. Формально год для президентской власти должен был быть самым спокойным - уже не выборы, еще не выборы. Время действовать. Но пробуксовка все более ощутима. С одной стороны, Путин все время ведет себя так, как будто отвечает на вопрос социологов: "Что вы будете делать, если выборы состоятся в ближайшее воскресенье?" Активен - чрезвычайно, на публике - постоянно, страждущих - утешает, на обещания - хоть и скуп, зато показывает, что готов их выполнять. С другой - очередь "на входе" пополняется, а ручеек "на выходе" скудеет. Типичная ситуация: любое решение, от налога на недропользование до помощи малому бизнесу, застревает в разборках между правительством, губернаторами, отраслевыми лидерами. А если и выходит, то в том виде, который все называют "искаженным" и "не соответствующим воле президента". Потому что никто не задает ему вектора. Президент - отчасти это оправданно - считает детали не царским делом, премьер часть времени тратит на собственных подчиненных, постоянно стремящихся проявить рвение в классическом вопросе. Оставшуюся энергию гасит в себе, потому что обещал не заниматься политикой. Говорят, Касьянов обещал Путину не комментировать за рубежом внутрироссийские события, особенно касающиеся разборок "органов" с бизнесом... А они как раз стали своего рода "хитом" сезона. Внутриправительственные же трения уже таковы, что иногда выходят даже на уровень президента. Рассказывают, как Путин периодически обращается с настоятельной просьбой к Касьянову похвалить некоторых членов кабинета. Тот стискивает зубы, но хвалит... В сфере принятия решений Путин все больше склоняется к принципу "Если хочешь подавить восстание - возглавь его". Показателен был Госсовет - губернаторы в присутствии президента, как правило, костерят правительственные планы, президент в итоге говорит, что они во многом правы. Тем самым давая тому же правительству свободу маневра - пар выпущен, можно работать дальше. Как заметил один из участников этих бдений, "бухтение губернаторов канализировано - через рабочие группы Госсовета". За год Путин стал чуть-чуть менее юристом. Он сам уже подправляет собственные решения, основанные прежде исключительно на любви к букве закона. Прошлой весной договоры между центром и субъектами федерации однозначно надо было ликвидировать (они нарушали идеал в виде "единства правового поля"), сейчас президент уверенно говорит, что в некоторых случаях в виде исключения они могут быть сохранены. Реальность упорно не вписывается в правовые нормы, а значит, придется подгонять под нее законы, а не наоборот. Конституционный суд, несколько дней назад разрешивший губернаторам, с явной отмашки президента, баллотироваться на два срока и более, это наглядно доказал. Козаков дайте Представители бизнес-сообщества на пьедестал образца для подражания ставят замглавы президентской администрации Дмитрия Козака. Он, во-первых, крайне последовательно выполняет поставленные перед ним цели, а во-вторых, в противостояниях, неизбежно возникающих вокруг этих целей, ни для кого не оказывается "своим". Против предложенного варианта судебной реформы выступали и судейский корпус, и прокуратура, и адвокаты. Козак не примкнул ни к кому. И в итоге победил. Как раз судебную реформу, включающую и новый УПК, можно отнести к безусловным победам этого политического сезона. Но козаков на всех не хватает. Сам Путин, в начале своего президентства действовавший молниеносно, так, что на реакцию просто не оставалось времени, теперь от этой тактики отказался и арбитром в большинстве случаев быть не желает. Как публично, так, по словам знающих людей, и непублично часто тоже. Ситуация, судя по всему, самого Путина уже раздражает. Кое-что вырывается наружу. Типа окрика "Вы что, самые умные или самые циничные?", вырвавшегося в Ставрополе в адрес попавшего под руку зампреда правления РАО "ЕЭС", а в реальности отражающего несколько иные процессы, проходившие вокруг энергомонополиста несколькими днями раньше. "Нет ничего прорывного, это правда, - признают даже те, кто соприкасается с Путиным почти ежедневно. - Хотелось бы в экономике доктрин прорыва, тем более к тому есть и необходимость, и политическая возможность". Многие, в том числе и в администрации президента, склонны объяснять внутреннюю нерешительность боязнью "расплескать" президентский рейтинг. Вдумчивые люди на это резонно возражают: есть дела, которые ни на рейтинге, ни на народной любви не отразятся. Таких наберется штук десять. Это насущных. "Нужно начать реформы ЖКХ, - говорит известный, приближенный к власти финансист, - причем это совсем не повышение тарифов для населения, а, например, передача в управление частным фирмам канализаций, мусоропроводов и т.д. Они просят у местных властей отдать им это, там громадные резервы для экономии денег, но им не дают! Какое это имеет отношение к рейтингу? Или развитие ипотеки - что, внедрение механизмов получения жилья в рассрочку может ударить по рейтингу?" Далее в перечне - настоятельная реформа "Газпрома", включая предоставление нефтяным компаниям права прокачивать по его трубам газ, который они сегодня - нонсенс для любой страны, считающей деньги, - бессмысленно сжигают; приведение в порядок оборонного комплекса, который за последние годы не продемонстрировал никаких качественных сдвигов; введение единых корпоративных правил для всех участников рынка, включая государственные унитарные предприятия, этот странный, но стремительно именно при Путине почкующийся сектор экономики (ныне ГУПов под 12 тысяч). К тому же за минувший год Путин провел несколько решений, казалось бы, для рейтинга губительных. Тот же оборот сельхозземель. Рейтинг, как показали последние замеры, даже подрос. По данным ВЦИОМа на конец июня, электоральный рейтинг Путина составил солидные 54 процента - это значительно выше того, что было все последние месяцы. Так у президента еще есть все возможности для того, чтобы пойти дальше Лобачевского и доказать свою теорему: что два его курса, внешний и внутренний, все же пересекаются ближе, чем в бесконечности. При участии Екатерины ГРИГОРЬЕВОЙ и Георгия ИЛЬИЧЕВА Согласны вы или не согласны со следующими суждениями? Внешнеполитический курс России стал сбалансированным в отношении Запада и Востока - 41,9% Внешнеполитический курс России стал излишне прозападным - 28,9% Внешнеполитический курс России стал излишне жестким в отношении Запада - 3,1% Остальные опрошенные затруднились ответить Опрос населения (1753 человека) ИКСИ РАН Существуют два мнения: "Россия занимает самостоятельную позицию по отношению к странам Запада" и "Россия в своих действиях сильно зависит от западных стран". С каким из них - с первым или со вторым - вы согласны? С первым - 24% Со вторым - 62% Затруднились ответить - 14% Опрос населения (1500 респондентов) ФОМ Владимир Петухов, заведующий отделом анализа социально-политических процессов Института комплексных социальных исследований РАН: - Наши исследования показывают, что за последнее время произошли существенные сдвиги в массовых настроениях относительно внешней политики России. Почти 70% отмечают, что Путину удалось наладить диалог с западноевропейскими странами, и чуть меньше 70% считают, что такой диалог удалось наладить с США. Элита менее комплиментарна по отношению к президенту и более сдержанна в оценках. Элиту интересуют более конкретные шаги, результативность внешнеполитических действий, которую она пока не видит. А что вы думаете об этом?