Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Ну, кролик, погоди...

Программа Московского кинофестиваля "Большие надежды" открылась первой полнометражной лентой Филиппа Янковского "В движении". Только после просмотра фильма оказалось, что его попадание именно в эту программу не случайно. Идти не хотелось. Имена участников проекта, синопсис, песни на саундтреке - все говорило за то, что очередной клипмейкер с папиной фамилией снял очередное тусовочное кино, в продолжение бесконечных поминок по девяностым
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл
Программа Московского кинофестиваля "Большие надежды" открылась первой полнометражной лентой Филиппа Янковского "В движении". Только после просмотра фильма оказалось, что его попадание именно в эту программу не случайно. Идти не хотелось. Имена участников проекта, синопсис, песни на саундтреке - все говорило за то, что очередной клипмейкер с папиной фамилией снял очередное тусовочное кино, в продолжение бесконечных поминок по девяностым. Напрасно продюсер Елена Яцура убеждала, что наличие в титрах имен поп-певицы Лены Перовой, Федора Бондарчука, Гоши Куценко, телеведущей Авроры и директора Земфиры Насти Калманович - вовсе не диагноз и даже не симптом. Напрасно уговаривала не обращать внимания на непривлекательный синопсис: модный журналист в поисках сенсации забирается в дебри криминального и богемного мира. Думалось: только из злой иронии можно поставить в открытие программы с пафосным, но оправданным названием "Большие надежды" именно такой фильм. Скептический настрой прошел быстро. Не было ни гроша, да вдруг алтын: все то, что априори казалось минусами картины, Филипп Янковский сумел превратить в ее плюсы. После просмотра становится абсолютно понятно, для кого и для чего сделан этот фильм. Создается ощущение, что все эти люди сидели на печи тридцать три года, расширяли сознание, зарабатывали деньги, гнали халтуру, а потом вдруг встали, отряхнулись и общими усилиями написали портрет, в котором узнает себя целое поколение, в возрастном аспекте, кстати, довольно размытое. Все то, что в новых отечественных картинах так раздражает взгляд, в фильме Янковского становится органичными приметами времени: да, они действительно живут в таких вот квартирах собственной планировки, да, они ездят на "Ауди" и ужинают в "Боско ди Чильеджи". Не потому, что так модно и принято - раньше было модно, а теперь уже просто образ жизни. Да, иногда среди их приятелей попадаются бандиты, иногда происходит стрельба, и кого-то из тех, с кем они пили вчера, санитары привозят для опознания. Атрибутика богемной дольче виты, которая в нашем кино долгое время оставалась самоцелью, у Янковского - всего лишь необходимая и правдоподобная декорация. Машины куплены, манеры усвоены, коктейли выпиты - пора уже и о душе, что ли, подумать... И думают. "В движении" - коллективное покаяние за всю муть девяностых, за все эти клипы Натальи Ветлицкой и бесконечное мелькание в светской хронике, за "Восемь с половиной долларов" и фразу "Где мой йогурт". Все неожиданно оказались на своих местах: и главный герой Гурьев в исполнении Константина Хабенского, и Лена Перова, играющая фотографа-проныру, и Михаил Ефремов в обычной роли добродушного выпивохи, и телеведущая Аврора, и сценарист Константин Мурзенко со своим блестящим и, как выясняется в конце, отнюдь не бессмысленным камео. Почти весь фильм зрители в зале смеялись - от емкости реплик, от радости узнавания и чтобы не заплакать. Слишком знакомо было все происходившее на экране и слишком точно: все эти прижимания в углу, все эти "раньше надо было думать", все эти "Когда вы поженитесь? - Мама, ну он же такой талантливый!". Смех прекращался, пожалуй, только когда хронически ночующий вне дома главный герой Гурьев попадался все-таки на глаза своей официальной подруге, безответной, вцепившейся в своего единственного мужика, собирающей чемоданы только для того, чтобы вернули, и сидящей под дверью, когда выгоняют. Она может быть с ним, но не может прервать процесс выматывающего движения, который сам Гурьев уже не в силах контролировать: оставаясь с ней, он пытается зацепиться за любую другую, первым встречным женщинам говорит "у нас все будет иначе" и считает, что по-прежнему один и по-прежнему одинок. Название фильма, которое в силу грамматической конструкции так неудобно склонять в журналистском тексте, до просмотра тоже кажется неудачным, но по выходе из зала понимаешь, как много отчаяния и как много бесполезной надежды могут вместить существительное с предлогом, помещенные в кавычки. Гурьеву, несмотря на яростные попытки, так и не удалось остановиться, зацепиться за что-то: в финале он, как Волк в известном мультфильме, стоит в тамбуре уезжающей вдаль электрички. Ну, заяц, погоди. Или беги, кролик, беги. А что вы думаете об этом?
Комментарии
Прямой эфир