Владимир УСТИНОВ: Пишите: Большая Дмитровка, 15а. Мне

Генеральному прокурору России Владимиру УСТИНОВУ, пришедшему в "Известия" на "Прямую линию", звонили аж за день. Просили записать вопросы заранее, боялись не дозвониться. В течение двух с лишним часов Владимир Устинов отвечал на вопросы читателей. Говорил о глобальных проблемах, записывал мелкие жалобы и давал юридические консультации. - Здравствуйте, с вами говорит Бланк Лев Исаевич. Скажите, пожалуйста, почему органы правопорядка не возбуждают уголовных дел против фашиствующих мерзавцев, разжигающих межнациональную рознь в нашей многонациональной стране? - Я вашу боль по поводу разжигания межнациональной розни разделяю полностью. Но я не согласен с тем, что правоохранительные органы не возбуждают уголовные дела. Возбуждают. Другое дело, насколько всесторонне ведется расследование, насколько своевременно принимаются меры, насколько объективно выносятся приговоры. Милиция, которая должна этим заниматься, явно недорабатывает. К сожалению, и прокуратура пока недостаточно плотно надзирала по этому вопросу за МВД. Но по каждому факту избиения или стычки, другим правонарушениям, связанным с межнациональной рознью, ведется дознание либо расследование. Если у вас есть информация о том, что милиция отказывается расследовать такие случаи, пожалуйста, напишите на мое имя заявление. - Так ведь по ТВ показывают, что их отпускают из милиции, сопляков этих. Вместо того, чтобы посылать в трудовые лагеря. - Трудовых лагерей давно не существует. У нас был период, когда людей посылали в трудовые лагеря. И вы знаете, что из этого вышло. Главное - строго соблюдать законы. То что сейчас происходит - это же результат послаблений в соблюдении законов. Мы всегда раньше жили дружно с людьми разного цвета кожи. Я вырос на Северном Кавказе. Со мной учились люди самых разных национальностей. У нас и в мыслях не было, что кто-то хуже, кто-то лучше. То есть мы были правильно воспитаны в национальном вопросе. Поэтому я считаю, что одними уголовными мерами такой вопрос не решить - мы будем, что называется, бить по хвостам. Мы должны воспитывать таких ребят. Не будем забывать - многие из них несовершеннолетние, это наши дети. Из них еще могут вырасти нормальные граждане, которые со стыдом будут вспоминать бритоголовый эпизод своей жизни. По телевизору нужно показывать не только кровь, но и что-то позитивное, воспитывать дружбу между народами. - Меня зовут Петр Сергеев. Недавно "Известия" писали о возбуждении уголовного дела против губернатора Ненецкого автономного округа Бутова. Каковы, на ваш взгляд, перспективы этого дела и его возможные последствия? - Насколько я осведомлен, это дело возбудили органы МВД, и они же ведут расследование по поводу неисполнения судебного вердикта. Сначала необходимо выполнить все следственные действия, после которых и будет принято решение. - Николай Викторович Кочетов. Я звоню по поводу убийства моей племянницы, ее убили 22 мая 2001 года в Ступинском районе Московской области, село Михнево. Знаем убийц, фамилии их знаем, имена. И до сих пор убийцы ходят на свободе. То есть один из них сидит - но за кражу. А за убийство его никто не судит. - Вы обращались к прокурору района? - Да мы везде обращались, и к прокурору района. Но он ответил отпиской. Обратились к главному федеральному инспектору. Он написал в ГУВД Московской области. До сих пор областное ГУВД якобы занимается этим убийством, а убийцы гуляют. - Напишите, пожалуйста, заявление на мое имя с грифом "Прямая линия" газеты "Известия" и изложите все эти доводы. Я лично вникну в этот вопрос, дам указание разобраться. - Господин Устинов? Меня зовут Марков Петр Валерьевич. Интересует вопрос о Якове Голдовском, бывшем главе "Сибура". Он сейчас находится под стражей. Ваши представители, когда выступают, говорят, что очень много материалов против него собрано. Скажите, когда же это дело передадут в суд? - Я думаю, что дело по "Сибуру" мы закончим не позже мая, по крайней мере сделаем все, чтобы к лету направить дело в суд. Это, так сказать, мое видение вопроса, но есть следствие, которое может с моим мнением не согласиться. Хотя, конечно, чем быстрее, тем лучше. А в связи о чем это дело вас заинтересовало? - У меня дальние родственники являются акционерами компании. Они попросили дозвониться вам и узнать, как и чем дело кончится. - Понял. Скажите вашим родственникам, что Генеральная прокуратура старается это расследование побыстрее закончить. - Хабаровск, Виталий Васильевич Гапусин. У меня такой вопрос, можно ли после 18 часов в суде продолжать слушания до 21 часа? - Законом это не воспрещено. - Вот какая проблема. Шло судебное заседание. Мой адвокат сказал, что не может сидеть дольше шести часов и ушел. А суд продолжился без адвоката... - Мне кажется, это грубое нарушение и основание для внесения кассационной жалобы. Это в принципе. Но нужно видеть материалы судебного заседания. - Здравствуйте. Меня зовут Игорь, я аспирант из Подмосковья. Правда ли, что ваш племянник работает в Министерстве но налогам и сборам? - Нет, конечно. Но слух доходил и до меня. Мы с министром по налогам и сборам даже как-то смеялись: я говорю, ты, когда моих "родственников" берешь на работу, хоть меня предупреждай. Однофамильцев у меня много. Кстати, не только в налоговой инспекции. В прокуратуре тоже много Устиновых. - Петр Орлов из Москвы. Владимир Васильевич, сейчас по телевидению, в газетах очень много пишут о смертной казни. Я хотел бы узнать ваше мнение как генерального прокурора и как гражданина: нужно ли в России восстанавливать смертную казнь? - Я вам скажу так: как генеральный прокурор я исполнял, исполняю и буду исполнять действующее законодательство. И мое личное мнение, каким бы оно ни было, никак на это не влияет. - А ваш помощник Владимир Ильич Колесников не скрывает своего положительного отношения к смертной казни. - Я Владимиру Ильичу уже говорил, что личное мнение и интересы службы не должны противоречить друг другу. Он ответил, что выражал личное мнение в нерабочее время и в нерабочей обстановке. Хотя я считаю, что прокурор остается прокурором 24 часа в сутки. - Добрый день, вас беспокоит Смирнов Николай Гаврилович, полковник юстиции в отставке. Сложилась моя судьба так, что я был связан с военной коллегией Верховного суда СССР. В моем присутствии, как говорится, реабилитация проводилась. Вопрос у меня к вам сугубо юридический: сейчас прекращают дела в отношении репрессированных за отсутствием состава преступления. Но надо же прекращать не ввиду отсутствия состава, а ввиду отсутствия самого события преступления. Мое предложение состоит в том, что надо вернуться к делам реабилитированных, пересмотреть их. - Я понял вас. Но в данном случае юридически это ничего не меняет. Вы представляете, что значит сейчас снова перелопатить тысячи и тысячи дел? Мы занимаемся реабилитацией уже десять лет как минимум, и у нас еще конца этому не видно. Я дал указание своим военным и общетерриториальным прокурорам ускорить эту работу. Но они при всех расширенных штатах раньше чем через три года не сумеют довести начатое дело до конца. Поэтому пересматривать еще раз уже пересмотренные дела просто физически невозможно. На первом месте сейчас должна быть забота об этих стариках, их и без того с каждым годом все меньше. - Понимаю, но ведь помимо чисто человеческого аспекта, есть вопрос исторической истины. Это же страницы нашей истории! - А разве я с этим спорю? Но давайте все-таки историю отдадим историкам, а не прокурорам. - Рафаэль Алиевич Джалимов, из Башкортостана. Мне второй раз повезло: я и во время прошлой прямой линии до вас сумел дозвониться. И сейчас и тогда у меня вопрос один - о нарушениях законности при продаже государственных пакетов акций. Они могут продаваться только через аукционы и конкурсы, а у нас в Башкортостане они передаются в оперативное управление банка, после чего банк их продает тем, кому считает нужным. - В принципе арбитражные суды вправе признать такие сделки недействительными, но вот так, по телефону, решить, кто прав, кто неправ, я не берусь. - После вашего вмешательства в прошлом году принято уже около 40 решений по таким делам. Но это пока только малая часть. А тем временем мне уже угрожают, устроили провокацию против сына. Но я не сдамся, я буду добиваться правды... - Напомните: вы работник банка? - Я акционер тех предприятий, которые проданы с нарушением закона. Среди них есть крупнейшие в республике - например, "Башнефть", "Уфаоргсинтез" и так далее. В нарушение закона при акционировании этих предприятий в уставном капитале не осталось доли федеральной собственности, только республиканская. Потом долги этих предприятий бюджету переоформили в дополнительные акции, республиканская доля тем самым сократилась. Короче, произошел захват контрольного пакета, захват госсобственности. С тех пор идет тяжба с "Башкредитбанком"... - Это уже что-то новое по сравнению с прошлым годом. Но с голоса ничего вам сказать не могу. Опишите все по пунктам, мы проверим, не сомневайтесь. Тем более что я сейчас рассматриваю вопрос о назначении вам нового прокурора республики. - Я студентка. Я очень тяжело переживаю то, что происходит в Чечне. Как вы оцениваете ситуацию там на сегодняшний день? - Как напряженно-тяжелую, но вместе с тем рабочую, созидательную. Продолжается антитеррористическая операция, боевики очень тяжело отдают занятые ими рубежи, федеральные силы предпринимают максимум усилий, чтобы выкорчевать их окончательно. Идет позитивная работа непосредственно в Чечне, налаживается мирная жизнь, укрепляются органы власти. В частности, в Чечне начали работать суды. Как районно-городские, так и верховный суд. Федеральная и местная милиция работают, ФСБ, органы прокуратуры работают. Работают органы здравоохранения и другие социальные службы, которые непосредственно налаживают нормальную жизнь. Значительно улучшилась ситуация с соблюдением прав человека. Но, к сожалению, приходится одновременно вести и боевые действия. Тем, кто говорит, что обстановка не улучшается, я говорю: а вы сравните положение дел по состоянию на апрель 2002 года с положением дел на апрель 2001 года. А тем более сравните с апрелем 2000 года. Любой непредвзятый человек согласится, что это небо и земля. - Владимир Алексеев из Костромы. Мы с женой воспитываем 16 детей. Все умные и здоровые. 8 школьников учатся на "хорошо" и "отлично" с углубленным изучением материала, двое учатся в институтах, один заканчивает, диплом сейчас пишет. В 2000 году мы через Тулеева, который баллотировался в президенты, обратились к Касьянову, чтобы решить жилищный вопрос нашей семьи. Сейчас мы живем на 47 метрах. Касьянов взял ситуацию под контроль, но наши местные власти ему пишут, что якобы коттедж, который нам хотят передать, еще не достроен, что якобы к нему еще коммуникации надо подвести и так далее. Это все неправда. Коттедж готов. У нас и письмо гарантийное есть. Большая просьба к вам - помогите решить жилищный вопрос! - Хорошо. Хоть это и не вопрос прокуратуры, но вы меня, не скрою, просто потрясли числом ваших детей. Напишите на мое имя заявление, только укажите, что мы разговаривали по телефону в "Известиях", чтобы оно непосредственно ко мне пришло. И я обязательно обращусь в правительство с ходатайством поддержать вас. - Я понимаю, Генеральная прокуратура. А адрес какой? - Большая Дмитровка, 15а. Мне. А что Вы думаете об этом?