Король забавляется

"Альбертом Херрингом" Театр имени Станиславского и Немировича-Данченко продолжил традицию своих экспериментов с будущими звездами оперной сцены. Первым опытом была "Женитьба Фигаро" три года назад - опера Моцарта была сыграна студентами РАТИ, год шла при аншлагах и стала хитом года. "Альберта Херринга" Бенджамина Бриттена поют и играют воспитанники той же РАТИ - мастерской Александра Тителя и Игоря Ясуловича. Написанная в 1947 году, комическая опера Бриттена завоевала мир, но почти не известна в России - здесь не в чести современная музыка, и театры законсервировались в XIX веке, лишь изредка вспоминая о существовании Шостаковича и Прокофьева. Перед студентами стояла задача непривычной сложности: у нас не умеют петь музыку ХХ века и нет навыков ее слушания - в антракте можно было услышать возгласы изумленных зрителей: как этим храбрым ребятишкам вообще удалось такую музыку выучить?! Но для начала выбор "Херринга" был точен: в нем самоигральный комический сюжет Мопассана, колоритные роли, которые хорошо раскладывались на актерские индивидуальности студентов необычайно одаренного курса, и наконец, Бриттен писал ее с оглядкой на традиции итальянской оперы с ее развитыми, по-россиниевски блестящими ансамблями. Есть в ней и несколько вполне сентиментальных мелодий, но в целом это характерный для современной оперы единый музыкальный поток, не разбитый на "номера" и не оставляющий места ритуальным аплодисментам. Он максимально приближен к бытовому диалогу (опера идет в остроумном переводе Татьяны Аскоченской), причем музыка, тоже остроумная, придает ему новые ироничные обертоны и краски, заставляя зал хохотать. Титель и Ясулович умеют отбирать себе студентов - их можно назвать создателями уникальной школы оперных звезд, равно владеющих искусством вокала и полноценной актерской игры. Вот и в этом образчике малоизвестной у нас английской оперы было такое ощущение, что на сцене дети Альбиона -- даже типологически ребятам удалось стать закоренелыми англосаксами, а Херринг у Ивана Ожогина внешне похож на Хью Гранта. Но главное -- в музыке все они чувствуют себя как рыбы в воде, их виртуозный пилотаж в вихрях музыкального хаоса естествен, как высказывание, а сам спектакль вышел упоительно цельным, азартным, молодым и обаятельным. Он актуален энергетикой, не слишком привычной для оперной сцены и возвращающей ей изначальный демократизм: на его обаяние купится даже неискушенный зал и постепенно примет условия игры, проснется, начнет переживать музыкальное действо как остро театральную авантюру; хаос станет гармонией, только новой. "Альберт Херринг" - событие принципиальное. При всей любви публики к бельканто, к Пуччини и Верди, к фижмам и воинским доспехам никакое искусство не может застыть на месте. Педагоги РАТИ рискнули запустить своих питомцев в не освоенную русской сценой область музыкального космоса - и результатом могли бы гордиться ковент-гардены. Опера, которую показали в фойе театра при минимальном (но игровом и веселом) оформлении Алены Пикаловой (публика сидит среди кочанов капусты, в которой, собственно, и нашли образцово-показательного паиньку Альберта), станет новой вешкой на пути неожиданного, но бурного воскрешения российского музыкального театра. "Альберт Херринг" Бриттена первым прорубил окно в музыкальную Европу ХХ века, за ним последуют Берг в "Геликоне" и Барток в том же Театре имени Станиславского и Немировича-Данченко. А что Вы думаете об этом?