Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Евгений РЕВЕНКО: "По ночам мне снились гири"

Мне всегда нравилось, как описывалось отношение к женщине в средневековой литературе: рыцари не позволяли себе даже называть при посторонних имя своей дамы. Девушка у меня есть. Никакого отношения к телевидению она не имеет. Как будут складываться наши отношения дальше, сказать не могу, потому что не люблю загадывать. А вообще по натуре я однолюб
0
Евгений Ревенко признался, что однолюб
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл
В 2002 году наши встречи с популярными людьми, которых принято называть модным словом "ньюсмейкеры", под традиционной известинской рубрикой "Персона" станут еженедельными. Мы ждем от читателей предложений по кандидатурам будущих героев этой страницы. Мы постараемся выполнить все ваши пожелания. Кремль с человеческим лицом - Евгений, вам всего 29 лет, а ваша программа "Вести недели" на РТР уже спустя месяц после старта догнала по рейтингу "Итоги" Киселева. Вам приятно, что мы с этого начинаем разговор? - Так... Сейчас... Излишнее внимание к моей персоне никогда не льстило моему самолюбию. Нарциссизмом не страдаю. Не получаю удовольствия, если меня узнают на улицах. Хотя где-то внутри есть чувство благодарности, потому что люди подходят, как правило, с хорошими словами. - А что могло бы польстить вашему самолюбию? - А ничего. Моему самолюбию может польстить качество моей работы и работы команды. Это приносит удовлетворение. Я ведь не чиновник, я - журналист. Это очень важно подчеркнуть. Мы, журналисты государственной компании, - не госслужащие. В репортажах, конечно, соизмеряем свои действия с государственной политикой, но в основном свободны в выборе тем и способов их освещения. В одной из программ мы затрагивали газовую проблематику в афганском конфликте. Это была исключительно наша инициатива. Никто не навязывал тему. Но после этого сюжета появились такие комментарии: Кремль через РТР обозначил свою позицию. Можно себе представить, какая у нас степень ответственности. Мало кто верит, что если мы о чем-то рассказываем, то это не обязательно "линия партии". Мы, может быть, рассказываем только потому, что интересно. А это воспринимается часто как официальная позиция. - Олег Добродеев, когда переходил с НТВ на РТР, произнес фразу, которая в начале 2000 года казалась странной: на государственном канале журналист чувствует себя более свободным, чем на частном. - Наша свобода, на мой взгляд, заключается в том, что мы находимся в стороне от финансовых интересов различных группировок. Мы не должны кого-то "мочить", не обязаны принимать участие в информационных войнах, нас не втягивают в разрушение репутации того или иного бизнесмена или политика. За два года моей работы такие попытки не предпринимались. Вот это - проявление свободы. - Скоро начнутся выборы в Государственную думу. Вы уверены, что сможете относиться к "Яблоку" так же, как к "Единству"? - Будет день - будет пища. Посмотрим. Но так или иначе мы, как государственный канал, обязаны предоставить трибуну всем. Исключение, разумеется, экстремисты. - Сколько человек у вас сейчас в подчинении? - Не в подчинении, а в команде. Я не обладаю административным ресурсом, он мне и не нужен. Сейчас я просто ведущий. Но дело не в должности. Я всегда занимался здесь одной работой - ведением информационной программы. В команде 7 редакторов, 3 режиссера, один прикрепленный корреспондент плюс я. Это не считая огромного коллектива "Вестей". - Почему рядом с вашим креслом стоит российский флаг? - Мы постоянно переезжаем, у нас здесь ремонт перманентный. В одной из комнат, где мы раньше сидели, стоял этот флаг. Когда переезжали, забрали с собой. Он нам достался по наследству. При переезде я попросил одну из наших девушек забрать его домой, постирать и погладить. Почему я должен стесняться флага собственной страны? Тем более российский флаг - красивый. Он немец, но многое ли это объясняет? - Кем были ваши предки? - Ревенко - отцовская фамилия. По всей видимости, его предков занесло в Сибирь с Украины или из Восточной Польши. Сослали еще при царе Горохе. Историю фамилии Ревенко я плохо знаю. А по материнской линии знаю чуть больше. Мамин отец - немец самый настоящий, правда, из Поволжья. Его фамилия Альфатер. Значит, я на четверть немец. Дед был сослан в Красноярский край вместе с семьей еще во время войны, когда немцев объявили предателями. - Известно, что вы из семьи военнослужащего. А кто ваша мама? - Она работала в гарнизоне - где же еще? Бухгалтером в военторге. А отец - летчик. Бортинженер. - Чем они сейчас занимаются? - Сейчас у меня отчим. Он работает в одной из московских авиакомпаний, а мама - бухгалтер в небольшой конторе. - Вы им помогаете материально? - Они у меня еще молодые, работают, обеспечивают себя. Но когда необходимо, помогаю. Мама недавно впервые в жизни выбралась за границу, в Германию. У нее знакомые уехали туда жить, пригласили погостить. В 49 лет человек впервые выбрался за границу - представляете, какой культурный шок? И тут я ей помог, дал деньги на поездку. - Вы часто видитесь? - Довольно редко. Они не собираются переезжать в Москву. - Вы хорошо учились в школе? - На "четыре" и "пять". Но почему-то мне больше нравились не гуманитарные предметы, а химия, физика, математика. - А вели себя тоже образцово? - В начальных классах дневник пестрел замечаниями, а потом все нормализовалось. Выбрали звеньевым в пионерском отряде. Потом - председателем совета отряда, комсоргом. В десятом классе стал секретарем комсомольской организации школы. - То есть уже тогда намечалась хорошая карьера. - Да это не карьера. Кто-то находил себя на улице - в драках, пьянках, а кто-то - в активной жизни в школе, а это пионерия и комсомол, других вариантов не было. Я еще со школьной скамьи интересовался политикой. Запомнил одну сцену из детства. 1985 год, мне было 13 лет. Я валялся на полу в комнате, передо мной лежала газета "Известия", и я читал выступление Горбачева на мартовском пленуме, где впервые прозвучали слова о перестройке. - Политинформации, наверное, проводили? - А как же! Все по кругу проводили. Но это мне не особенно нравилось. И стенгазету рисовали с друзьями до глубокой ночи. - Почему вы решили стать журналистом? - У моего отчима знакомые - военные журналисты. На праздники они приезжали к нам в Подмосковье на шашлык. Общение с этими людьми и определило выбор. Первая в моей жизни газетная публикация появилась в 1988 году в "Московском комсомольце" - как наша школа разваливается, куски штукатурки на школьников падают с потолка. На следующий день в школе все бегали, показывали друг другу газету. Мгновенно стал знаменитым. Что касается Львовского военного училища, которое я избрал, тут все просто. Я же из военной среды. - Почему именно Львов? - Львовское училище было единственным в своем роде на весь Советский Союз. Там был факультет военной журналистики. Вуз считался престижным. Конкурс был безумный. На курс брали 70 человек, а приезжали сотни. Когда поступали, жили на полигоне, в брезентовых палатках. Рядом, в корпусах, принимали экзамены: сочинение, история, литература плюс, естественно, физическая подготовка. На физо я прибежал вторым из всей группы поступающих. Бегал я тогда хорошо. - А потом едва не стали профессиональным гиревиком? - С гирями вообще смешная история. Нам в училище каждые полгода нужно было сдавать зачет по физподготовке: кросс, подтягивание, подъем переворотом. А в конце второго курса - гири. Я испытывал ужас перед этими гирями. У меня и сейчас вес 60 килограммов, а тогда килограмма 52-54 было. 24-килограммовая гиря - это половина моего веса! И ее нужно поднять над головой... У нас почему хорошая успеваемость была? Потому что имелся очень жесткий стимул: провалишь экзамен - не едешь в отпуск. У меня желание уехать в отпуск было таким сильным, что гири мне снились по ночам. И я за два месяца стал готовиться. Сначала подходил к ней, смотрел на нее. Потом понял, что главная проблема - техника. И стал тягать. Когда я сдавал, у нашего физрука от удивления расширялись глаза. После этого он мне даже предложил войти в сборную училища. - Если бы вы остались в училище, кем бы стали? - Офицером. - И гражданином Украины? - Нет, ни в коем случае. Я давал присягу СССР. Второй раз давать присягу я категорически отказался. Развал Союза многие даже и не заметили, а на мне он очень даже отразился. - Вы состоите или состояли в какой-нибудь партии? - Ни в какой не состою. В 1991 году в училище предложили вступить в партию. Без вступления в КПСС (такова была система) могли даже не выдать диплом. Но я затянул со вступлением. А когда мы в августе вернулись из отпуска, компартия была уже запрещена. - …и сжигать было нечего. - А вот я как раз против сжигания. Более того, храню свой комсомольский билет. Зачем? Это часть моей биографии. Руцкому что-то не понравилось в моем вопросе - Чем отличалась жизнь в училище от того, что вы увидели в Москве? - До перевода в Москву я гражданской жизни себе не представлял. В 1992 году было ощущение, что я перепрыгнул через какую-то пропасть. - И что оказалось на том берегу? - Шел 1992 год, тяжелейшее время для всех, сидеть на шее у родителей не мог. Я тогда уже сотрудничал с радиостанцией "Юность - Молодежный канал". Дорога в Москву из Чкаловского занимала два часа. Приходилось очень рано вставать и поздно возвращаться. - А как возникло в вашей жизни НТВ? - Я политикой интересовался. В 1993 году бегал к Белому дому. С Руцким как-то столкнулись. Был момент, когда он вышел на балкон и стал кричать: "Надо брать мэрию, "Останкино" и идти на Кремль". Я был с диктофоном в руке. Подобрался к нему и спросил: "Вы хотите, чтобы в городе стрельба началась? Что еще собираетесь взять - почту, телеграф?.." Что-то ему не понравилось в моем вопросе. Он схватил меня за плечи, развернул и чуть ли не пинком отшвырнул... В 1995 году позвонил однокурсник по военному училищу, который тогда работал во "Взгляде" у Александра Михайловича Любимова. Он сказал, что на ТВ-6 появилась программа "Скандалы недели", и спрашивает: "Не хочешь попробовать"? А я никогда с телевидением дела не имел, хотя мне было уже 23. Но попытка - не пытка. Проработал месяцев пять. Программа выходила раз в неделю, а мне нравилась ежедневная работа. К тому же меня больше интересовала политика, а не скандалы с желтым оттенком. Я вышел на Колю Николаева с НТВ. В принципе мне по жизни везло с хорошими людьми. Коля Николаев от меня не отмахнулся. Я привез кассету с сюжетом, посмотрели. Понравилось, видимо. Так и попал. Все это в феврале 1996 года случилось. - Какова была ваша специализация? - Политика. Но я бывал в Чечне, Югославии, по Европе ездил и что-то на военные темы делал. Но в основном снимал репортажи из правительства, Думы, Кремля. "Крестный отец" - Если бы вам сейчас позвонил 23-летний Женя Ревенко, у него был бы шанс поработать на РТР? - Безусловно. У нас на РТР таких ребят довольно много. - Вы в курсе, что некоторые из молодых репортеров "Вестей" называют вас "крестным отцом"? - Не-а, не в курсе. Я не "крестный отец" и не учитель. Я - старший товарищ. Одно из главных направлений моей работы - передать свой репортерский опыт. Все-таки у меня есть признанные работы, премия "ТЭФИ", которую я получил в главной номинации для телевизионного журналиста - как репортер. - Вы как-то рассказывали, что репортеры "Вестей" на вас обижаются, что вы делаете за них полную разработку сюжета. - Да нет, это уже ушло. Просто с некоторыми ребятами приходится плотно работать. А некоторым достаточно дать задание, а дальше они сами все сделают. Это не желание сузить их творческую свободу. Есть стиль "Вестей". Репортажи должны быть непохожими, но общий стиль присутствует. - А есть понятие "школа РТР"? - Есть школа Добродеева. Вот это я точно могу сказать. Именно выходцы из этой школы сейчас определяют информационное вещание практически на всех известных каналах. - Есть разница во взаимодействии с государственными органами на нынешнем РТР по сравнению с тогдашним НТВ? - Практически никакой. Думаете, сказал: "Здравствуйте, мы из государственного телевидения!" - и тут же открываются все двери? Так же тяжело договариваться с пресс-службами. Государственный статус не дает особых преимуществ. Преимущество - в качестве работы. Если у нас высокий рейтинг, если мы известны, то это помогает. Люди идут навстречу не по факту твоей принадлежности к конкретному каналу. Они идут по факту твоего профессионализма. Они тебе доверяют либо не доверяют. Пустить к себе в кабинет съемочную группу - для многих психологически сложная вещь. - Освещение катастрофы с "Курском" - не свидетельство ли того, что у РТР все-таки есть преимущество перед другими компаниями? - Мнение, что мы использовали тогда государственный ресурс, было сформировано при участии наших конкурентов. На самом деле все проще. Руководители компании сумели вовремя созвониться и договориться с людьми, от которых зависело решение. Второй момент. Если на "Петре Великом" устанавливать антенну-тарелку, то сколько их должно быть? Вероятно, одна, чтобы не мешать работе. А теперь ответьте на вопрос: чья тарелка там должна была стоять? Наверное, все-таки стопроцентно государственной компании. - Каково приходится ведущему информационной программы, когда он сообщает зрителю трагические новости? - Мы должны и стараемся максимально спокойно доносить информацию, пусть даже самую тяжелую и иногда страшную. - Вам нравится, как CNN и другие западные компании освещают боевые действия в Афганистане? Можно ли сравнить это с тем, как РТР освещает события в Чечне? - Аналогии просматриваются. Они не дают слова террористам, мы тоже не даем в эфир заявления чеченских боевиков. Но они редко показывают, если их бомба попадает в гражданский объект. А мы показываем. Во время войны СМИ становятся инструментом пропаганды. И действия журналистов понятны. Они настраивают общество на продолжение кампании, на то, что ее необходимо выиграть. Теорема Пифагора - это не личное мнение Жени Ревенко - Нет конфронтации с Николаем Сванидзе в связи с тем, что вы заняли более престижное время? - Я не уверен, что занял более престижное время. Мы с Николаем Карловичем регулярно пересекаемся по работе. Мне кажется, сейчас выбрана очень хорошая модель, когда существуют фактически две итоговые программы. Они же кардинально различаются. У Сванидзе присутствуют герои недели - политики, и не только. А мы решаем программу в репортажной форме, не стремясь давать развернутых интервью. - Вас не тянет на аналитику? Не кажется ли, что вы уже большой мальчик и можете напрямую высказывать свое мнение? - Нет, оно никого не интересует, кроме меня и близких людей. Мы должны попытаться - и в этом все искусство - развернуть перед зрителем фактологическую картину так, чтобы у людей была пища для собственных размышлений. Приведу пример. Произошла катастрофа с самолетом Ту-154 над Черным морем. С самого начала появились предположения, что трагедия произошла в результате попадания ракеты. Еще не было никаких доказательств. Мы рассказали обо всех версиях. "Что касается версии о возможном попадании ракеты, - говорили мы дальше, - то давайте вспомним теорему Пифагора". Сумма квадратов катетов равна квадрату гипотенузы. Самолет летел здесь, отсюда стартовала ракета. Расстояние между этими точками было около 245 километров (точно не помню), высота - 11 километров. "Давайте рассчитаем гипотенузу", - говорили мы. Получилось примерно 245 километров. Есть предположение, что самолет сбит ракетой С-200. Дальность ее полета - 300 километров. Следовательно, теоретически эта ракета могла достать до цели. Все. Никакого своего мнения при этом я не высказывал. Но в результате выводы подтвердились! Теорема доказана. Теорема - это не личное мнение Жени Ревенко! Это - факт. Зритель - умный человек, он в состоянии самостоятельно разобраться. Еще пример. Мы рассказывали о газовой стороне афганского конфликта. Подняли архивы. Выяснилось, что заметную роль в этой истории сыграл президент Туркмении. Потому что в том числе он подписывал договоры о прокладке трубы через Афганистан в Пакистан. Поднимаем факты. Первое: Туркмения хочет экспортировать газ в обход России. Второе: у Туркмении протяженная граница с Афганистаном. Третье: Ниязов, когда приходят к власти талибы, активизирует с ними отношения. Четвертое: когда талибы захватывают Кабул, он - единственный из лидеров - не приезжает на экстренное совещание в Алма-Ату, куда съехались президенты среднеазиатских республик и президент России. Он сделал официальное заявление по государственному телевидению Туркменистана, что "талибы нам не угрожают". Я сейчас высказал какую-то точку зрения? Нет, просто нарисовал объективную картину. И зритель, обладая этой картиной, понял, кто какую роль играл в этой истории. Мы именно к такой работе стремимся. - Но Доренко ведь тоже не утверждал, что Лужков убил Пола Тэйтума. Он просто приглашал поразмышлять над фактами. - Я бы не хотел обсуждать Доренко. Красивая была история - Вы совсем не похожи на телезвезду. Вам приходится прилагать усилия или это само собой получается? - Для меня самое страшное в жизни - если вдруг начну ощущать себя звездой. Да и как считать себя звездой? "Вести недели" делает огромное количество людей. Я просто последнее звено в цепи. Человек не должен к себе слишком серьезно относиться. - Вам часто хочется с кем-нибудь пооткровенничать? - Вот с вами достаточно откровенен. - Какие вам присущи недостатки? - Иногда бываю элементарно несобран. Наверное, из-за этого не очень люблю убираться в квартире. Еще я хронически не запоминаю анекдотов и не умею их рассказывать. Да и в компании я не заводила. - Почему вы с такой неохотой говорите о личной жизни? - Мне всегда нравилось, как описывалось отношение к женщине в средневековой литературе: рыцари не позволяли себе даже называть при посторонних имя своей дамы. Девушка у меня есть. Никакого отношения к телевидению она не имеет. Как будут складываться наши отношения дальше, сказать не могу, потому что не люблю загадывать. А вообще по натуре я однолюб. - У вас даже в понедельник, после эфира, нет выходного. Как вы представляете себе идеальный отдых? - Все-таки в понедельник иногда удается устроить выходной. Вот недавно у меня получился идеальный отдых. В воскресенье после эфира я помчался в аэропорт. Выяснилось, что забыл паспорт. Впервые в жизни я по-серьезному воспользовался своей узнаваемостью. Мне продали билет без паспорта, провели на регистрацию, посадили в самолет. Я улетел в Питер и целый день гулял по улицам, отдыхал, встречался со знакомыми. Правда, то и дело трезвонил мобильный телефон... На следующее утро сел в самолет и во вторник утром из аэропорта приехал прямо на работу. Красивая была история. Пресс прессы Этот мальчик с лицом и интонацией отличника (а вдруг завалю экзамен?) - неожиданно превратился для всей страны в "голос Кремля"... И интонацию государства, настроение Кремля мы каждый вечер узнаем благодаря его глазам и голосу. "Огонек". Октябрь 2001 г. Евгений Ревенко сделал своей журналистской темой на НТВ жизнь левой оппозиции. Он неизменно посещает пленумы КПРФ, макашовские митинги, анпиловские шествия, лимоновские тусовки, баркашевские шабаши, тереховские сходки... Дело дошло до смешного: в субботу Зюганов прилюдно поздравил Евгения с днем рождения и подарил ему часы. Пришлось взять. Komok.ru. Март 1999 г. Непервые журналисты НТВ переходят на РТР и становятся там первыми. Денег получают. Закавыка только в том, что такое достойное и праведное дело, как предательство Гусинского в исполнении Ревенко и Масюк, становится вовсе не богоугодным, а путиноугодным делом. Gazeta.ru. 19 февраля 2001 г. Блицопрос - Ваш любимый город? - Из столиц - Москва, Петербург, Париж. - На какой машине ездите? - Любимая марка - BMW. Но сейчас я безлошадный. - Предпочтения в еде? - Люблю все, что вкусно. - Что предпочитаете из напитков? - Красные и белые вина. Но под малосольные огурчики, селедочку, квашеную капустку, грибочки могу выпить и хорошей водки. - Как много вы курите? Не пытались ли бросить? - Сейчас у меня уходит примерно две пачки в день. Курить стараюсь легкие сигареты. Года два назад поставил перед собой задачу бросить и держался примерно полтора года. - Вы "жаворонок" или "сова"? - "Сова". - Кто ваш любимый телеведущий? - Не сотворял себе кумиров. - Какие вопросы журналистов вам обрыдли больше всего? - Те, что касаются личной жизни. Биографическая справка Евгений Ревенко родился 22 мая 1972 года в поселке Советский Новосибирской области. В 1989 году поступил на факультет военной журналистики Львовского военно-политического училища. С 1992 года - ведущий радиопрограммы "Полевая почта "Юности", затем сотрудник отдела информации радиостанции. В этом же году перевелся на факультет журналистики МГУ. С 1995 года - корреспондент телепрограммы ТВ-6 "Скандалы недели". В 1996 году перешел на НТВ. С февраля 2000 года - ведущий программы "Вести" (РТР). С сентября 2001 года - ведущий программы "Вести недели".
Комментарии
Прямой эфир