Эпидемия Эболы рискует выйти из-под контроля. Вирус может переброситься с ДР Конго и Уганды на другие африканские страны, считают эксперты. Российских туристов уже предупредили о рисках поездок в Уганду из-за стремительного распространения лихорадки, сообщили «Известиям» в посольстве РФ в стране. Число смертельных исходов выросло до 220, а зараженных — почти до 1 тыс., из-за чего ВОЗ объявила о чрезвычайной ситуации. Борьба с эпидемией осложняется действиями боевиков, которые мешают медикам и гуманитарным группам доставлять нужные препараты и помощь.
Власти усиливают меры борьбы с лихорадкой
Ситуация с новым штаммом Эболы превратилась в угрозу материкового масштаба. Вирус Бундибугио, от которого нет ни вакцины, ни специальных лекарств, тут же охватил провинцию Итури на востоке Демократической Республики Конго (ДРК). Глава Всемирной организации здравоохранения (ВОЗ) Тедрос Аданом Гебрейесус сообщил, что число предполагаемых смертей из-за вируса увеличилось до 220, а всего могли заразиться более 900 человек. «Мы срочно расширяем масштабы операций, но на данный момент эпидемия опережает нас», — сказал он.
Вслед за ДРК вирус перебросился в соседнюю Уганду, где уже официально зафиксировали пять случаев заражения. Африканские власти заявили о том, что ситуация находится под контролем и принимаются необходимые меры. Тем не менее российских туристов предупредили о рисках поездок в Уганду из-за стремительного распространения Эболы, сообщили «Известиям» в посольстве РФ.
— Передвижение туристов по стране не ограничивается. Выдача виз консульским отделом российского посольства продолжается в обычном режиме, оснований для ее прекращения на текущий момент нет. Вместе с тем российским туристам рекомендуется взвешивать возможные риски при планировании поездок в Уганду. Посольством принимаются надлежащие меры по обеспечению безопасности сотрудников дипмиссии, — заявили там.
При этом обращений граждан РФ за помощью в связи с распространением лихорадки пока не поступало. Минздрав Уганды выпустил рекомендации по соблюдению гражданами страны базовых санитарно-гигиенических норм, включая тщательное мытье рук с мылом. ВОЗ 17 мая объявила режим ЧС из-за вспышки Эболы в ДРК и Уганде. 22 мая организация повысила уровень риска в ДРК с «высокого» до «очень высокого».
— Страшно, боюсь просто выйти в город по делам, принести с собой вирус и заразить им всю семью, умереть тоже боюсь, — передает РЕН ТВ слова одного из жителей ДРК.
Между тем рисков распространения Эболы в РФ сейчас нет, заявили в Роспотребнадзоре. Во всех пунктах пропуска осуществляется усиленный санитарно-карантинный контроль, а российская сторона также направила специалистов в Уганду для помощи в борьбе с вирусом.
Как вспышка вируса превратилась в эпидемию
Врачи рассказывают, что заболевание протекает достаточно тяжело и нередко приводит к летальному исходу. Сначала симптомы очень напоминают грипп — резкое повышение температуры до 38–40 градусов, сильная головная боль, слабость, боли в мышцах и горле, тошнота, рвота, диарея. Затем начинаются подкожные кровоизлияния, а потом уже внутренние кровотечения — кишечные и маточные.
Главной причиной вспышки эксперты называют запоздалую реакцию местных минздравов и самих жителей. Так, первые случаи смерти от лихорадки в ДРК изначально приняли за проклятие и слишком поздно подняли тревогу, начав обращаться не к врачам, а к шаманам.
— К сожалению, тревога распространялась в обществе медленно, поскольку люди считали, что страдают от «мистической болезни», — пояснил министр здравоохранения ДРК Самуэль Роджер Камба.
Представитель больницы в городе Рвампаре заявил, что люди были уверены, будто на них наложили проклятие местные колдуны по наущению вождей. «После этого смерти стали повторяться, иногда от трех до пяти человек в день», — уточнил он.
На запоздалую реакцию также накладываются факторы жары, скученности в селах, городах и местные традиции, которые нарушают все правила санитарии, рассказал «Известиям» старший научный сотрудник Института иммунологии и физиологии Уральского отделения РАН Михаил Болков. Например, во время погребения умерших от вируса местные часто контактируют с телом и заражаются.
— Когда мы говорим про наше общество в России, у нас есть представление о санитарии, гигиене и так далее. Там этого может не быть, что оказывается препятствием для элементарного контроля распространения, — пояснил эксперт.
К примеру, родственники покойного из семейного клана конголезцев потребовали от санитарных служб выдать им тело, а получив отказ, сожгли медицинский центр.
Не стоит забывать, что провинция Итури в ДРК, где проживают 5 млн человек, — удаленная территория, там недоступны медицина и базовый эпидемиологический контроль, напомнил в разговоре с «Известиями» эксперт Центра изучения Африки НИУ ВШЭ Всеволод Свиридов. По его словам, любые вспышки заболеваний гораздо сложнее купировать из-за отсутствия инфраструктуры, что в итоге приводит к распространению лихорадки. Кроме Уганды вирус может попасть в Руанду и дальше, на восток, в Танзанию и Кению, которые тоже окажутся в зоне риска, подчеркнул он.
Согласно данным африканских центров по контролю и профилактике заболеваний (Africa CDC), в список стран с высоким риском заноса и распространения лихорадки Эбола входят 10 государств: Ангола, Бурунди, Замбия, Кения, Республика Конго, Руанда, Танзания, Центрально-Африканская Республика (ЦАР), Эфиопия, Южный Судан.
Как терроризм осложняет борьбу с эпидемией
Каждый четвертый житель Демократической Республики Конго и Уганды нуждается в гуманитарной помощи, а каждый пятый вынужден спасаться бегством из-за деятельности террористических группировок, заявил глава ВОЗ Тедрос Гебрейесус.
— Насилие вынуждает людей покидать свои дома, включая медицинских и гуманитарных работников. Это серьезно затрудняет расширение системы отслеживания контактов и раннее выявление заражений, — сказал он.
Эпицентр распространения вируса — провинция Итури — на протяжении многих лет остается зоной активности радикальных группировок, включая присягнувший ИГ «Альянс демократических сил» (обе организации признаны террористическими и запрещены на территории России). Во-первых, боевики иногда не пускают врачей к больным. Они могут перекрыть дороги к зараженным поселкам, из-за чего международные организации не могут привезти туда тесты и медикаменты.
Во-вторых, из-за постоянных набегов боевиков в регионе местные жители вынуждены покидать свои дома, становясь, по сути, беженцами. Хаотичная миграция делает невозможным выполнение главного правила борьбы с лихорадками — отслеживания цепочки контактов. Инфицированные люди, у которых еще не проявились явные симптомы, бегут вглубь страны, скапливаясь в перенаселенных лагерях без доступа к чистой воде.
В то же время регулярные перестрелки боевиков хоть и осложняют работу ВОЗ и Красного Креста, но не препятствуют ей полностью, говорит Всеволод Свиридов.
— В регионе есть очаговый контроль, иногда какие-то блокпосты на дорогах. Где-то налоги собирают, где-то грабят, фуры жгут. Но линий соприкосновения полномасштабных там нет, — пояснил эксперт. — То есть полномасштабной войны в стране и регионе нет.
Поэтому террористы вряд ли станут главным катализатором распространения лихорадки. Так или иначе пандемии глобального масштаба ожидать не стоит, потому что за прошедшее время африканские страны научились справляться с вирусными вспышками, резюмировал Свиридов.
Для того чтобы подавлять эпидемии и бороться с терроризмом, мировому сообществу необходимо решить еще одну задачу — повысить качество образования в африканских странах. По данным ООН, в ДРК насчитывается от 5,2 млн до 7,6 млн детей и подростков в возрасте от 5 до 17 лет, которые не посещают школу вообще или бросили учебу, так и не получив начального образования. При этом доступ к качественному образованию снижает риск радикализации и поддержку экстремистских группировок. Происходит это за счет устранения социальных и экономических предпосылок. Кроме того, образование дает человеку критическое мышление: есть вероятность, что вместо слепого следования советам «шаманов» он выберет доказательную медицину и своевременную помощь врачей.