90 лет назад, 24 февраля 1932 года, родилась певица Майя Кристалинская. Она не получила формального музыкального образования, но неизменно собирала полные залы во всех уголках СССР. Ее голос волновал и трогал всех без исключения: и сельских жителей, и сливки столичного бомонда. Казалось, она пела душой, по-настоящему переживая нелегкие судьбы героинь своих песен. Биографию одной из самых неповторимых и уникальных певиц страны вспоминают «Известия».
Путь к призванию
Майя Кристалинская родилась в благополучной семье советских интеллигентов. Отец, Владимир Григорьевич, был составителем головоломок и кроссвордов для детей, печатался в «Пионерской правде», сочинял детские книжки. Доходы отца позволяли матери семейства посвятить себя домашнему хозяйству, что, в общем, было не вполне обычно для СССР. Семья переехала в Москву из Саратова, и вскоре у Владимира и Валентины родилась дочь, которую назвали Майей. Увы, не прошло и двух лет, как малышка скончалась от порока сердца. Родители искренне горевали, и когда у Валентины родился второй ребенок, тоже девочка, они, не боясь суеверий, назвали ее в честь ушедшей старшей дочки.
Творческой натурой девочка пошла в отца. К музыке она тянулась с детства: ходила на занятия хора Народного ансамбля песни и танца Центрального дома детей железнодорожников, которым руководил Семен Дунаевский, брат прославленного композитора Исаака Дунаевского, с удовольствием участвовала в школьной самодеятельности. Как вспоминали ее родные, к концертам Майя почти никогда не готовилась специально: она легко запоминала мелодию и слова песни, безошибочно попадала в ноты. Преподаватели прочили ей большое музыкальное будущее, но Майя была девушкой серьезной, хорошо успевала по всем предметам и думала о более солидной профессии. Окончив школу, она поступила в Московский авиационный институт.
В институте Майя участвовала в самодеятельности, выступала на творческих вечерах — но, получив диплом, отправилась по распределению в Новосибирск, на авиастроительный завод имени Чкалова. Там, однако, ее ожидал совсем не теплый прием: Кристалинской отказались выделить комнату в общежитии, не устроили на оговоренную должность. Обиженная Майя вернулась в Москву. Вслед за ней в столицу прилетела жалоба: распределение в те годы было обязательным, и оставлять предписанное место работы Кристалинская не имела права.
Будущей звезде эстрады грозило уголовное дело — но неожиданно за нее вступился Артем Тер-Макарян, преподаватель МАИ и начальник одного из управлений Министерства авиационной промышленности. Он был рецензентом ее дипломной работы, лично поставил ей высший балл и не сомневался в добросовестности девушки. По протекции Тер-Макаряна Кристалинская устроилась на работу в конструкторское бюро Александра Яковлева. Параллельно Майя стала заниматься в эстрадной студии Центрального дома работников искусств, выступала в ансамбле «Первый шаг». Чем дальше, тем большое она понимала, что ее призвание лежит вдали от самолетостроения.
Звезда родилась
В 1957 году, в канун Всемирного фестиваля молодежи и студентов в Москве, ансамбль «Первый шаг» пригласили поучаствовать в творческий фестивальной программе. Руководитель ансамбля Юрий Саульский должен был представить жюри фестиваля советский джазовый оркестр. Солисткой Саульский без раздумий назначил Майю Кристалинскую, умевшую почти без акцента петь по-испански и по-итальянски и легко подстраивавшуюся под любой стиль исполнения. Жюри фестиваля благосклонно отнеслось к советским музыкантам: группа Саульского была награждена серебряной медалью.
Но не всем, как оказалось, был по душе новый стиль. Под занавес фестиваля в газете «Советская культура» вышла разгромная статья, автор которой обвинил ансамбль в «утере творческой индивидуальности», а солистку Майю Кристалинскую — в «слабых творческих возможностях» и «вихляющих стиляжных ужимках». По тем временам это был почти приговор. Вскоре Саульского с ансамблем изгнали из ЦДРИ, и коллектив распался. Однако Майю Кристалинскую уже заметил знаменитый советский джазмен Олег Лундстрем, пригласивший девушку в свой ансамбль на замену ушедшей солистке. С оркестром Лундстрема Майя в 1958 году поехала на свои первые в жизни гастроли по Украине. А вернувшись, немедленно забрала документы из КБ Яковлева: отныне ее жизнь была посвящена музыке.
В 1959 году молодую талантливую певицу пригласили исполнить песню «Мы с тобой два берега» для кинофильма «Жажда» режиссера Евгения Ташкова. Это был настоящий успех: имя Кристалинской мгновенно стало известно всей стране, а пластинка с записью песни разошлась тиражом в 7 млн экземпляров. Кристалинская объездила с гастролями весь Советский Союз, и на ее концертах всегда был аншлаг.
Несмотря на славу, певице вскоре пришлось покинуть группу Олега Лундстрема. Ее сократили по распоряжению Всероссийского гастрольно-концертного объединения. Она стала выступать с группой джазиста Эдди Рознера, с которым была неплохо знакома: он не раз аккомпанировал ей на концертах. Звезда Кристалинской с каждым днем сияла всё ярче. Она появилась в популярном телешоу «С добрым утром!», выступала на одной сцене с Валентиной Толкуновой и Иосифом Кобзоном — советскими эстрадными звездами первой величины. Ее песни «В нашем городе дождь», «Топ-топ, топает малыш», «А снег идет» с замиранием сердца слушала вся страна. А после выхода в 1966 году кинофильма «Три тополя на Плющихе», где Кристалинская исполнила одну из лучших своих песен — «Нежность» Александры Пахмутовой, по итогам всесоюзного зрительского опроса она была признана лучшей эстрадной певицей года.
Но далеко не все знали, чего стоила любимице публики столь напряженная работа. Трагические ноты в своих песнях Майя Кристалинская брала из собственных невзгод.
Опустела без тебя Земля
Майю Кристалинскую любила вся страна, но ее личная жизнь складывалась непросто. Ее первым мужем стал писатель-сатирик Аркадий Арканов. Побывав на репетиции оркестра Саульского, где выступала в то время еще совсем юная Майя, Арканов влюбился без памяти. Уже на третьем свидании он сделал ей предложение, а еще через пару месяцев, 1 июля 1957 года, пара расписалась. Но их браку не суждено было стать счастливым. Родственники молодоженов с первой же встречи не смогли найти общий язык. Молодая семья ютилась в крошечной комнате, где всё чаще случались скандалы. Певица тяжело переживала трудный период в карьере, расстраивалась из-за критических заметок в прессе, и это очень не нравилось ее мужу, упрекавшему Майю в «звездной болезни». В конце концов Арканов собрал вещи и ушел. Их брак не продержался и года.
Вскоре карьера Кристалинской уверенно пошла в гору. Но ее поджидали новые испытания. Во время гастролей с ансамблем Эдди Рознера в 1962 году она простудилась. Простуда казалась пустяком, но выздоровление всё никак не наступало, и обеспокоенный Рознер посоветовал ей показаться врачам. Диагноз был словно гром среди ясного неба: у певицы диагностировали лимфогранулематоз — рак лимфатических узлов. По Москве пошли слухи о том, что Кристалинской недолго осталось жить. Однако после тяжелого лечения и операции она сразу же вышла на сцену. От операции на шее Майи остались уродливые шрамы, которые она теперь постоянно скрывала под косынками и шелковыми шарфиками. Поклонники считали их фирменным знаком ее индивидуального стиля, лишь близкие знали об их истинном предназначении.
Во время лечения Кристалинская встретила свою главную любовь, архитектора Эдуарда Барклая. Он был искренне влюблен, заваливал Майю цветами, а когда та рассказала ему о своей болезни, пообещал быть рядом, что бы ни случилось. Вскоре они поженились и оставались рядом до самой смерти Барклая.
В 1970 году новое руководство Гостелерадио закрыло Кристалинской доступ на телевидение. И хотя она участвовала в статусных творческих вечерах Александры Пахмутовой, Эдуарда Колмановского, Яна Френкеля и других грандов советской эстрады, на телеэкранах она не показывалась. В 1972 году ее выступление с песней «Кто отзовется?» даже вырезали из передачи «Песня года». Ее концерты всё чаще проходили на маленьких, никому не известных площадках — на эстрадах в парках, в кинотеатрах, старых домах культуры Тульской, Рязанской, Смоленской областей. Окончательно подкосила певицу смерть мужа: Эдуард Барклай, страдавший сахарным диабетом, скоропостижно умер в июне 1984 года.
От этого удара Кристалинская уже не оправилась. Рак вспыхнул с новой силой, от экспериментального лечения певице становилось только хуже. У нее отнялась рука и, наконец, пропал голос. Майя Кристалинская скончалась в больнице 19 июня 1985 года, в возрасте 53 лет, ровно на год пережив любимого мужа. Певицу похоронили на Донском кладбище столицы. На ее могиле установлен мраморный памятник с изображением скрипичного ключа, нотного стана и трогательными словами: «Ты не ушла, ты просто вышла, вернешься — и опять споешь».