Перейти к основному содержанию
Прямой эфир
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

Министры обороны стран НАТО собрались в Брюсселе на двухдневную встречу. Большое поле для дискуссий им снова предоставил Ближний Восток. Точнее даже, не сам регион, а геополитические итоги ослабления американской политики на этом направлении и всё более уверенный контроль над ситуацией там со стороны Москвы.

Об этом пишут многие ведущие европейские СМИ, особенно в свете очередного столь же противоречивого, сколь и лапидарного заявления американского президента. Не желая больше посылать американцев воевать за «давно поливаемые кровью пески», он приписал исключительно Соединенным Штатам миротворческую роль. И вот, выступая перед прессой в Белом доме, президент США заявляет: «Мы проделали большую работу, и теперь мы уходим... Благодаря прекращению огня они смогли уйти с этой территории».

Самоустранение Штатов от этого клубка противоречий и реальных военно-политических проблем далеко не было «подарком Путину», как об этом пишут и заявляют многие. Оно предполагало необходимость «вывозить» ситуацию, которая грозила продолжением кровопролития, осложнением гуманитарной ситуации и смещением силового баланса конкретно в Сирии, да и в регионе в целом.

Сочинские договоренности по САР между президентами России и Турции были встречены сирийским президентом с пониманием и, как сообщают, с удовлетворением. Операция турецких ВС «Источник мира» — а по сути, военная интервенция для борьбы с ополчениями сирийских курдов (отрядами народной самообороны, входящими в Сирийские демократические силы, которые признаны в Турции террористическими), — остановлена.

Меморандум по итогам долгих переговоров российского и турецкого лидеров охватывает все основные аспекты проблемы. Во-первых, обе стороны признали необходимым сохранение политического единства и территориальной целостности Сирии. Правда, единство САР предполагается сохранять, не только противодействуя сепаратизму сирийских курдов, но и с учетом интересов национальной безопасности Турции, в том числе борьбы с терроризмом «во всех его формах».

Едва ли последнее означает, что Москва согласна с турецкой оценкой сирийско-курдских ополчений: если Анкара признает их угрозой своей безопасности, то РФ и берется отвести эту угрозу от турецких границ (в буквальном смысле — на три десятка километров). А российская военная полиция в Сирии разделит ответственность в соблюдении этого «буфера». Зона эта предполагается в масштабе существующего ныне статус-кво в районе турецкой военной операции: между городами Тель-Абьяд и Рас Эль-Айн (на глубину до 32 км).

Уже к полудню следующего дня после подписания меморандума в эту зону были введены подразделения российской военной полиции и сирийских пограничников, которым надлежало следить за отводом курдских подразделений (в том числе из городков Манбидж и Тель-Рифат) вплоть до 28 октября. При этом совместное российско-турецкое патрулирование предполагалось на глубину до 10 км от границы к западу и востоку от этой зоны (кроме города Камышлы).

Важным пунктом меморандума стало обязательство обеих сторон не допускать инфильтрации террористических элементов, то есть боевиков-джихадистов, которые, как видно, были использованы турками в качестве ударной силы в начале их операции.

Договоренности коснулись и сирийских (в том числе курдских) беженцев — в частности, обеспечения их добровольного возвращения.

Наконец, предусматривается дальнейшая многосторонняя работа в «астанинском формате». Деятельность Конституционного комитета по Сирии поддержана, и это сигнал уже сирийскому президенту — о безальтернативности конституционных реформ, причем под контролем международной группы.

Иными словами, турки добились, чего хотели на словах — буферной зоны в Сирии вдоль своей границы почти на полтысячи километров, свободной от курдских ополчений. Однако им не удалось установить единоличный контроль над этой зоной, где теоретически вполне могли бы уместиться тренировочные лагеря так называемой Сирийской свободной армии или даже плацдарм сил сирийской оппозиции.

Дамаск добился того, что интервенция мощной армии страны-члена НАТО в его страну была остановлена без кровопролития и передислокации крупных сил сирийских ВС, которые так нужны сейчас в других районах страны. На контакт с Дамаском вынуждены были пойти курдские сепаратисты, что открывает дорогу компромиссам с их стороны в плане будущего административного устройства Сирии.

Россия продолжила свою весьма плодотворную миссию в САР — не только по борьбе с джихадистами и поддержанию общественного порядка, но и настоящую миротворческую миссию, остановив турецкую военную интервенцию.

Курды, несмотря на принуждение к отступлению, остались благодарны России, о чем прямо высказался их главнокомандующий ополчением генерал Мазлюм. В адрес спешно ретировавшихся американских военных у курдов осталось нескрываемое раздражение. Военно-дипломатическая помощь им прервалась так внезапно и так вероломно.

Впрочем, конца проблемам все еще не видно, и окончательное это урегулирование или нет, у многих есть сомнение. Его высказывают и сами курды, не доверяющие туркам, и некоторые турки, не доверяющие русским, и Башар Асад, сомневающийся в готовности турецкого лидера остановиться.

Страны НАТО критикуют отступление американцев из стратегических горячих точек в Сирии в пользу охраны лишь нефтеносных районов. Нет уверенности и в том, что США отнесутся спокойно к очередному успеху Москвы и поддержат российско-турецкий меморандум. Американская стратегия в последнее время подчиняется всё больше логике парадокса. Все мы помним: «А вот еще пример на Вычитание. Отними у собаки кость — что останется? Алиса задумалась. … «Значит, по-твоему, ничего не останется?» — спросила Черная Королева. «Должно быть, ничего». «Опять неверно, — сказала Черная Королева. — Останется собачье терпение!» Но вот существует ли оно в большой политике?

Автор — эксперт клуба «Валдай», руководитель Научно-издательского отдела Института востоковедения РАН

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции

Прямой эфир

Загрузка...