Вы держите штаны: Пауло Коэльо вспомнил хиппанскую юность
Латиноамериканские писатели всегда были любимы в России, но бразильца Пауло Коэльо обожают (вот уже полтора десятка лет) почти с тропической страстью — его романы не просто читают, с ними сливаются в экстазе. Но удастся ли большая и чистая любовь с новым творением Коэльо? Специально для «Известий» разбирался литературный критик Константин Мильчин.
Пауло Коэльо
Хиппи
М.: Эксмо, 2018. Перевод с португальского Александра Богдановского
Роман начинается с ностальгического воспоминания: когда в 1970-х у тебя в путешествиях кончались деньги, всегда можно было продать жуликам паспорт, а в посольстве тебе давали новый. Шведский паспорт не ценился, там на фотографиях одни блондины, его мало кто потом перекупит. А вот бразильский ценился, он подходит кому угодно. К сожалению, на этом сборник бесполезных лайфхаков заканчивается и начинается собственно сюжет. Главного героя зовут Пауло, он бразилец, он молод, но уже познал боль и страх. Его лечили в психушке электричеством и били смертным боем сатрапы латиноамериканского диктатора. Теперь он боится людей в форме.
Иное дело Карла, она голландка и она мечтает поехать в Катманду. Почему в Катманду? Потому что тогда туда ездили все хиппи. Она сидит в центре Амстердама и ждет, когда Вселенная подарит ей спутника для непальского вояжа. Спутник не появляется, и Карла нервничает на свой манер. «Я всегда могу вернуться в Роттердам. Всегда смогу наслаждаться чудесами пособия по безработице или еще какими-нибудь социальными благами, на которые щедры наши политики. Всегда смогу стать президентом компании «Шелл» или «Филипс» или «Юнайтед Фрут», потому что я — голландка, а в этих корпорациях доверяют лишь своим соотечественникам. Но в Непал надо ехать сейчас. Или — или никогда. Потому что я уже старею». Старость — это когда тебе чуть больше 20, а ты еще не побывал в Катманду. Какой ужас. Где-то идут войны, американцы воюют с вьетнамцами, в Иордании восстал «Черный сентябрь» и идут полномасштабные танковые бои, где-то люди умирают от голода, а где-то от эпидемий. А Карла никак не может встретить спутника для поездки.
Писатель Пауло Коэльо
И вот они встречаются, и вот у них завязываются мучительные отношения, и вот Карла и Пауло садятся в автобус и едут на другой конец мира. С ними набор спутников разной степени чудаковатости: француз средних лет с юной дочерью, похожий на Распутина юноша, ирландец, который положил глаз на Карлу. Все они в той или иной степени хиппи. По пути странники столкнулся с агрессией. Не все любят хиппи. Некоторые даже предпочитают дезинфицировать после них стулья.
Есть несколько более или менее известных фактов про юность Пауло Коэльо. Прежде чем стать известным писателем (прибережем слово «великий» для других случаев), он странствовал по миру, побывал за решеткой, лечился электричеством, постигал разные истины в разных странах и на разных континентах. Всё это есть в книге. И всё вышеперечисленное для фанатов Коэльо столь же очевидно, как и то, что у А.С. Пушкина была няня Арина Родионовна. Здесь вместо няни — сексуальная голландка Карла, которая влюбилась в героя, а у него с ней получается не так, не сразу, не столько и не то. Всему виной воспоминания о пытках и палачах. Образовавшуюся из-за отсутствия секса пустоту герои заполняют рассуждениями о поиске смысла жизни, а Пауло ищет учителя, который наставит его на пусть истинный и сделает писателем. «— Берешь ли ты меня в ученики? — Я беру в ученики твое сердце, я не могу отказать тебе в этом — в противном случае моя жизнь станет бесполезной. У меня есть два способа показать Богу свою любовь: первый — это возносить ему хвалы денно и нощно в тишине и пустоте этого зала, но это не нужно ни мне, ни Ему. И второй — петь, плясать и показывать всем Его лицо, отраженное в моем ликовании».
Конец немного предсказуем. Пауло стал не просто писателем, а автором супербестселлеров, гуру, жрецом им самим придуманного парахристианского культа. Поклонники осаждали его встречи, желая получить автограф, а самый богатый из фанатов, некий арабский шейх, даже в свое время подарил Коэльо пентхаус в Эмиратах. Слава Коэльо уже не та, что в нулевые, и вот перед нами беллетризированный мемуар. В котором есть страх, есть Бог, есть мучительно-сладкая любовь и есть милый мир, где бесящиеся с жира европейцы могли за $70 доехать от Амстердама до Катманду, где Стамбул был самым дешевым городом мира, где ценились бразильские паспорта, а «Властелин колец» был культовой, но мало кому известной книгой. Можно робко отметить на полях, что сюжет в романе «Хиппи» слабоват, потому что банален и разваливается под тяжестью философствований и описаний любовных мук, но вряд ли это интересно преданным фанатам Коэльо.
