Понятия «культурные индустрии» и «креативная экономика» сейчас не сходят с уст политиков, экономистов, экспертов — уже ясно, что экономические и социальные процессы прямо зависят от культуры общества. Президент РФ Владимир Путин на Совете по культуре в декабре 2017 года дал задание подготовить проект закона о культуре. Но его до сих пор нет. И это объяснимо.
Революция массовой культуры за полтора столетия изменила мир. В музыке и кино потребление выросло более чем в 100 млн раз: в XIX веке профессиональные артисты выступали для миллиона зрителей, сейчас — для 90% населения Земли, выросшего впятеро. То же в литературе, журналистике, на ТВ и радио. К этому не были готовы ни теоретики, ни практики, поэтому сейчас в мире нет единого понимания и терминологии сферы культуры, не говоря уж об устаревших законах и конвенциях.
В России законы и термины в сфере культуры, устоявшиеся в XIX веке и доработанные в СССР при Сталине, дошли до нашего времени без принципиальных изменений. Сегодняшнее законодательство наполнено противоречивыми терминами, и неудивительно, что эти законы не соблюдаются.
Претензий к нарушителям в этих случаях нет, но ведь системное пренебрежение законом приводит к злоупотреблениям, произволу и деградации. Я не сгущаю краски — вспомните, как за несколько лет рухнула многомиллиардная отечественная индустрия звукозаписи, входившая в десятку крупнейших в мире. Из 200 рекорд-лейблов сейчас осталось около десяти, их выручка сократилась в сотни раз, количество записанной музыки и артистов — в 3–5 раз. Государство не могло предотвратить крах индустрии при всём желании — по закону за эту отрасль никто не отвечал.
Пока в сфере культуры в РФ нет единого регулятора, общей статистики, координации господдержки. За массовую культуру отвечает не Минкультуры, а Минкомсвязи (СМИ, книги и интернет), Минпромторг (электроника, дизайн, народные промыслы) и другие ведомства. Ряд секторов (например, массовая зрелищная индустрия) вообще не имеет регуляторов и законов.
Возможна ли в этой ситуации совместная работа по упорядочению отрасли, доверие власти к предпринимателям и профессиональному сообществу? Ответом будет недавний пример — поправки в закон «О государственной поддержке кинематографии», ставящие под вопрос работу множества кинофестивалей. То же в зрелищной отрасли: пока продюсеры и артисты тормозили все «концертные» законопроекты, началось обсуждение вопроса о лишении льгот концертных и билетных компаний и оставления их только за госструктурами. Промоутерскую отрасль это может уничтожить так же быстро, как и звукозаписывающую. И всё это на фоне внушительной государственной поддержки культуры.
Многих удивит, но здесь Россия — мировой лидер. Только по линии органов культуры в прошлом году было ассигновано более 300 млрд рублей, а если добавить перечисления от Минкомсвязи, Минпромторга и других ведомств, а также субсидии, капиталовложения, то сумма может достичь 1 трлн рублей. Но насколько эффективно эти деньги работают? Ведь несовершенство законов буквально подталкивает руководителей к нарушениям.
Комплексное изучение сферы культуры России, ее границ и структуры показывает, что вклад в экономику творческих индустрий исчисляется триллионами рублей. Значительны обороты кино, СМИ, концертов, но большая часть доходов, как и во всем мире, сейчас генерируется в цифровой среде, там же формируется общая культурная повестка. Это значит, что закон о культуре должен ответить на вопрос — как она должна регулироваться: законами государства или внутренними протоколами транснациональных корпораций?
Сфера культуры сейчас — это в первую очередь петабайты информации, десятки миллионов произведений и досуговых сервисов, сотни миллионов пользователей. Для ее регулирования нужны новый базовый подход, гибкая политика, включающая в себя аналитику big data, актуальные технологии блокчейна и другое. Нужна база для развития культуры, роста эффективности госфинансирования, привлечения ответственных предпринимателей и эффективных менеджеров — и особенно для бережного сохранения наследия. Уверен, что такое изменение базового подхода обеспечит не только рост важнейшего сектора экономики, но и возвращение былого уважения и авторитета российской культуре как в стране, так и на мировой арене.
Автор — культуролог, член Совета по интеллектуальной собственности Торгово-промышленной палаты России
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
