Обвиняемые расходятся по домам
В России стали чаще отправлять подозреваемых под домашний арест, свидетельствуют данные Следственного комитета (СК). Только в прошлом году доля таких арестантов выросла на 16% — до 2,2 тыс. человек. Еще в 2008-м мера практически не применялась — тогда ее применили в отношении трех десятков человек. Специалисты объясняют рост популярности домашнего ареста массовым использованием электронных браслетов и более гуманным отношением к подследственным.
Подозреваемых и обвиняемых стали чаще отправлять под домашний арест, показал анализ СК. В прошлом году судьи удовлетворили 2,2 тыс. таких ходатайств от следователей, сообщили в пресс-службе ведомства. Это на 16% больше, чем годом ранее (1,9 тыс.).
Норма о применении домашнего ареста в качестве меры пресечения была закреплена в Уголовно-процессуальном кодексе в 2002 году, но широко не применялась. В 2010-м вступили в силу поправки в УК и УПК, вводящие такую меру наказания, как ограничение свободы — значительную часть времени осужденный проводит дома. Тогда же Федеральная служба исполнения наказаний (ФСИН) начала закупать электронные браслеты, позволяющие следить за заключенным. Эти же браслеты применяются в том числе и к обвиняемым и подозреваемым под домашним арестом, заявляли ранее во ФСИН.
Число домашних арестантов планомерно растет с 2008 года. По данным СК, в 2008-м такую меру пресечения назначили только 29 раз. В 2010 году под домашним арестом находились уже 232 человека. Через год их число выросло почти вдвое — до 426 человек, затем еще более чем вдвое — до 886 человек в 2012 году.
— Тщательно соблюдаются ограничения, связанные с состоянием здоровья фигурантов. И, конечно же, учитываются конкретные обстоятельства дела и данные о личности обвиняемого, — пояснила официальный представитель СК Светлана Петренко.
В 2016 году в следственных изоляторах (СИЗО) содержалось 25% обвиняемых. А по итогам девяти месяцев 2017-го эта доля сократилась до 20%. Насколько этому способствовал именно домашний арест, в СК не пояснили.
Во ФСИН оперативно не ответили на запрос «Известий».
Заведующий сектором уголовного права, криминологии и проблем правосудия Института государства и права РАН Сергей Максимов связывает распространение домашнего ареста с расширением возможностей для применения этой меры, а также с политикой, направленной на защиту прав предпринимателей, совершивших экономические преступления.
Он отметил, что все коммуникации «домашних арестантов» находятся под контролем. Те, кто пытается воспрепятствовать расследованию, на практике ему только помогают, давая дополнительную информацию правоохранительным органам.
— Домашний арест чаще всего применяется в качестве меры пресечения, когда речь идет об экономических преступлениях и уголовных делах с политическим уклоном, — считает профессор Санкт-Петербургского юридического института Академии Генеральной прокуратуры РФ Яков Гилинский.
Он подчеркнул, что домашний арест также решает практическую задачу — разгружает СИЗО.
Решение о применении меры пресечения подозреваемому или обвиняемому принимает суд. В Верховном суде оперативно не ответили на запрос «Известий».
