Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Жесткий профессионал

К чему приведет назначение Антонова послом России в США
Фото: РИА Новости/Максим Блинов
Озвучить текст
Автосекретарь
beta
Выделить главное
вкл
выкл

Послом России в США назначен заместитель министра иностранных дел Анатолий Антонов. То обстоятельство, что его перевод на новую должность стал одной из главных новостей дня, указывает на неординарный характер ситуации и самой фигуры Антонова.

Роль российского посла в отношениях с Соединенными Штатами всегда значительна. По сути, он занимается всеми ключевыми международными вопросами, поскольку в них вовлечены США. При этом существует асимметрия квалификации: американские послы в России меняются с каждой администрацией, и мало кого из них мы помним по имени. Российский же посол обычно служит 8–10 лет и наблюдает за тем, как одна команда в Белом доме сменяет другую. Наиболее продолжительную дипломатическую службу в США нес Анатолий Добрынин — 24 года. Он участвовал в переговорах по главным международным проблемам своего времени — Карибскому кризису, войне во Вьетнаме, вопросам ограничения стратегических вооружений и противоракетной обороны и т.д. Накопленные им опыт и экспертиза были таковы, что исследователь дипломатии Смит Симпсон констатировал: Добрынин более искушен в международных делах, чем любой современный ему высокопоставленный американский чиновник.

Сейчас в США снова востребован образ России как всемогущего и изощренного оппонента. Конечно, это преувеличение. Россия — не Советский Союз, да и нынешняя «холодная война» во-многом виртуальна. Но параллели с эпохой Добрынина всё же очевидны — повестка дня отношений Москвы и Вашингтона сильно ограничена санкционным режимом и сузилась до вопросов стратегических вооружений и региональных кризисов вокруг Сирии, Украины и КНДР. Начав службу с Карибского кризиса, Анатолий Добрынин стал в дальнейшем проводником разрядки в диалоге с США. Посмотрим, как дело пойдет у его тезки — Антонова.

Как и у любого российского дипломата его уровня, послужной список Антонова впечатляет. Он поступил в МИД сразу после выпуска из МГИМО в 1978 году. Его служба на Смоленской площади была прервана в 2011-м пятилетней командировкой в Минобороны. В МИДе Антонов руководил одним из самых ответственных направлений — переговорами с США по вопросам стратегической стабильности. В 2010-м это дало свой результат в виде нового соглашения об ограничении стратегических наступательных вооружений (СНВ-3). В Министерстве обороны Антонов отвечал за международное сотрудничество — искал развязки по проблеме ПРО в Европе, развивал взаимодействие с США по Афганистану и Сирии. С начала украинского кризиса и попыток международной изоляции России со стороны Запада задачи сместились: Антонов начал открывать для России новых приоритетных партнеров на Юге и Востоке. По его инициативе Минобороны стало ежегодно проводить крупный форум — Московскую конференцию по международной безопасности. В ведении Антонова также находилось формирование новых оборонных партнерств России с Сирией, Ираном, Сербией и развитие отношений с Турцией, Египтом, Индонезией и другими странами.    

В профессиональной среде за Антоновым закрепилась репутация жесткого переговорщика. Когда в конце прошлого года появились первые слухи о его возможном назначении в Вашингтон, американские коллеги выражали недоумение — мол, лучше бы направили более сговорчивого дипломата, ведь победил Трамп, а не Клинтон, нужно восстанавливать связи.

Однако назначение Антонова не является ответом на тот или иной исход американских выборов или признаком того, что Россия намерена обострять конфронтацию с Соединенными Штатами. Подход Москвы к взаимодействию с Вашингтоном остается прежним, и Антонов предложен как квалифицированный проводник этой политики.

Принципы, на которых должны строиться отношения России и США, перечислены в указе о внешнеполитическом курсе от 2012 года. В этом документе сказано, что приоритетом Москвы служит стабильное и предсказуемое взаимодействие с Соединенными Штатами, в основе которого должны лежать равноправие, невмешательство во внутренние дела и уважение взаимных интересов. Конечной целью заявлено выведение двустороннего сотрудничества на подлинно стратегический уровень — но при достижении вышеуказанных условий. Новая версия этого указа появится после выборов в 2018 году, однако предложенная формула достаточно гибкая и универсальная, вряд ли она претерпит изменения.

Разговор с Россией с позиции силы никогда не получался, а сейчас его будет вести особенно сложно. Антонов известен как цепкий и методичный профессионал, переговорщик-полемист, нередко нетерпимый к неквалифицированным оппонентам. В какой-то мере его назначение в США — это вызов американской дипломатии, поскольку Антонов будет нуждаться в равном себе партнере. В исследовании об американской дипломатической службе Смит Симпсон с горечью писал, что российская дипломатия «обладает такой совокупностью непрерывного опыта, стратегического мышления и целеустремленности, к которой мы даже не можем приблизиться». В этом смысле Анатолий Антонов — в полной мере продукт российской дипломатической традиции.

Между тем, хотя Антонов и заслужил реноме «ястреба», это не значит, что он не умеет находить компромиссы. Если бы это было не так, вряд ли было бы достигнуто трудное соглашение с США по ограничению стратегических вооружений. Интервью и выступления Антонова свидетельствуют о том, что он стремится понять мотивы и истинные намерения партнеров. Это признак предметного и конструктивного мышления. Как до, так и после начала украинского кризиса он не раз говорил о том, что потенциал сотрудничества России и США существенно выше их нынешнего уровня взаимодействия.

Однако сейчас эти надежды выглядят слишком оптимистично. «Русский вопрос» используется оппонентами администрации Трампа в спекулятивных целях. Американская политика потеряла равновесие, а судьба президента и его команды выглядит всё более туманной. Не исключено, что новый российский посол может оказаться без партнеров по переговорам из-за паралича администрации Трампа или попытки его импичмента. Общественная дискуссия в США также раскалена. Воевать за «умы и сердца» в этой ситуации будет сложно. Наверное, и не нужно.

Должно быть, время публичной риторики уходит и возвращается время конфиденциальных переговоров по ключевым вопросам безопасности. Во внешнеполитическом блоке администрации Трампа собрались жесткие, но трезвые профессионалы: госсекретарь Тиллерсон, министр обороны Мэттис и советник по нацбезопасности Макмастер. Можно сказать, что в этом смысле они с Антоновым — птицы одного полета.

Взаимное уважение профессионалов могло бы многое изменить в отношениях России и США, по крайней мере вернуть в двусторонние отношения стабильность и предсказуемость. Но это будет возможно, только если внутриполитические борения в США не выплеснутся в новый кризис.

Андрей Сушенцов — руководитель агентства «Внешняя политика», программный директор Валдайского клуба, доцент МГИМО МИД России.

Прямой эфир