Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

Георгий Габулов: «Желание играть преодолело бытовые трудности»

Полузащитник СКА — о возвращении в футбол после 15-месячной паузы, переходе в хабаровский клуб и самых важных периодах в своей карьере
0
Фото: Epsilon/Getty Images
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

В начале нынешнего сезона российский полузащитник Георгий Габулов вернулся на поле после 15-месячного перерыва, связанного с тяжелой травмой. За это время он успел сменить три команды, перенести две операции и потратить огромное количество времени на восстановление. В эксклюзивном интервью «Известиям» 25-летний игрок рассказал от том, как сумел вернуться в футбол после столь длительной паузы, своем переходе в СКА, а также вспомнил значительные вехи свой карьеры. 

— Тяжело дались эти 15 месяцев без футбола? 

— Было непросто. Дела уже лучше, чем в последний год. Мысль, что я должен вернуться, каждый день помогала мне лечиться, восстанавливаться, тренироваться. Родные, близкие, друзья поддерживали добрым словом. Никто даже мысли не допускал, что я не вернусь на поле. Было трудно, но вера в возвращение помогала мне. 

— Когда после такой паузы возвращаешься на поле — волнуешься, наверное, как в дебютном матче на высоком уровне? 

— Волнение бывает перед каждой игрой. Это нормально. Если нет волнения, значит, безразличны и игра, и результат. Но сильных переживаний не было. Был страх, потому что много пропустил — волновался, как выйду после такого долгого перерыва. Но когда оказался на поле, волнение сразу улетучилось, так было и в матче с ЦСКА (первая игра Габулова после 15-месячной паузы. — «Известия»). 

— Восстановление после таких травм — ежедневная многочасовая работа. Как заставляли себя через это проходить? 

— Когда я получил травму, то еще не знал, что выбыл на столь долгий срок. Думал, через месяц вернусь. Потом так и продолжал: «Еще месяц, полтора месяца, два, еще шесть недель...» Я жил этими отрезками. Получилось так, что меня прооперировали, и я остался без команды. Восстанавливался сам, за свой счет, без контроля специалистов. Пришлось делать повторную операцию — первая была сделана не очень хорошо. Но ничего — я извлек из этого урок на будущее. 

— Не было возможности обратиться за помощью к одной из команд, которые вам достаточно близки, — «Анжи» или «Крыльям Советов»?

— «Крылья Советов» в тот момент как раз не продлили со мной контракта. «Оренбург» изъявил желание подписать соглашение, но финансовые договоренности вступали в силу только после моего выхода на поле в официальном матче.

— То есть весь год в «Оренбурге» вы не получали зарплату вообще?

— Да, я только в мае начал тренироваться с командой по полной программе, поэтому времени набрать форму не было. На поле я так и не вышел.

— Наверное, ушло немало средств на лечение?

— Денег немало ушло, но до этого я всё же что-то заработал, в чем-то мне помог брат (вратарь тульского «Арсенала» Владимир Габулов. — «Известия»). Суммы нас не останавливали, если результат того стоил. 

— Как возник вариант со СКА? Их не испугало то, что вы долго не играли? 

— Мне позвонили из СКА и изъявили желание видеть меня в команде. Мне было очень приятно. Пугал и до сих пор пугает только часовой пояс — разница в семь часов между Москвой и Хабаровском. Но будем делать всё возможное, готовиться, проявлять профессионализм, чтобы это ни в коем случае не отразилось на игре. 

— В вашей карьере уже бывали такие перелеты? 

— Я в Хабаровске играл четыре раза, один раз на Сахалине и несколько раз во Владивостоке. Играть на выезде в этих городах непросто. Каково же играть там на постоянной основе, посмотрим. Когда только поступило предложение от СКА, я несколько опешил. Но желание играть в футбол оказалось сильнее любых препятствий. 

— Семья осталась жить в Москве? 

— Пока да, а там будет видно. 

— Недавно вы играли против «Локомотива», в котором начиналась ваша карьера. Этот матч стал особенным для вас?

— Для меня каждый матч — возможность получить удовольствие от игры в футбол, проявить себя. Не более. Не скажу, что у меня были особенные, принципиальные матчи. Обычная игра, в которой нужно было выходить и выигрывать. 

— Вы играли в «Локомотиве» около 10 лет назад. Что помните о том периоде вашей карьеры?

— Многое. Для меня то время ознаменовалось переходом из дубля во взрослую команду. И именно тогда я понял, что значит играть на таком высоком уровне. Также вспоминается, что получал в тот момент сравнительно небольшие деньги, но за победу в Кубке России мне выплатили солидные бонусы. Я не играл в решающем матче, но в ходе игры против махачкалинского «Динамо» какие-то минуты провел на поле, выйдя на замену, — поэтому и дали премию. 

— Тогда для вас это были серьезные деньги? 

— Да, тот бонус в пять раз превышал мою зарплату. 

— В самом начале чемпионата СКА сыграл с «Арсеналом», но вы тогда еще не числились в хабаровской команде. Рады, что не пришлось играть против брата?

— Неприятно было, что я пропустил этот матч. Сыграть против брата — незабываемо, а играть с ним в одной команде — незабываемо вдвойне. 

— Пару лет назад, когда Владимир играл за «Динамо», вы говорили, что хотите забить ему гол, чтобы он перестал подшучивать над вами.

— Когда я начинаю шутить на эту тему, он говорит: «Успокойся, малыш». Куда, мол, ты лезешь. 

— Брат в вашей карьере — строгий наставник или человек, который мотивирует?

— Всё сразу: и старший брат, и тренер, и отец, потому что в Москве мы жили вместе. Наставник, первый человек, который давал мне всё — и в футболе, и в жизни. Поддерживал, учил... 

— В детстве он был строг с вами?

— Когда Владимир уже играл на высоком уровне, а я жил с родителями в Моздоке, он был строг, сконцентрирован. Было видно, что переживал за меня, хотел, чтобы я играл в профессиональной команде. Он очень волновался, когда мне было тяжело найти команду в период перехода из детского футбола во взрослый. Родители, он — переживали все. Я это видел и понимал, что нужно воспользоваться даже малейшим шансом и не упустить его. 

— Владимир когда-нибудь помогал вам устроиться в какую-либо команду? 

— Нет. 

— История братьев Доннарумма — когда «Милан», чтобы удержать Джиджи, подписал контракт и с его братом Антонио — в вашей семье невозможна? 

— Оказывается, в нашей ситуации такие истории невозможны категорически. Когда я переходил в «Анжи», брата спрашивали руководители клуба, советовались с ним. Естественно, он отзывался положительно, потому что я его родственник, но, насколько я знаю, не забыл упомянуть и о моих минусах. 

— У Владимира наверняка были ситуации, когда он неожиданно получал серьезные премиальные, как и вы в «Локо». Он вам что-то дарил, когда вы были младше? 

— Он всегда старался дарить мне что-то, но при этом не баловать, поэтому я даже не вспомню, что именно он покупал. Возможно, игровую приставку Play Station, когда я жил в Моздоке. Но всегда дарил что-то — по мере возможности. Например, бутсы раньше в диковинку были, а я в Моздоке играл в «козырных», которые Владимир мне присылал. У меня всегда были лучшие шиповки в городе.  

— В «Анжи» вы провели довольно короткий период карьеры. Часто о нем вспоминаете?

— Вспоминаю, как сказку. Было круто. Не верится, что мы с братом были в одной команде, но тогда я не осознавал это так, как сейчас. 

— Мне рассказывали, что иногда Владимир говорил вам: «Хватит сидеть на скамейке запасных, ищи себе команду». 

— Он говорил не в такой форме. У меня были проблемы с игровым временем. Мы очень много обсуждали эту тему с братом — и он, и родители переживали за меня. Руководители «Анжи» в конце года сказали: «Ищи команду». Тогда и решили, что будет лучше перейти в другой клуб.

— В «Анжи» собрались совершенно разные футболисты. Кто в том составе запомнился вам больше остальных — поступком, поведением?

— Помню, как одному из администраторов «Анжи» Самюэль Это'о купил квартиру. Этот поступок заслуживает уважения. В команде многие отличались добродушием, не только Самюэль.

— Ваша фотография в Instagram — в цветах осетинского флага. Ностальгируете по «Алании»?

— Я до сих пор играю в щитках, сделанных для «Алании» в цветах осетинского флага. 

— Вам обидно, что ваш родной клуб, по сути, перестал существовать (в 2016-м «Аланию» расформировали и создали на ее базе новый клуб «Спартак», который сейчас играет в третьем дивизионе российского футбола. — «Известия»)?

— Всё это случилось из-за того, что произошло еще четыре года назад (клуб долгое время испытывал финансовые проблемы, а зимой 2014 года «Алания» снялась с чемпионата России и прекратила деятельность. — «Известия»). Очень обидно было тогда и сейчас наблюдать за этим. Чем дальше, тем больше понимаешь, какая трагедия произошла: один из самых футбольных регионов России остался без профессиональной команды, без мечты для детишек. Люди ходили на футбол отвести душу, выплеснуть эмоции, получить заряд энергии. Даже когда играли в первой лиге, стадион был почти полон. Рекорд ФНЛ — 27,5 тыс. человек на арене во Владикавказе — до сих пор не побит. Где вы сейчас увидите столько зрителей в ФНЛ? Про матчи премьер-лиги вообще молчу: полные стадионы, даже когда команда проигрывала. Я не знаю, в каком еще регионе страны так любят футбол. 

— У нас много футболистов и тренеров из Осетии. Не думали собраться и возродить клуб?

— Это сделать непросто. Да и чтобы подвести всех под общий знаменатель, нужен один главный, так сказать, двигатель.

— Кто им может стать? 

— Человек, который объединит всех одной целью и при этом сможет организовать всё на уровне, необходимом для профессионального клуба. Тогда команда сможет выйти сначала в ФНЛ, а затем — в премьер-лигу. На это нужны средства. Уверен, в республике найдется человек, который в состоянии это сделать. 

— Что этому мешает? 

— Не знаю. Наверное, что-то мешает, раз до сих пор не сделали. 

— Может ситуация измениться в ближайшие пять лет?

— Всё возможно. Есть примеры — ФК «Краснодар», «Анжи» прошлых лет... Клубы, где есть один хозяин, который может повлиять на его судьбу.

— Таких энтузиастов немного...

— Да, но такие люди в Осетии есть, а будет или не будет у них желание поднимать клуб — покажет время. Я хочу, чтобы команду возродили, чтобы она играла на высоком уровне и радовала людей. 

— Одним из самых негативных моментов вашей карьеры стало участие в массовой драке во время матча «Алания»–«Мордовия» в РФПЛ в 2013 году. С какими чувствами вспоминаете тот эпизод сейчас?

— Только с негативными, потому что всё началось с меня. Вину за ту ситуацию с себя я ни в коем случае не снимаю. Если можно было бы отмотать время назад, я точно поступил бы иначе. С другой стороны, там не случилось ничего настолько криминального, чтобы показывать красную карточку мне и футболисту «Мордовии». Рефери у нас судят по-разному. Много примеров, когда футболисты больших клубов — ЦСКА или «Зенита» — могут себе позволить оттолкнуть судью, ударить по лицу соперника и получить за это только желтую карточку или вообще ничего не получить. Тогда была простая стычка — подобные случаются в каждой игре, но нас в итоге дисквалифицировали на четыре матча. Судья посчитал, что мы спровоцировали большую потасовку (на поле выбежали практически все участники обеих команд. — «Известия»), и удалил нас. Как будто я дал команду: «Всем на поле!» Но это уже в прошлом. Я извлек урок из того случая. Если ситуация повторится, поведу себя иначе. 

— Тогда вам что-то кричал президент «Алании» Валерий Газзаев. Не помните, что именно? 

— Не помню. Помню только, что после матча с «Мордовией» я уже не играл против «Динамо», где тоже произошла знаменитая драка (после грубого подката Александра Кокорина на поле вспыхнула массовая потасовка. — «Известия»). Возможно, потасовка с «Мордовией» к этому привела. Вообще в каждой игре случались драки. У нас так и на сборах было. В Израиле мы в каждой товарищеской игре дрались, одну и вовсе не доиграли. Я не знаю, с чем это связать. 

— Может быть, с темпераментом местных ребят? 

— Местных и неместных в составе было 50 на 50. Тренеры всегда настраивали нас уже со сборов, что команда должна быть единой. Чуть что случается — команда должна встать плечом к плечу, не давать в обиду друг друга. Возможно, эти установки повлияли на то, что случалось на поле даже в официальных матчах. Тренеры, конечно, не призывали к дракам, но команда могла воспринять всё слишком буквально. Сейчас судить, в чем причина, трудно. Думаю, причина у каждого в голове. Если бы каждый отдавал отчет, как надо вести себя в таких ситуациях, массовых потасовок можно было бы избежать. 

— В том сезоне в «Аланию» перешел Ройстен Дренте, который до этого выступал в «Реале». Ему понравилось в Осетии: город, стадион, поле?

— Дренте приехал после 10-месячной паузы в карьере, у него был лишний вес, но даже в этом состоянии было видно, что это классный опытный футболист. Он набирал от игры к игре. Дренте профессионал, который приехал отрабатывать контракт. Он был всегда с командой, никогда не отделял себя. 

— В той команде был и Сослан Джанаев. Удивлены такому резкому повороту в его карьере? 

— Не удивлен. Когда я был в «Ростове», Сослан приехал и тренировался, несмотря на то что у него еще не было контракта. Учитывая его отношение к делу, то, чего он добился, — закономерный результат. Человек полностью посвятил себя работе — футболу. Он многим жертвовал, и результат налицо. Плюс умножим его усилия на работу команды и тренера. Это заслуга всех, но его отношение к делу позволяет сказать, что он добился всего своим трудом. 

— Что мешало ему в «Спартаке» с самого начала? Молодость? 

— Этот вопрос лучше ему задать. «Спартак» — это одно, а «Ростов», который занял второе место, играл в Лиге чемпионов и выиграл у «Баварии», — совсем другое. Вряд ли корректно их сравнивать, схожих моментов я не вижу. 

— В прошедшем туре СКА одержал первую победу в премьер-лиге. Тяжело дались эти долгожданные три очка? 

— Игра с «Анжи» далась очень тяжело, и этому было несколько причин. У нас было не так много времени на восстановление после игры с «Локомотивом», а матч с «железнодорожниками» получился очень энергозатратным. Конечно, нам требовалось побольше дней на подготовку к игре с махачкалинцами, но мы постарались уложиться в отведенный срок, то есть в трое суток. К тому же был непростой перелет. Погода в Хабаровске очень жаркая, было душно. Все понимали, что в этой встрече нам надо победить любой ценой. У нас был запредельный настрой, забыли обо всех трудностях и думали только о результате в матче с «Анжи». В команде все были рады этой исторической победе, настроение в раздевалке было, конечно, приподнятое. 

— Как думаете, эта победа может стать для СКА переломным моментом? 

— Естественно, после этого матча нам будет немного полегче — мы почувствовали вкус победы и знаем, как забивать. Теперь мы не будем чувствовать себя ущемленными и на нас не будут давить прошлые неудачи. 

— Можно ли назвать переход в СКА одним из ключевых вызовов в вашей карьере?

— Свой приход в СКА я воспринимаю как определенный интересный вызов. Ведь в силу отличий нашего клуба от остальных команд премьер-лиги нам нужно отдавать больше эмоций и сил, иметь больше желания, чтобы победить соперника. И поэтому каждая победа для нас очень ценна. От себя хочу сказать, что переходя в хабаровскую команду, я рассчитываю не только достичь своей оптимальной формы, но и выйти на новый уровень и этим помочь СКА добиваться максимальных результатов в каждом матче.   

Подписывайтесь на наш канал «Известия СПОРТ» в Twitter и Instagram

Прямой эфир