Мировая политика, подобно абсорбирующему материалу, втягивает в себя различные методы влияния. Они трансформируются вместе с ростом технологий, расширением рынков и способов ведения экономических войн. Государствам, которые находятся вне геополитических трендов и обладают медленной реакцией на новое политическое оружие, остается только год за годом терять свой суверенитет. Это мы наблюдали на примере наших соседей, которые поверили, что уничтожать собственную промышленность и вступать в союзы выгоднее, чем развиваться автономно. Когда я говорю о суверенитете государства, я имею в виду интересы большинства его жителей и исторический ресурс развития.
Вмешательства во внутренние дела государств давно сместились в иную плоскость. То есть одно дело воевать — на фронте, во внешней политике, в дипломатии, а другое — в нейтральном пространстве. Например, пытаться разрушать соперника изнутри. Раньше этим занимались спецслужбы, всевозможные тайные канцелярии, разведки и прочие особые ведомства. Сейчас в борьбу вовлечены носители «культурного оружия» — НКО, финансируемые из-за рубежа.
Координируют эти силы несколько «китов», базирующихся, в частности, в США. Первая структура — государственная. Это USAID. Деньги, которые выделяет правительство и конгресс США, USAID в качестве диспетчера распределяет по тысячам НКО. Вторая структура — фонды, которые есть у каждой партии (например, Институт развития демократии или Национальный демократический институт). Партийные деньги ими не только аккумулируются и, соответственно, продвигают интересы партии внутри страны, но и раздаются, способствуя реализации внешней политики своих элит.
Существуют, в конце концов, и условные «частные инвесторы». Например, Сорос, который формально является обычным гражданином, а неформально вхож во все правительственные кабинеты США. Основной спонсор президентских выборов, он занимался финансированием предвыборной кампании Хиллари Клинтон и владеет массой инсайдерской информации, что помогает ему играть на бирже и зарабатывать деньги. Не будем забывать про Фонд Форда и Фонд Макартуров. Все они выполняют ту или иную политическую миссию, имеют каждый свою клиентуру.
И каждому из них присуща своя специфика. Например, поддержка молодых ученых — так называемые научные командировки. Самая благородная цель, какая только может быть. Но что означает эта поддержка? В большинстве случаев это попытка вытащить талантливых ученых за рубеж — грубо говоря, замаскированная перекачка интеллектуального ресурса, «утечка мозгов». Таким ученым дают гранты под исследования, везут в командировку в Америку, предлагают хорошие гонорары, и в итоге они там остаются.
Любая обработка информации организацией-иноагентом выглядит подозрительно, даже если этот центр занимается разведением кактусов. В мире пока нет страны, в которой нет нищих, больных и убогих, а с культурой и наукой всё настолько нормально, что помогать некому и приходится ездить в другие страны. Нет такого.
Конечно, есть просто нормальные люди, которые делают хорошее дело. Возможность их существования целиком зависит от умения получать гранты и спонсорскую поддержку (то есть умения продвигать себя). А также — от репутации, которую они заслуживают. Причем, как правило, к политике они отношения не имеют.
Если же фонд каким-то образом политизирован, то здесь мы не увидим имен известных артистов или спортсменов. Как правило, люди, которые дорожат своей репутацией, с политическими фондами не связываются. Там как раз идет очень понятная, жесткая идеологическая борьба — они создаются исключительно для определенного рода политической деятельности. Поэтому говорить о том, что подобные фонды выступают «просто за права человека», — смешно. Не бывает политически нейтральных борцов за свободу. И это — стандартный расклад для всех стран.
Автор — философ, политолог, профессор НИУ ВШЭ
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции
