Избежать «охоты на ведьм»
Недавно по обвинению в изнасиловании мальчика был задержан человек, который в 2007 году уже был осужден за аналогичные преступления. Этот эпизод в очередной раз привлек внимание общества к преступлениям, совершаемым на почве педофилии.
Нередко термин «педофил» применяют в отношении всех лиц, совершивших преступления сексуального характера против детей. И когда говорят о педофилах, обычно подразумевают преступников. Однако в строгом смысле этого слова педофилией называется сексуальное влечение взрослых людей к детям. Некоторые из страдающих этим пороком так и не решаются реализовать свое влечение на протяжении всей своей жизни, ограничиваясь непристойными мечтаниями. А поскольку в российском праве отсутствует представление о «мыслепреступлении», данное влечение само по себе не является уголовно наказуемым. Правда, психологи полагают, что даже если такие люди просто общаются с детьми, формально не преступая закон, они способны оказать травмирующее воздействие на психику ребенка. Особенно если педофил вступает в переписку с детьми в социальных сетях, изощренно вовлекая их в обсуждение «скользких» тем, при том что доказать состав преступления в таких действиях очень трудно.
Но даже если педофил переходит к реальным действиям, расследовать такие преступления также бывает нелегко. Приведу пример очень громкого дела. Поскольку я не принимал в нем участия в качестве адвоката, не имею права комментировать его по существу. Фабула же дела такова. В сентябре 2015 года был задержан известнейший йог, артист цирка и кино, автор множества книг, стихотворений и афоризмов. Следствие утверждало в СМИ, будто у задержанного имелись многочисленные видеозаписи, где он фиксировал надругательства над детьми, сопровождая эти действия подробными комментариями. Казалось бы, при такой доказательной базе дело должно было быть оперативно расследовано и передано в суд. Однако оно не завершено до сих пор. Почему? Следователи дают понять, что они сталкиваются с каким-то мощным противодействием, в том числе со стороны родителей потерпевших детей, которые отказываются верить, что такой известный и заслуженный человек был способен на подобные деяния. Этот эпизод, кстати, подтверждает известный тезис: следователям лучше делиться своими наработками не со СМИ, а с судом и комментировать уголовное дело лишь после вынесения приговора.
Безусловно, правоохранительные органы и общество должны занимать непримиримую позицию по отношению к выродкам, которые насилуют детей и растлевают несовершеннолетних. В российском праве, предшествующем великой судебной реформе 60-х годов XIX века, существовал такой приговор: «оставить в подозрении». Подобный подход не свойствен современному праву, однако человек, однажды осужденный за преступления сексуального характера в отношении несовершеннолетних, должен навсегда оставаться «в сильном подозрении»: ведь освободиться от своего болезненного влечения он не в состоянии. Такому человеку, что называется, на пушечный выстрел должно быть запрещено подходить к детским садам, школам и другим детским учреждениям. И уж, разумеется, его нельзя принимать в эти учреждения на работу, будь то поваром, водителем или кем угодно.
В некоторых странах применяется химическая кастрация педофилов, то есть введение специальных гормонов, подавляющих половое влечение. Кое-где практикуется и хирургическая кастрация. Бывает, что человек, страдающий педофилией, сам просит подвергнуть его этой процедуре, поскольку предпочитает лишиться радостей секса, чем сидеть в тюрьме. В свое время в Общественной палате обсуждался этот вопрос, и большинство участников дискуссии высказались в пользу данной меры, притом что сам педофил даст на это согласие. Однако здесь возникает множество трудноразрешимых проблем.
При этом чрезвычайно важно избежать привлечения к ответственности по таким делам невиновных. Репутация человека, осужденного за преступления сексуального характера против детей, оказывается погубленной уже навсегда, даже если впоследствии выясняется, что он не совершал вменяемых ему деяний. О том, что делают с такими людьми в местах лишения свободы, известно всем.
Этим обстоятельством иногда пользуются недобросовестные следователи. Перспектива оказаться в одной камере с матерыми уголовниками, где обвиняемого в изнасиловании ребенка самого немедленно подвергнут групповому изнасилованию, порой заставляет признаваться в несовершенном преступлении даже очень твердого человека. А если он потом отказывается от своих признаний — ему уже никто не верит.
Не столь уж редки случаи, когда дети обвиняют взрослых в подобных преступлениях без каких-либо реальных оснований. Некоторые дети склонны к необузданным фантазиям и сами верят в них. Встречаются и случаи массовых галлюцинаций и психических эпидемий. Вспомним классическое дело салемских ведьм в Америке, когда в 1692 году в деревне Салем несколько девочек, страдавших загадочными припадками, заявили, что их мучают призраки жителей самой деревни и окрестных городков. В итоге около 150 человек были привлечены к уголовной ответственности, из них 19 повешены и один — задавлен камнями. Впоследствии все они были реабилитированы, причем некоторые — сравнительно недавно.
Несколько лет назад в США развернулась очередная «охота на ведьм», когда уже взрослые люди вдруг «вспоминали», как в детские годы стали жертвой сексуального насилия со стороны своих родителей, и требовали для них сурового наказания, а для себя — материальной компенсации. Сотни ни в чем не повинных людей пострадали.
Особенно тщательно следует подходить к отбору судебных экспертов по делам о преступлениях сексуального характера в отношении несовершеннолетних. Между тем многим памятен скандальный случай, когда женщина-эксперт, давшая заключение против обвиняемого в совершении половых актов с несовершеннолетней дочерью, сама отличалась нетрадиционным сексуальным поведением, выкладывая садомазохистские фото в Сети.
В юриспруденции бытует афоризм: лучше отпустить на свободу десять виновных, чем отправить в места лишения свободы одного невиновного. Однако в отношении подозреваемых в насильственных действиях сексуального характера против несовершеннолетних этот принцип обычно не соблюдается. Следователей страшит сама мысль о том, что они могут отпустить на свободу сексуального маньяка, который погубит жизни детей.
И всё же опасения такого рода — не повод для применения незаконных методов следствия. Если следователям не удалось должным образом собрать и закрепить доказательства в отношении подозреваемого — его следует отпустить с миром и извиниться перед ним. В противном случае мы рискуем рано или поздно втянуться в очередную «охоту на ведьм», что в различных странах и в различных вариантах стало причиной огромного числа жертв и неисчислимых человеческих трагедий.
Автор — адвокат, профессор, доктор юридических наук, член Общественной палаты РФ
Мнения автора может не совпадать с позицией редакции
