Перейти к основному содержанию
Прямой эфир

VII Платоновский фестиваль поразил разнообразием театра

Воронежцы увидели работы Корнеля Мундруцо, Ханса ван Манена и Деклана Доннеллана
0
Озвучить текст
Выделить главное
вкл
выкл

VII Платоновский фестиваль искусств с каждым годом обрастает новшествами. В этом году организаторы воронежского форума во главе с Михаилом Бычковым особенное внимание уделили театру, представив его во всем многообразии: драма, куклы, опера, балет, уличный театр, перфоманс.

Афиша фестивальных спектаклей по традиции делится на две линии: «мировую», отражающую процесс как таковой, и «платоновскую», представляющую сценические трактовки гениального уроженца Воронежа. Постановки были разные с точки зрения как сценического языка, так и адресности. Кукольный спектакль Руслана Кудашова «Фро» (Брестский театр кукол) смело можно рекомендовать к просмотру всей семьей. История разлуки девушки Фроси с мужем, «уехавшим строить коммунизм или что-нибудь еще», воплощена светло, для Платонова, возможно, даже сентиментально.

А вот «Епифанские шлюзы» в версии Кшиштофа Рековского (спектакль называется «Русский контракт», Драматический театр Варшавы) подверглись радикальному переосмыслению. На первый взгляд, это несколько старомодная литературоцентричная постановка, где режиссер выстраивает линейное повествование, а актеры играют характеры. Тем не менее сюжет об инженере-англичанине, посланном Петром I в российскую глубинку строить канал, прочитан сквозь типичное для польского театра состояние «на грани нервного срыва».

Это в какой-то мере имеет отношение к Платонову, но вне тонкого инструментария подобный подход слишком упрощает произведение. Зато как изумительно сыграл «нервный срыв» британец Орландо Джеймс в шекспировской «Зимней сказке» Деклана Доннеллана. Актер провел своего короля Леонта от необоснованной вспышки ревности к необратимому разрушению себя и мира вокруг.

«Книга царя Давида» режиссера Евгения Арье (израильский театр «Гешер») — обаятельный, остроумный и легкий спектакль, что не отменяет глубины поставленных вопросов. Главный герой — молодой историк, приглашенный царем Соломоном писать биографию его отца Давида. Очевидцы, которых герой записывает на видеокамеру, представляют Давида то избранником Бога и мудрым правителем, то властолюбивым распутником. Спектакль тонко сопрягает мифы с эпохой интернета, когда море информации тем не менее не позволяет объективно судить о реальности.

Кардинально иное сюжетосложение в «Имитации жизни» Корнеля Мундруцо (венгерский театр «Протон») — самом мощном фестивальном впечатлении в разделе «Драма». Спектакль только на поверхности выглядит социальной драмой, затрагивающей проблему цыган и прочих «униженных и оскорбленных». Намеренно грубо монтируя линии, сочетая живой план с видеопроекциями (которые здесь нисколько не иллюстративные, а скорее «атмосферные» и сновидческие), Мундруцо уходит от любых смысловых курсивов.

Амплитудой художественных средств поразил и музыкальный театр. Легендарный уже Нидерландский театр танца, приехав с вечером одноактных балетов (включая Solo Ханса ван Манена), продемонстрировал свой молодой состав. Отточенность и эмоциональная наполненность движений завораживали. А вот Эмилиано Пеллизари в вокально-хореографическом представлении «Ария» (итальянская копродукция) насмешливо стилизовал вычурные зрелища старинного придворного театра.

Фестивальное новшество этого года — режиссированные читки пьес. Для пробного шага были отобраны тексты белорусских авторов, разные по уровню, но похожие в одном: все персонажи так или иначе показаны в зависимости от провинциального пространства своего обитания. Сквозило чеховское «в Москву, в Москву!» (в пьесах были еще Лондон и Испания).

На одном из обсуждений читок воронежский зритель отметил, что очень понимает это стремление героев покинуть родной край. Однако Платоновский фестиваль как раз доказывает, что «провинциальность» — явление вовсе не географическое, и у Воронежа точно большие перспективы.

 

Читайте также
Прямой эфир